Шрифт:
– У них, наверное, другие праздники.
– Мы будем кипеть в соусе с горячим маслом. Нас подадут на стол с каштанами и обжаренными в луке-шалот маленькими картофелинами. А как украшения в ноздрях у нас будут пучки петрушки, а во рту черри-помидорчики. Нас обольют нашим собственным соком. Немного соли? Перца? Все готово! За стол! Что у нас сегодня на ужин?
– Ладно вам. Успокойтесь.
– Люди! (Она изображает мать семейства, подающую детям блюдо.) Чудесные люди, горяченькие, хорошенькие, хрустящие! Да, люди! И не бройлерные, а откормленные зерном без фосфатов. «Ура! Ура!» – закричат маленькие лакомки.
– Мадемуазель Бальдини... Вам нужно...
– Кто хочет ножку? Кто хочет окорочок? Кто хочет шею? Гузка – для знатоков. Не торопитесь, малыши, хватит на всех!
– Саманта!
Молодая женщина обращается то к Раулю, то к воображаемым детям, сидящим вокруг стола.
– Нет! Ну-ка, нет, нет! Кожу не оставляйте, она самая вкусная! Ну, а вы, месье, как вы находите моих людей? Не пережарены? Немного белого сухого, чтобы запить? Белое вино отлично сочетается со вкусом людей. Кстати, осторожно, в них полно мелких косточек, которые могут застрять в горле или в зубах. Я приготовила зубочистки. (Делает вид, что ставит на стол коробочку с зубочистками.)
– Саманта!!
– А после людей чуть-чуть кальвадоса... для пищеварения. Не будет пучить. Потому что у людей есть недостаток: увы, они (потирает себе живот) вызывают газообразование.
– Саманта! Хватит! – говорит Рауль умоляюще.
В конце концов, он решает дать ей выговориться.
– Кто хочет добавочки? – выдыхает она устало. – Люди – это настоящее праздничное блюдо!
– Инопланетяне таких размеров, что мы послужим скорее закуской.
Саманта застывает, ее улыбка хорошей хозяйки сменяется гримасой ужаса.
Рауль поднимается по лестнице и кричит:
– Эй! Откройте, я хочу с вами поговорить!
Саманта стоит по-прежнему неподвижно.
– Рауль, я даже знаю, почему они делают это. Они мстят нам за то, что мы едим лягушек. Мы ведь оба французы, а только французы едят лягушек!
Она садится на пол, оглушенная.
– Черт возьми, Саманта! Придите в себя! Вы что, не понимаете, что происходит? Вы не отдаете себе в этом отчет? Представьте себе, сколько людей мечтают оказаться на вашем месте! Это лучше, чем любой научно-фантастический фильм! Это Ре-аль-ность! Они здесь. Над нами. Это пришельцы из космоса, которые появились впервые в истории человечества! Мы их видели...
– Они отвратительны.
– Они нас видели.
– Я боюсь их. Я хочу вернуться домой.
– Я должен подготовить речь... «Дорогие пришельцы...» Нет, это уж слишком банально. Надо говорить проще, яснее. (Обращается к потолку.) МЫ – ЛЮДИ...
– Насчет этого, я думаю, они уже в курсе.
– ...ВЫ – ДРУЗЬЯ. Я – ПОСОЛ.
Ждет ответа. Ничего не происходит.
– ВЫ ПОНИМАТЬ СЛОВО «ДРУГ»?
Саманта и Рауль прислушиваются. Реакции нет.
– Брось, Рауль. Все равно, что с устрицами разговаривать.
Рауль возвращается к «официальному» тону:
– МИР. МИР МЕЖДУ НАШИМИ ДВУМЯ НАРОДАМИ. Я ХОТЕЛ БЫ ПОДПИСАТЬ КОНТРАКТ О КУЛЬТУРНОМ И НАУЧНОМ ОБМЕНЕ.
– Он уже готов предать свою планету! Это враги!
Рауль невозмутим.
– Я ГОТОВ К ПЕРЕГОВОРАМ. МЫ ИМЕТЬ МНОГО БОГАТСТВ, ОЧЕНЬ КРАСИВЫЕ ПРЕДМЕТЫ, ОЧЕНЬ СЛОЖНЫЕ, ИХ ТРУДНО СМАСТЕРИТЬ.
– Ты им что собираешься предложить? Шариковые ручки?
– МЫ ДЕЛИТЬ ВСЕЛЕННАЯ. ПОЛОВИНА ВАМ, ПОЛОВИНА НАМ.
– С какой стати они будут иметь с нами дело? Ты сотрудничаешь с твоими лабораторными мышами или лягушками?
Рауль оборачивается к Саманте.
– Почему тогда они держат нас живыми?
– Чтобы развлечься. Чтобы нас пытать. Они хотят, быть может, отомстить за своих братьев, замученных людьми. В коллеже, на уроках биологии, я помню, мы должны были обнажить нерв в лапке лягушки и заставить лапку дергаться под воздействием электричества. А лягушка была... еще живая. Она обязательно должна была быть живой. Они будут искать у нас в ноге нервы, чтобы учить своих детей!
Рауль не обращает на нее внимания.
– Почему они не отвечают?
– Не выбивайся ты из сил, Рауль. Они считают нас, должно быть, совсем неразвитым видом животных. Эй, там! Мы умные! E = mc2! Вы же не будете есть животное, которое говорит, что E = mc2! (Поворачивается к Раулю.) Формула такая, да?
– Для них, должно быть, это каменный век.
– Но есть вещи, которых они не знают. (Становится на ступеньку лестницы.) Вы знаете рецепт майонеза? Он известен только на Земле! А знаете, как вывести пятно от жвачки? Уверена, что не знаете. Кубиком льда! Именно так. А рецепт торта с лимонной цедрой?