– О, любимый, – сказала я, поглаживая мотор «Сузуки-Хайабуса». – Четырехцилиндровый двигатель, шестиступенчатая коробка передач и оборотный момент! – простонала я. – Ты знаешь, что название этого мотоцикла с японского переводится как самое быстрое животное в мире, сапсан? Он прекрасен.

Массимо с удивлением меня слушал.

– Забудь, – буркнул он, потянув меня в сторону. – Никогда, Лаура, я серьезно говорю, ты никогда в жизни не сядешь на мотоцикл.

Я с бешенством вырвала руку и остановилась как вкопанная.

– Черт возьми, ты не будешь мне говорить, что мне делать!

Блэк обернулся и сжал мое лицо руками.

– Ты беременна, ты носишь моего ребенка, а когда он родится, ты станешь матерью моего ребенка. – Он подчеркнул слово «мой», заглядывая мне в глаза. – Я не хочу потерять тебя или вас обоих, так что прости, я буду говорить, что тебе делать. – Он указал на машины у стены. – А мотоциклы прямо сегодня исчезнут из дома. Речь не о твоих умениях или рассудительности, а о том, что ты никогда не можешь целиком контролировать то, что происходит на дороге.

В сущности, он был прав. Мне не нравилось это признавать, но я подумала, что теперь буду жить не только для себя.

Глядя в его холодные бешеные глаза, я погладила живот. Этот жест его явно смягчил, он взял меня за руки и сжал их, прижавшись лбом к моему лбу. Мне даже не нужно было говорить, что я понимаю. Он прекрасно знал, что я чувствую и думаю.

– Не упирайся, Лаура, только чтобы показать свое упрямство. И позволь мне позаботиться о вас. Пойдем.

В гараже у одного из выездов стоял белый «Бэнтли Континенталь». Мощный двухдверный автомобиль совсем не был похож на массивный «Порше», на котором я ездила раньше.

– Ты сказал, что у меня не будет спортивного автомобиля.

– Я передумал. Кроме того, я поставлю тебе в машину родительский контроль.

Я смутилась и посмотрела на него с недоверием.

– Ты же шутишь, правда?

Блэк улыбнулся.

– Конечно, в «Бэнтли» нет такой функции. – Он улыбнулся еще шире. – Но это очень безопасная и быстрая машина, я выбрал ее для тебя после консультации. Он проще «Порше» и более элегантный, а внутри много места, животик тоже поместится. Тебе нравится?

– Мне нравится «Хайябуса», – сказала я и надула губы.

Блэк бросил на меня предостерегающий взгляд и открыл водительскую дверь. Я удивилась, что он разрешает мне вести, и не спеша села. Внутри все было в медово-ореховой гамме, элегантное, простое и дорогое. Кресла и часть дверей покрывала как бы каретная стяжка, а приборную панель – дерево.

Я с удивлением обнаружила, что, несмотря на внешний вид, это огромный четырехместный автомобиль. Я удивленно осматривала интерьер, а Массимо тем временем сел на пассажирское сиденье.

– Пойдет?

– Ну, переживу, – ответила я шутливо.

По пути в клинику Блэк объяснил мне, как работает приборная панель, и уже через двадцать минут я прекрасно справлялась с этим автомобилем.

У врача Массимо был спокоен и вел себя вежливо. Он слушал доктора, задавал разумные вопросы, во время осмотра вышел, сказав, что хочет, чтобы мне было комфортно. Как я и думала, вчерашние события не отразились ни на моем здоровье, ни на ребенке. Кардиолог тоже подтвердил, что все в порядке, а сердце для моего состояния работает на удивление хорошо. Он выписал лекарства, которые нужно принимать в том случае, если станет хуже.

Спустя два часа мы ехали обратно. На этот раз я попросила Блэка вести, потому что для меня посещение врача все равно было волнующим и я не хотела рисковать.

– Люка, – внезапно сказал он, глядя на дорогу. – Я хотел бы, чтобы моего сына звали как моего деда. Он был выдающимся и мудрым сицилийцем, он бы тебе понравился. Невероятно элегантный и интеллигентный человек, который опередил свое время. Благодаря ему отец отправил меня в университет и позволил получить образование, вместо того чтобы бегать с оружием.

Покрутив в голове это имя, я решила, что, в сущности, не имею ничего против. Для меня важно было только, чтобы ребенок был здоров и хорошо рос.

– Но это будет девочка, вот увидишь.

Массимо недовольно сжал губы, его рука легла на мое колено.

– Тогда Клара Элеонора, в честь наших матерей.

– А мое мнение будет учтено?

– Нет, я запишу это в свидетельстве о рождении, пока ты будешь приходить в себя после родов.

Я посмотрела на него и ударила его кулаком в плечо.