— Одеваться, — Катрин с трудом поднялась и принялась разыскивать свои трусы. — Никаких "или" до вечера. Я веду войну.

— Мы ведем, — поправила Блоод, вытягиваясь на постели.

— Оденься, — взвизгнула Катрин. — Я и раньше на тебя смотреть не могла. А сейчас уж совсем…. Хороша та война будет.

— Извини, — суккуб перевернулась на живот. Катрин никакого облегчения не испытала, — с тыльной стороны подруга выглядела ни менее соблазнительно. Катрин молча принялась кидать на постель все тряпки что попадались под руку.

— Хватит, — Блоод ухмыльнулась. — Одевай меня сама. Я не умею носить это.

— Я там специально для тебя вещи приготовила. Сейчас принесу. Интересно, чем там Найни занята?

— В третий раз разогревает завтрак. Она хорошая служанка. Второе одеяло мне принесла.

— Найни не совсем служанка, — пробормотала Катрин, натягивая джинсы. — Она….

— Не объясняй. Здесь много странных слов. Найни — Мышь — Грызун — твоя. Полностью. Хорошо.

— Спасибо что одобряешь, — пробормотала Катрин. — Сейчас принесу одежду.

Найни в белом фартучке возилась на кухне.

— Подавать завтрак, Госпожа?

— Немного подожди, — Катрин чувствовала некоторое смущение. Они с Блоод вели себя крайне разнузданно. Наверняка Мышка слышала уйму подробностей. Экая она сегодня бледная.

— С тобой все нормально, слайв?

— Да, Госпожа. Нет, Госпожа… — углы маленького рта задергались. — Я не могу смотреть на нее спокойно. Госпожа, я виновата. Простите, я не могу справиться, — Найни в ужасе повалилась на колени. — Я не могу не думать о ней. И о вас вместе.

— Спокойнее, Мышь. Ты уже справилась. Сейчас немного свыкнешься. Ну, а если чуть-чуть не выдержишь, я пойму. Блоод — действительно не человек.

— Да, Госпожа. Но она не может выходить из дома. Она слишком иная.

— Вот именно ты, вместо того чтобы трястись от похоти, и подумай, как ее сделать человеком. Мы с тобой кое-что подготовили, но и сейчас твои советы пригодятся. Ты же у меня умная, слайв, — Катрин погладила девочку по щеке.

— Хорошее зеркало, — сказала Блоод, поворачиваясь перед большой зеркальной дверцей шкафа.

— Ты тоже недурна, — заметила Катрин. Она испытывала настоятельную потребность уложить подругу обратно на кровать. В брючном темно-лиловом костюме суккуб выглядела очаровательно. Именно — очаровательно. Ощущение безумной хищной сексуальности притупилось. Блоод выглядела почти человеком. Прекрасной молодой дамой, с которой можно флиртовать, сплетничать, обсуждать неприличное поведение соседей и последние тенденции моды. Короче, можно думать о многом, кроме того, чтобы немедленно залезть на желтокожую богиню и предаться блуду. Правда, блудить тоже очень хочется.

Катрин сглотнула слюну.

— Алегрия? — поинтересовалась Блоод.

— Нет. Просто думаю, что этот мир тебе не подходит.

— Да. Мир здесь — фигня. Вонючая. Но одежда хороша. Или плохо? — суккуб положила руки на талию. Короткий жакет отчего-то подчеркивал ее безупречную талию, хотя по покрою казался достаточно свободным.

— Бло, перестань меня дразнить, — Катрин постаралась, чтобы голос звучал уверенно. — Я знаю, как ты умеешь. Сейчас не время.

— Я чуть-чуть. Соскучилась. Больше не буду.

Катрин подошла, обняла, уткнулась лицом в густые локоны.

— Бло, я очень соскучилась по всем вам и по Медвежьей долине.

— Знаю. Плачешь по ночам. Когда не воюешь. Возвращайся. Ты там дома.

— Здесь я тоже дома, — пробормотала Катрин. — Не могу вернуться, пока не закончу дела. И, похоже, никогда их не закончу.

— Фло-ранс?

— Я не нашла ее следов. Правда, мне здорово мешают эти типы. Одной мне не справиться, поэтому я и позвала тебя. Мне стыдно. Я оторвала тебя от дома, от ребенка и мужа.

— Чушь. Им полезно. Я здесь. Интересно. Познавательно. Мы убьем всех, кто мешает. Вытри глаза. Идем кушать. Потом рассказываешь — что мы делаем.

Блоод попробовала все, что было на тарелках, но исключительно из любопытства. Кроме того, ей понравилось пользоваться непривычной вилкой.

— Бумага? Почему везде? Заворачивают? И не моют?

Мышка, наливающая кофе, вздрогнула.

— Моют, моют, — успокоила Катрин обеих сотрапезниц. — Просто здесь бумагу суют в продукты, дабы повысить грамотность населения. Мы привыкли. А откуда ты, Бло, знаешь какова бумага на вкус? В "Двухлапах" наладили выпуск дешевых сосисок?