Но последняя… Последняя сбежала до того, как он покончил с ней, и это оставило его неудовлетворенным. Он, конечно же, выследил и нашел ее, оставив в том же состоянии, в котором и обнаружил. Она была далеко от троп, и он не ждал, что кто-то еще найдет ее.

Падальщики достаточно быстро уничтожат останки.

Он задумался было о том, чтобы вернуть ее в свой сад, но быстро откинул эту идею. Она не заслужила места в нем, решил он. Она не стоила того прекрасного и драгоценного места. Она заслужила то, что получила: лежать на твердой, окровавленной земле, чтобы питать животных и личинок.

Он был в ярости из-за ее побега, но давно научился преобразовывать гнев во что-нибудь конструктивное — в этот раз он починил и усилил свою ловушку, чтобы жертва никогда больше не смогла сбежать из нее.

Уже успокоившись и ощущая голод внутри, он начал охоту. Наблюдал за туристами, скалолазами, постоянно проходящими через город. Замечая, кто путешествует один или предпочитает идти поодаль от группы, обращая внимание, кто предпочитает снимать комнаты в городе, а кто ночует в лесах в палатках и спальных мешках.

Ища уязвимости.

В этом состояла половина радости охоты — в выборе следующей жертвы.

Он не скрывался, а периодически приходил и уходил, не проводя слишком много времени в одном месте. Говорил с теми, общения с кем от него ожидали, но в остальном держался на заднем плане, и преуспел в этом очень хорошо.

И наблюдал.

Голосок в глубине души велел ему ждать, наблюдать за Джесси Рейберн и понять, зачем она вернулась спустя столько лет, но этот голос подавили темные желания.

Ему нужно охотиться. Сейчас. И если позже Джесси окажется проблемой, он разберется с ней. Он-то знал, как с ней обращаться. Никто не удивится, если Джесси вновь исчезнет из Бэрон-Холлоу.

Ни один человек.

1. Пустошь Барона

2. Бесплодная Пустошь

3. Кровавые узы

4. Победить страх

Глава 4

— И как дела у Виктора? — Джесси пыталась говорить спокойным голосом, не отрывая глаз от тарелки.

В детстве семейные обеды по воскресеньям после похода в церковь были традицией и обычно проходили в тишине: отец мало что говорил своим дочерям. Но сейчас за столом в семейной столовой сидели только Эмма и Джесси, компанию им составляла шелти Эммы, которая лежала рядом и вежливо ничего не просила.

— Ну, он как всегда очарователен, — сухо ответила Эмма, рассказывая об их старшем кузене. — Для большинства. Знаешь, меня он никогда не интересовал, и это не изменилось. Я избегаю его, за исключением тех случаев, когда он настаивает на покупке земли, которую я продавать не желаю. В последнее время он очень настойчив, поэтому наши отношения напряженней, чем обычно. — «Так и не научился принимать отказы».

Джесси немного нахмурилась, пытаясь укрепить стены, чтобы мысли сестры прекратили просачиваться к ней.

Не осознавая ее стараний, Эмма пила кофе и продолжала рассказывать:

— Он хочет купить и твою землю тоже. Нашу (общую) часть возле церкви, которая граничит с его участком.

— Эмма, меня не интересует наследство. Земля — твоя, пожалуйста, решай сама.

Эмма не удивилась, но головой покачала.

— Трент Уинделл по-прежнему семейный адвокат и он присматривает за той частью, которую оставил тебе отец. Есть доход от гостиницы, от некоторой сдаваемой в аренду собственности, еще инвестиции, а ты не прикасалась ни к чему годами. Он и финансовый консультант так же хорошо справляются с твоими деньгами, как и с моими. — «Не будь идиоткой и не отказывайся от того, что принадлежит тебе».

Джесси снова нахмурилась.

— Слушай, если собственность тебе не нужна, мы что-нибудь придумаем, но все деньги твои. Джесси, они не сделают тебя миллионером, но это неплохая сумма для сбережений на пенсию. Ты можешь купить себе дом или еще что-нибудь. Трент переведет их в любой банк или инвестирует куда захочешь.

— Именно ты осталась здесь и заботилась об отце, — напомнила Джесси, все еще хмурясь.

Эмма снова покачала головой.

— После твоего отъезда он не изменился. И прекрасно сам за собой присматривал, даже предпочитал это. Практиковал то, что проповедовал нам. У нас был персонал, который занимался домом и готовкой, а отец был погружен в бизнес. Летом он отправлял меня в лагерь, чтобы я не мешалась под ногами. Я уехала в колледж, а после окончания учебы вернулась и каждое лето уезжала уже сама, путешествовала по миру. Отец был здоров, пока его не убил инсульт. Поэтому если ты считаешь, что я заслуживаю больше, подумай хорошенько. Джесси, отец поступил по справедливости.

— Я удивлена, что он мог подумать, будто я вернусь сюда. — Джесси задавалась вопросом, скучали ли по ней вообще, но глубоко в душе знала ответ, поэтому не стала озвучивать и сам вопрос.

— Мы обе знаем, что он не был сентиментальным. В завещании есть пункт: если ты или твои законные наследники не заявят права на наследство в течение двадцати пяти лет, твоя доля будет разделена между мной и Виктором или нашими наследниками.

— Уверена, ты не хочешь, чтобы Виктор получил хоть что-то. — Джесси услышала приглушенный гнев в своем голосе, но контролировать это не могла.