Вика, проигнорировав изумленный взгляд Аорона, пошла за сестрой. Та сейчас находилась в таком боевом настроении, что готова была прибить все, что движется. А этот дворец последнее время и так пережил чересчур много разрушений. Вообще, конечно, Светка обладала боевым характером. Если Вика предпочитала язвить и «ранить» словом, то Светка и кулаком в ухо могла въехать. Мама все вздыхала, как они обе мужей с такими характерами найдут. Но Вика уже нашла. И Светку выдадут. За какого-нибудь дракона. Или демона.

Коридоры между тем сменяли друг друга. To ли целителей специально отселили куда подальше, то ли они сами не рвались общаться с придворными, но Вика насчитала уже пять длинных коридоров и три просторных зала. На удивление ни одного придворного на пути не попадалось. «Чувствуют настрой Светки и под руку не лезут», — решила Вика.

Нить продолжала вести за собой, вися над головами сестер. И захочешь — не потеряешься.

Наконец, когда Вика уже думала, что они не дойдут до желанной настойки от головной боли, нить закончилась.

— Дошли, — выдохнула Светка, привалившись спиной к очередной двери, на вид запертой.

Дверь распахнулась. И Светка полетела бы вниз, на пол комнаты, если бы Вика вовремя не потянула бы ее за руку.

— Сволочи, — проворчала Светка.

Открывшееся их глазам помещение было заполнено химическими аппаратами. Реторты, колбы, куча всяких трубочек, торчавших непонятно откуда и ведущих непонятно куда.

— И ни души. Эй, ау! Есть кто живой?

— Из живых только мы с тобой, — заметила Вика, заходя вслед за Светкой в комнату.

— Ну и фиг с ними. Подумаешь… — Светка не договорила — резко повернувшись, она нечаянно задела какую-то колбу, стоявшую почти на краю стола.

Тут же обеих девушек накрыло защитным черно-белым колпаком, а в комнате прогремел взрыв.

Эдуард тоскливо осматривал то, что осталось после взрыва, слушая краем уха причитания главного целителя. Со слов того выходило, что в помещении хранилась чуть ли не легендарная настойка Вечной Жизни, никак не меньше.

— Возмещу я ущерб, — поморщился дед супруги, появившийся на месте происшествия практически мгновенно. Как же, вдруг что-то случилось с его драгоценными внучками. — Увижу точную перепись пропавшего и оплачу.

Главный целитель подозрительно ярко просиял и бросился вон из комнаты — не иначе как составлять подробную перепись.

— Сочувствую, — иронично заметил стоявший рядом с Эдуардом Аорон.

— Кому? — уточнил тот.

— Этому миру. Сначала они разрушат дворец, потом примутся за остальное.

Дед жены нахмурился, но спорить не стал. Видимо, думал так же и с сыном был согласен, частично или полностью.

Эдуард посмотрел в дальний угол: там сидели, на перенесенных магией из другой комнаты табуретках, сестры и их бабушка. Богиня мудрости что-то втолковывала своим непутевым внучкам. Те слушали молча, но вряд ли готовы были воспринимать услышанное.

— Это бесполезно, — подтвердил мысли Эдуарда Аорон. — Они забудут об услышанном минуты через три.

— Ты нарочно? — устало спросил Эдуард.

— Молчу, — поднял руки вверх в шутливом жесте Аорон. — Бал сегодня будет?

— А надо?

— Тебе одного взрыва мало?

Эдуард мрачно выругался по-тролльи. Зараза. Знает же, куда бить.

— Будет. Через час-полтора. Они, — кивок в сторону женщин, — как раз успеют собраться.

В принципе, Эдуард оказался прав. На сборы этой троице хватило рекордно мало времени: всего два часа.

Зал блестел разноцветными огнями и был наполнен музыкой и шумом голосов придворных. Эдуард неспешно бродил среди приглашенных герцогов, графов и маркизов и думал о том, что взрыв, возможно, все же случился к лучшему. Эдуард не пришлось открывать бал травмирующим родарноном. Остальные танцы, менее травмоопасные, Эдуард, несомненно, выдержит. Главное, что… Он не додумал, остановившись посередине зала и замерев, как статуя. Впрочем, не он один. И придворные, и слуги — все замерли. Да и как было не замереть, когда в двери бального зала вошли эти… Ни одно слово, относительно приличное, не лезло Эдуарду в голову. А оскорблять полудемониц-полубогинь сыну правителя драконов все же не пристало.

Яркая краска на лице, уложенные в высокую прическу волосы, вызывающе открытые короткие платья. Не женщины, а шлюхи!

— Ты, главное, дышать не забывай, — послышался позади Эдуарда насмешливый голос Аорона.

— Они специально? — Эдуард почувствовал, как закипает. Пар разве что из ушей не валил.

— Думаю, да. Но ты не забывай все же, чьи они дочери.

К Бездне! Все к Бездне! Его жена, наряженная как шлюха; сейчас мило улыбалась одному из придворных, буквально пускавшим на нее слюни! Эдуард ощутил жгучее желание убивать!