Внутри я обмираю от страха, но виду не подаю. Хорошее настроение Антона – вот, что меня должно заботить. Боже, как же надоело притворяться, сил уже нет никаких. Но я послушно отыгрываю роль на ура. Даже Юлька и та думает, что у нас вроде как устоявшиеся счастливые отношения, которые приведут к браку.

– Здравствуй, сын, – со стороны двери раздается грубый бас, – знал, что застану тебя здесь.

Ничуть не удивленный присутствием отпрыска, седовласый статный мужчина вальяжно стоит у прохода. Настойчиво смотрит на затылок Антона, успешно при этом и весьма демонстративно игнорируя мое присутствие. Слышу, как пульс у парня учащается.

– Здравствуй, Рита, – он ядовито выплевывает из себя слова, в штыки воспринимая игнор своего отца, – ну, скажи же, отец, ты ведь не переломишься, если хоть раз поздороваешься с моей девушкой.

– Я на улице подожду, – быстро запихиваю ноутбук в сумку и по дуге огибаю упрямых мужчин.

И на выходе ловлю предостерегающий взгляд старшего. Сглатываю горькую слюну и опускаю глаза в пол. Выбегаю со скоростью пули, стараясь не расплакаться при них. Быстрым шагом чуть ли не несусь по коридору, гоню от себя непрошеные тягостные мысли. А навстречу беззаботно идет Наташка, от которой не отцепишься просто так.

– Слышала, твой отпросил тебя у шефа, – демонстративно цокает она, притормаживая меня у самой лестницы, – и везет же некоторым, и где только цепляете богатеньких. На свадьбу-то хоть пригласишь? Может, и я найду там себе какого-нибудь буратино.

– Всё не так, как ты думаешь, – возражаю вяло, эту не переспоришь, да и смысл ей что-то доказывать.

– Ой, да брось, – отмахивается, совсем не обладает девка эмпатией, – окольцуешь его и будешь всю жизнь в шоколаде жить, да и смысл работать, когда там такие деньжищи крутятся.

– Я спешу, потом договорим, хорошо? – и, не дожидаясь ее ответа, спускаюсь вниз, перепрыгивая ступеньки.

Скорее бы на свежий воздух. Выбегаю из здания с облегчением, но не успеваю перевести дух, как ко мне подходит мужчина в костюме и передает телефон.

– Артем Юрьевич желает с вами поговорить, – и сует мне в руку трубку.

Пару секунд я гляжу на черный прямоугольник с омерзением, но всё же вынуждена поднести его к уху. Злить отца Антона не стоит – это может чревато отразиться на мне.

– Алло, – как бы ни хотела, но голос не скрывает дрожи.

– Сегодня вечером тебе доставят посылку. Это платье на свадьбу, так что будь добра примерить, – холодно звучит в трубке голос Пархоменко-старшего.

– На свадьбу? – растерянно оглядываюсь, но вижу лишь невозмутимые лица охраны у черной машины.

– Да, – подтверждает мои худшие опасения мужчина, – и не испорть его, платье шили лучшие модистки города, завтра приедут к тебе на примерку и подгонят под тебя.

– Но зачем… – у меня перехватывает дыхание от быстро разворачивающихся событий, перед глазами проносится калейдоскоп кадров прошлой беззаботной жизни, где я была сама себе хозяйкой. – Какая свадьба?

Выдыхаю напряженно, даже не ожидая ответа. Давно привыкла, что мое слово в этой семье ничего не значит.

– Сын спускается, – как всегда, игнорирует меня и мои слова. – Помни о нашем уговоре.

Говорит и сразу бросает трубку. Я отвожу телефон от уха и смотрю на него, как на врага народа. Тут же ко мне подлетает охранник и практически вырывает трубку из моих рук. А я остаюсь стоять, как вкопанная. Оглушенная и раздавленная неприятным разговором и не менее неприятной новостью.

– Детка, – приобнимают меня мужские руки, – я освободился, теперь весь твой.

– Антон, – прибавляю в голос строгости и выворачиваюсь из его объятий, – нам нужно серьезно поговорить.

Тот лишь весело улыбается и тянет меня к своей спортивной тачке ярко-алого цвета. Он любит всё кричащее, что вызывает во мне неприятие. Как и он сам, впрочем. В спину словно вонзается тысяча иголок. Я оборачиваюсь и поднимаю голову к окнам бизнес-центра. С третьего этажа на меня грозно смотрит пара холодных глаз. Будто предупреждает: ты у меня на мушке – шаг вправо, шаг влево – расстрел. Я сглатываю и послушно сажусь в машину.

– О чем ты хотела поговорить? – спрашивает мой вроде как парень, когда мы отъезжаем. – Ты была когда-нибудь в Экстази?

– Это новый клуб на Бронной? – морщусь, не удивленная, что Антона интересуют только клубы да выпивка.

– Улетное место, – кивает он, не замечая моего недовольства, – мы с пацанами были там на прошлых выходных, там собирается только элита, золотая молодежь, все свои.

Стискиваю зубы от его беспардонных комментариев. И как давно он забыл, что я из другого класса? Из того круга, где не тратят миллионы на машины, не прожигают свою жизнь, тусуясь по ночам в гадюшниках, не презирают других.