– Хорошая попытка, товарищ! – заметил Борщёфф, и Гари повернулся к нему, сжав свои большие кулаки. – Похоже, попытка не удалась.

А потом послышался слабый шорох, постепенно переходящий в грохот, треск и скрежет. Огромные массы нависшего над ущельем снега и льда постепенно приходили в движение.

– Похоже, нам все-таки удалось устроить лавину! – закричал Гари. – Сейчас все это обрушиться на нас.

И тут все четверо разом бросились вперед по ущелью, бросив лошадей и забыв о распрях. А грохот становился все громче и громче.

Тибетцы, которые уже начали заезжать в ущелье, начали разворачивать своих лошадей, завывая от ужаса. А потом раздался ужасный треск, подобный раскатам грома, и огромная лавина устремилась в ущелье.

Гари смутно ощущал, что движется, словно плывет в безликом белом мире, тем не менее уютно теплом. И ещё… вокруг царила мертвая тишина. А потом он почувствовал, как кто-то пытается его разбудить. Почему они не могли оставить его в покое, почему не давали выспаться?

Потом, когда сознание вернулось к нему, он осознал, что кто-то кричит ему прямо в ухо. Наконец ему удалось приоткрыть свои холодные, окоченевшие веки. Он лежал, наполовину засыпанный снегом и обломками льда, залитый лунным светом. Джоан Лэйрд склонилась над ним, пытаясь привести его в себя.

– Гари! – воскликнула она. – Я думала, ты мертв… Мне едва удалось тебя откопать.

Гари с трудом поднялся на ноги. Ошеломленный, он с удивлением осмотрел мертвое, засыпанное снегом ущелье.

– Что случилось? – поинтересовался он хриплым голосом, а потом неожиданно вспомнил все. – Это лавина, которую обрушил Окара!

– Кромка лавины захватила тебя, Гари! – воскликнула Джоан. – Ты схватил меня и толкнул. Я отлетала в сторону, а всех остальных накрыло. Лавина похоронила наших пони и больше половины тибетцев.

Упоминание о тибетцах заставило Гари задуматься. Он увидел, что теперь нет опасности преследования, потому что лавина заблокировала узкий вход в ущелье массой снега и льда.

– Где Окара и Борщёфф? – поинтересовался он.

– Они отправились дальше в горы, – сообщила американцу Джоан. – Сначала ушел Окара, потом русский, когда пришел в себя. Я хотела, чтобы они помогли мне откопать тебя, но они и слушать меня не стали.

– Они были правы, – с грустью объявил Гари. – Черт побери, шпионка, спасающая жизнь сопернику. Зачем ты откопала меня?

– Я не могла оставить тебя замерзать тут в снегу, – дрогнувшим голосом сообщила Джоан. – Ты же спас мне жизнь, вытолкнув меня из-под лавины.

– Действовал чисто инстинктивно, – ответил Гари. – Ты меня откопала – эта была ошибка с твоей стороны. Женщины никогда не станут хорошими шпионами… Им не хватает жесткости.

– Ты говоришь так, словно сожалеешь о том, что я тебя спасла, – злобно фыркнула Джоан.

– Я не сожалею, я рад, – мрачно пробормотал Гари. – Но теперь я собираюсь пойти к Кум и найти Ширани, а кроме того, избавиться от тебя любым способом. У меня, в отличие от тебя, нет никаких сентиментальных чувств.

Но потом, когда он посмотрел на выход из ущелья, заваленный снегом и льдом, он нахмурился.

– Окара и Борщёфф сильно опередили меня, – пробормотал он. – Теперь мне будет трудно их победить. Черт побери! Я должен был догадаться, что ни один монгол по своему желанию сюда не поедет! И он едва не обошел меня, когда в одиночку бежал из лагеря кочевников!

И тут Гари вздрогнул от боли. Когда кровообращение вернулось к его окоченевшим конечностям, он обнаружил, что его левая нога сильно пострадала. Он осторожно начал её растирать, несколько раз согнул, потом повернулся к Джоан.

– Я отправлюсь дальше, – сказал он девушке. – Я не могу удержать тебя, сделать так, чтобы ты со мной не пошла. Только если убью тебя, чего я делать не желаю. Но я не стану тебе помогать. Ты понимаешь?

– Понимаю, – уверенно ответила она, всем своим видом давая понять, что не отступит.

Гари начал подниматься к перевалу по крутому ущелью, пробираясь по глубокому снегу вместе с девушкой, которая все время старалась держалась рядом с ним. Как долго они смогут выжить в этой ледяной пустыне без пищи, оружия и убежища? Тем не менее Гари собирался бороться до конца, искать Ширани, пока есть силы. И он отлично понимал, что должен каким-то образом обойти японца и русского.

Застывшие, покрытые льдом скалы безмолвно взирали на мужчину и девушку, которые устало брели по ущелью, залитому лунным светом. Вокруг, обжигая кожу, пронзительно, словно обезумевший демон, свистел ветер. Он заставлял снежные вихри танцевать вокруг них. Путники то и дело спотыкались, а потом, упав, долго барахтались в снегу, чтобы снова подняться. Гари при каждом шаге чувствовал сильную пульсирующую боль. Джоан Лэйрд не жаловалась, хотя с трудом следовала за ним. Это был белый, ледяной мир, совершенно враждебный человеку, – ледяной ад, через который они с трудом пробирались.