Эх, сюда нужно было направлять дивизию Панютина, а не в район бугско-днепровского лимана, где она пока не задействована и тупо ждёт своего часа. Правда, на кавказский ТВД отправился наследник Александр Николаевич со своим полком специального назначения и громадным обозом с боеприпасами. А что, по железной дороге, литерным, до Твери, а оттуда уже по матушке-Волге, чтобы в удобном месте на Дон перебраться. А там пешочком до Кутаиса спуститься, ежели глядя на карту. И глобус не забыть, чтобы было на чём военные планы строить. Глядишь, поближе к осенней распутице и доберутся дорогие гости. А там и Батум можно взять, чтобы государственную границу чуток в Турцию передвинуть. Все герои, все молодцы, все могут получить право на пирожки: Трапезунд и Эрзерум.

Мечты, мечты...

Глава двадцать четвёртая

Попытки союзников хоть как-то навредить в 1854 году царским окраинам привели лишь к тратам денежных средства. Мало того, при атаке на Петропавловск вражеская эскадра потеряла не только контр-адмирала Дэвида Прайса, но ещё два корабля: фрегаты "Пик" и "Форт" (по крупным кораблям легче попадать). Их просто сожгли ракетами, сорри. Десантники, высадившись, попали под массированный расстрел револьверными ружьями, подаренными Старко и предпочли удрать, пока при памяти. Что ни говори, но чем меньше подразделения, участвующие в том или ином бою, тем больше сказывается превосходство в вооружении. Так что французский контр-адмирал Деспаунт предпочёл увести остаток эскадры подальше от окончательного позора.

Кстати, на Тихом океане интересы и деятельность компании "Калифорния-Аляска" нисколько не пострадали. Дело в том, что английское и русское правительства, под давлением РАК и "Гудзон-бэй", согласились признать на время войны Аляску и Западную Канаду нейтральными территориями. Единственное, что сделали компаньоны Старко, так это водрузили на свои корабли флаги независимого нейтрального Фрисланда. Те самые, которые синие и с мордой тигра. Просто, чтобы лишний раз не дразнить отдельных гусей, сиречь "ястребов" английского флота. Кроме того, Россия передала Японии южную половину Курильских островов зачем-то.

Великий герцог Ольденбургский провёл любопытный манёвр, объявив себя союзником России против... Австрии в этой войне. По отношению к англичанам, французам и даже туркам он остался нейтральным, особо подчеркнув это в своём заявлении. Даже армию решил довооружить на всякий случай. Красиво жить не запретишь, когда хороший и добрый банкир Штиглиц выкупил в Европе и России все облигации первого займа, сделанного его отцом. То, что реальная цена этих бумажек составила всего лишь семьсот двадцать тысяч талеров, из-за давно упавшего курса, роли не играло. Теперь ему не нужно платить ежегодные проценты с номинала в пять миллионов. Конечно, сей финансовый фортель вышел не за бесплатно. Штиглиц скупал облигации на деньги Старко, выложившего восемьсот тысяч на операцию. В итоге, Пётр Второй освободился от части долгового бремени, а провинция Клоппенбург перешла в состав Фризии-Старко. Все сёстры заполучили нужные им серьги и все остались довольны.

Сентябрь месяц наконец-то активизировал "бой в Крыму, где всё в дыму". Мощная флотилия союзников двинулась к Евпатории. Конечно, в июне и июле они пощупали Севастополь на прочность (чисто в морском варианте), но ничего толком не добились. Однако всякие холеры закончились, да и под Очаковым как-то ничего не довелось сделать и армада решилась на мощный десант. Захватить вспомогательный город-порт и использовать его, как первичный плацдарм, всё просто. Князь Меньшиков, то ли сознательный вредитель, то ли по неразумию, а может и по тайному приказу, решил не оборонять Евпаторию, а встретить врага в открытом поле, то бишь на высотах левого берега реки Альмы.

– Братцы, мы здесь одни и задача проста. Подожжём сколько удастся вражеских кораблей и отойдём за Альму, - распоряжался Старко, оставшись один на один против могучего флота.

Правда, основная часть батальона отправилась за реку, чтобы заняться земляными работами и обустройством выделенного участка на правом фланге предполагаемого ТВД. И не только на холмах, но и подальше в сторону Севастополя, если придётся отступать. Учитывая, что левый фланг будет слишком близко от моря, а враг обязательно подведёт корабли, у командования выпросили разрешение установить ракетную батарею. Может удастся хоть как-то навредить противнику в самом начале сражения. Меньшиков, слава богу, ничего не имел против такой самодеятельности. Во-первых, у добровольцев имеются очень серьёзные разрешительные бумаги от военного ведомства, во-вторых, лишний... ни разу не лишний. У него свои стратегические замыслы и своё видение, да и кашу маслом не испортишь, как в монастыре у Старко говорили.

Второго сентября множество кораблей начали подходить к порту беззащитного города. Старенькие пушки молчали, так как артиллеристов не было, всё выглядело мирно, когда к кораблям понеслись ракеты (по 50 руб. за штуку). Конечно, флотские практически сразу определили откуда стреляют и даже высадили десантников, чтобы задавить русских.

Ну да, ну да, щаззз! Во-первых, излишне героических героев расстреливали самым ультрасовременным оружием, скорострельным и метким на ближних дистанциях. Тех, кто попрятался, закидали гранатами разных типов, просто, чтобы испытать их в бою, а не на бесконечных учениях. Другое дело, что корабли тоже вооружены и минут через тридцать открыли пальбу примерно туда, откуда ракеты вылетали допрежь. Вполне возможно, что даже пристрелялись и дом развалили, только диверсанты уже удрали, сделав своё дело. Четыре корабля подожжены напрочь, а один бедолага нечаянно столкнулся с одним из таких. Даже стальные направляющие удалось быстренько вывезти. Местные караимы, хоть и радовались вторжению, но не рискнули даже пикнуть в сторону шурави в камуфляжной форме.

Больше проблем у захватчиков не было, за исключением мелочей. Через день, какие-то вражины, которых так и не удалось найти, взорвали парочку временных куч мешков с порохом, да ещё в одну палатку, где несколько офицеров отмечало победу, залетело несколько шариковых гранат, выкосив более десятка отдыхающих. Больше цивилизованных евролюдей никто не тревожил в городе-курорте для детей (в будущем таким станет).

Вдоль Альмы русские расставляли батареи и даже чего-то делали в сёлах на другом берегу. По крайней мере, прибывший Старко видел, как солдаты заносили в брошенные дома сено. Возле единственного моста, к тому же деревянного, находились спецы из инженерного подразделения, чтобы в последний момент его сжечь (что в реальной истории так и не удалось в итоге). На плато левого фланга, где диверсанты ставили ракетные установки, бродили отдельные лица. Видимо крутизна склона и его высота сами по себе являлись защитой от интервентов.