Марат бесцеремонно вынес меня на улицу и запихнул в свою машину. Я даже не успела возмутиться, как он налетел на мои губы, словно дикий зверь или голодный путник, который долго бродил по пустыни и вот, наконец-то нашел свой оазис. Я честно пыталась его отпихнуть от себя, но не смогла. Не смогла отказать себе в удовольствии. В какой-то момент я просто сдалась на власть этому мужчине и своих гормонов. Стоило только ему коснуться меня, и я пропала.

И вот уже его губы мучают мои губы. Когда дышать стало уже не возможно, Марат переключился на мою шею и стал покрывать ее поцелуями. А его руки стали нетерпеливо спускать платье с моих плеч. Все больше оголяя участок кожи. Но естественно у него не получалось, так как фасон платья не предусматривал такого. Мужчина выругался, он не в силах сдержаться. И просто дернул за лиф платья, разрывая его, и опуская на талию, оставляя меня в черном ажурном лифчике, без бретелек.

– Боже мой! – простонала я от удовольствия, когда его рот пустился на мой сосок. И прикусил его через ткань. – Да-а-а…

– *лять! Какая же ты…

Перед глазами все плыло. Марат все больше усиливал свой натиск. От накатившего на меня возбуждения я стонала и извивалась. И стоило мне столкнуться с его взглядом, как я увидела его глаза. Он был безумен от страсти. Казалось еще чуть-чуть, и он потеряет окончательно свой контроль.

Окна в машине начали запотевать. Хорошо еще, что его машина стояла в вдалеке, и нас не было видно. Точнее то, что происходило на заднем сиденье.

 От его очередного поцелуя я еще сильнее сжала пальцы в кулаки, обхватывая мужчину за шею руками. Мне нужно было оттолкнуть его. Ударить. Сбежать. Но я не могла. Я все больше льнула к нему, сильнее вжимаясь всем телом в него. Это было сильнее меня.

Пока мой мозг лихорадочно пытался соображать, Марат уже успел сдернуть с себя рубашку, а с меня окончательно стянуть остатки платья и лифчик. Его руки блуждали по всему моему телу, не пропуская ни единого участка кожи. Они сжимали меня, притягивая все ближе. Не в силах больше себя сдерживать, он дернул меня на себя и усадил сверху на свои бедра. А я заелозила на нем от удовольствия, когда почувствовала, как его член упирается в самую серединку моей женственности.

– М-м-м, – простонала я, когда его пальцы проникли под мои черные трусики, сдернули их вниз, и погрузились в мою влагу, утопая в ней. Я была насквозь мокрая.

– Не могу больше, сладкая моя, – его губы оказались на уровне моего уха. Я закусила губы до крови и сдавлено застонала. Его пальцы грубо вжались в мой клитор, а потом оттянули кожу в сторону, – какая же ты, мокрая…охренеть!

Я не могла промолвить и слова. Это слишком хорошо. Были только его руки и прикосновения, губы которые целовали и кусали мою кожу. Оставляя после себя засосы. Он сводил меня с ума, заставляя ощущать совершенно новое, неизведанные ранее чувства.

– Пожалуйста, – захныкала я, не в силах больше терпеть.

– Сейчас моя сладенькая. Как же я хочу тебя, *лять!

– О, да-а…

– Черт! – взорвался он, суетясь. Быстро освободив одну руку, расстегнул ширинку, а зубами разорвал презерватив. Я слышала, как что-то зашуршало. Где-то отдаленно, потому что в ушах все звенело, а сердце билось с бешеной скоростью, готовое уже выпрыгнуть из груди.

Мне стоило его остановить и сказать. Предупредить. Но мой мозг отказал еще в тот момент, когда он только коснулся меня.

Он приподнял меня за бедра, и я ощутила, как что-то чертовски горячее и огромное упирается в мой узкий, но мокрый проход. Странно, мне не было страшно рядом с ним. Я почему-то была уверенно, что все именно так, как должно быть и с тем, с кем должно быть. Марат толкнулся бедрами вперед, насаживая меня на себя. Это было так резко, что я ничего не поняла. Только резкая боль пришла мгновенно, и я не смогла сдержаться.

– А-а-а, – сорвалось с моих опухших губ.

– *лять! – выругался он, чуть, отстраняясь. – Потерпи, маленькая моя, сейчас станет легче, – еле выдавливая из себя, прохрипел он.

Я ощутила странное жжение и ощущение тяжести между ног. Он дал мне время привыкнуть. А затем притянул меня к себе и впился в мои губы диким и жадным поцелуем. Аккуратно толкнулся вперед.

– Легче?

Я только кивнула. Получив от меня ответ. Он стал бережно поднимать и опускать мои бедра. А одна его рука вклинилась между ног, дразня клитор. Наслаждение. Спустя пару толчков, я уже не чувствовала боли, я чувствовала наслаждение. Каждый раз, когда я принимала его всего, он кусал мои губы, терзая их снова и снова. Его язык властно скользил внутри, а руки сжимали бедра.

– Сладкая девочка, – шепчет он на грани безумия.

– Да-а-а, – стонала я, ему в ответ.

Я видела капли пота, которые уже ручьем стекали по его лицу. И не в силах больше сдерживаться, его член задрожал во мне, задевая какие-то особые точки, и ускорился. Я выгнулась ему на встречу, от охватившего меня удовольствия и запустила руки в его волосы.

– Марат! Да, да, да, – закричала я.

Он кончил в меня. Благо, в презервативе, а я взорвалась вслед за нами, дойдя до пика от накатившего меня удовольствия. Мое тело задрожало и обмякло.