Кора открыла маленькую проржавевшую калитку и позвонила. Никто не ответил. На всякий случай она обошла вокруг дома. С тыльной его части оказались остатки старой развалившейся конюшни. И никаких следов доктора Мередита. Даже на двери не было таблички с именем врача. Здесь было что-то неладно.

Кора еще раз огляделась и увидела двадцатью ярдами дальше высокую стену, ограждавшую кладбище Вилфорд-Сенетори. Это было одно из старейших кладбищ Лондона, однако на нем все еще продолжали хоронить людей.

Кора вышла из палисадника и направилась вверх по улице, в надежде поймать такси. Звук ее шагов гулко раздавался в тишине пустынной улицы. Отсутствие здесь людей тоже было странным. Только раз ярдах в пятидесяти впереди Коры промелькнула вдоль стены какая-то согнутая старуха. Но когда Кора шла мимо погребальной конторы, она не могла избавиться от ощущения, что за ней следят чьи-то глаза. Она непроизвольно ускорила шаги. Внезапно она вспомнила, что именно здесь несколько десятилетий назад лютовал пресловутый Джек-Потрошитель. Но, вопреки возникшим опасениям, Кора спокойно достигла оживленного перекрестка и поймала здесь такси. Она со вздохом упала на сиденье и назвала свой адрес.

Билл уже ждал ее, удобно расположившись в кресле и не слишком внимательно глядя на телеэкран. Когда Кора вошла, он встал, выключил телевизор и протянул ей руки.

– Я уже начал беспокоиться, дорогая.

– О, Билл, это было ужасно!
– всхлипнула Кора.

– Иди сюда, присядь. Я принесу тебе что-нибудь выпить.
– Билл смешал "Манхэттен".

Кора с благодарностью выпила коктейль и тут же начала рассказывать. Билл внимательно выслушал ее.

– Ты уверена, что не ошиблась?
– переспросил он, когда она закончила рассказ.
– У твоей подруги дрогнул глаз?

– Но я ведь тебе сказала, Билл.

– Мне кажется, в той ситуации, в которой ты находилась, нервы могли сыграть с тобой злую шутку.

– Я уверена, что видела это, - покачала головой Кора, - И потом, если бы ты видел этого ужасного Эббота! И с доктором Мередитом явно что-то не так. Ты знаешь хоть одного врача, который бы не повесил табличку на двери своего дома?

– И какой же теперь у тебя созрел план? Кора улыбнулась.

– Хотя мы и недавно женаты, ты уже хорошо меня знаешь. Я считаю, что нам нужно зайти к этому подозрительному Мередиту сегодня же вечером.

– А какой повод ты для этого найдешь?

– Я надеюсь, мы что-нибудь вместе придумаем. Билл кивнул.

– Но я должен тебе кое о чем напомнить.

– Что?

– Ты помнишь, что я тебе обещал на нашей свадьбе?

– Что ты никогда не будешь вмешиваться в уголовные истории. Но сейчас совсем другое дело. Речь ведь идет о моей подруге. И кроме того, неизвестно совершено ли здесь преступление.

– И кроме того, - ухмыльнулся Билл, - это обещание нарушила ты. Помни об этом, мое сокровище.

– Вот тот угловой дом, - тихо сказала Кора.

"Порше" с выключенными фарами тихо двигался по Лэтимер-Роуд. Мрачная улица едва-едва освещалась тускло-белым и матовыми фонарями, которые еще и далеко стояли друг от друга.

– Пожалуй, ты права, Кора, - сказал Билл.
– У меня такое ощущение, что время здесь остановилось. Не хватает только, чтобы появился Джек-Потрошитель.

– Билл, не надо так шутить, - с упреком бросила Кора.

– Хорошо, хорошо, не буду, - засмеялся репортер, нажимая на тормоза. "Порше" мягко остановился, и Кора выглянула из бокового окна.

– У доктора свет уже не горит.

– Может быть, он уже лег спать? Ведь это пожилой человек.

– Откуда ты это знаешь?

– Навел справки в медицинском обществе. У меня там есть кое-какие связи. Доктор Мередит уже давно не работает в больнице. У него осталось только несколько личных пациентов, доход которых не особенно велик.

– Но он еще может иметь практику?

– Да. Что ж, давай-ка осмотрим этот домик.
– Билл открыл дверцу.

– Будь осторожен!
– крикнула вслед ему Кора.
– У меня опять какое-то странное предчувствие.

Билл успокаивающе кивнул жене, открыл ржавую калитку сада, прошел через палисадник к дому и позвонил. Никто не открыл. Билл нажал рукой на дверь, и она со скрипом открылась. Билл вытащил из кармана фонарик и, осветив дверь, заметил, что замок выломан. Охваченный подозрениями, репортер осторожно вошел в дом.

Он попал в узкий коридорчик, по обе стороны которого были деревянные двери. Замков на дверях не было, и Билл поочередно открыл каждую дверь, заглядывая в комнаты.

Первая комната была явно жилой. Дальше находилась очень грязная кухня, потом спальня. За последней дверью по левой стороне коридора был кабинет.