Идеалистические представления о журналистике, очевидно приобретенные Эмили за время учебы в университете, были чистой воды химерой. Возможно, в душе Эмили считала Анну циничной, но на самом деле речь шла о преданности. Страстной преданности СМИ, торговой марке, издательству и прежде всего своей редакции. Анна знала: прими она одно неверное решение, и многие из сидящих здесь рискуют потерять свое место. Штаты многих других редакций постоянно сокращались. За последние несколько лет почти каждый третий журналист в стране остался без работы. Мысли про объемы продаж, доходы от рекламы и ежемесячную прибыль журнала не выходили у нее из головы и не давали спать по ночам.

Она просто не могла позволить себе быть высокомерной и придерживаться высоких идеалов.

Анна наблюдала, как Эмили демонстративно медленно встает и, не сводя с нее глаз, берет из рук Дианы смартфон.

– Спасибо, Эмили, – коротко поблагодарила Диана и, повернувшись следом к Анне, улыбнулась ей. – Спасибо тебе, Анна.

Диана позировала перед Эмили, а та с равнодушной миной щелкала снимок за снимком. Будь у Анны побольше времени, она бы поговорила со стажеркой о ее поведении. Впрочем, Диана тоже хороша: вот так неожиданно заявиться и с порога требовать, чтобы ее сфотографировали, когда вся редакция на ушах стоит, стараясь успеть сдать номер в срок. С другой стороны, она все-таки была главным редактором.

– Этот текст никуда не годится, можешь поговорить с Августом? – попросила Глория, протягивая Анне распечатку.

Август. Анна сразу поняла, в чем дело. Ей доводилось слышать много историй о фрилансерах, которые умели хорошо продавать свои интервью со звездами Голливуда, но при этом не умели их делать.

– Что на этот раз?

– Ну, он сказал, что ему было обещано эксклюзивное интервью с Дженнифер Лоуренс. Она сейчас на слуху после выхода нового фильма с ее участием, и мы думали, что интервью будет большим…

– Ну и?.. – Анна нетерпеливо махнула рукой – ей было некогда выслушивать все подробности.

– Так вот, это вовсе не интервью «один на один», он неправильно понял, это была пресс-встреча с восемью другими журналистами, один из которых – швед из газеты…

Анна шумно вздохнула:

– Дай догадаюсь: второй шведский журналист…

– …работал на наших конкурентов, разумеется. Текст вовсе не эксклюзивный и совершенно безнадежный. Одни хвалебные эпитеты в ее адрес. Там вообще нет ничего интересного. Этого не хватит даже на то, чтобы написать вступление. И нам придется забыть о цитате на обложку.

Секунду спустя раздался вскрик. Анна уставилась на Диану.

– Что это такое? – Лицо главного редактора было пунцовым от злости. В руке она держала свежий номер журнала. Он пришел в редакцию вчера и должен был быть доставлен подписчикам через неделю.

Анна встала со всего места и подошла к Диане.

– Что не так?

– Кому взбрело в голову напечатать этот снимок со мной, мы же договорились взять другой!

Анна посмотрела на разворот, который показывала ей Диана. На первый взгляд все было в порядке.

– Прости, что ты имеешь в виду? Я чего-то не замечаю?

– О господи, Анна! Мы же решили, что опубликуем мой снимок, где я в голубом спортивном костюме, а не в этом красном. Разве это так сложно?

– Мы в самом деле такое говорили? Но голубой здесь тоже присутствует. – И Анна показала на следующий снимок в интервью. – И фото на обложке самое что ни на есть подходящее.

Она отчетливо помнила, что они договорились включить оба снимка, но сейчас ей казалось не совсем уместным напоминать об этом Диане. Порой у Анны складывалось такое впечатление, что Диана лишь выискивает, к чему бы придраться, чтобы иметь возможность закатить скандал. Было ли это способом показать всем в редакции, кто здесь хозяин? Анна не могла ответить на этот вопрос.

Диана громко вздохнула, наклонилась к Анне и чересчур громко зашептала:

– Это все Катрин, она такая тупая. Я просила ее поменять фото на прошлой неделе, но она, разумеется, этого не сделала.

Слышала ли сейчас Катрин или еще кто-нибудь эти слова? Анна покосилась в сторону верстальщиков. Катрин сидела с прямой как палка спиной и, не отрываясь, смотрела в монитор. Анне показалось или девушка в самом деле побледнела?

Диана обернулась:

– Катрин, будь добра, распечай все страницы этого номера, я должна еще раз их просмотреть.

Катрин взглянула на Диану, потом на Веронику.

– Диана, у нас нет сейчас на это времени! – отрезала Вероника.

– Мне очень жаль, но я не хочу, чтобы следующий номер тоже вышел с ошибками. – Она потрясла в воздухе разворотом журнала. – Вполне допускаю, что кто-то снова напортачит, – строго сказала она и метнула недовольный взгляд в сторону Катрин.

Анна откашлялась.

– Нет, Диана это невозможно, – сказала она. – Ты должна просто положиться на меня. Я уже прочла и утвердила все страницы.