Рубашка была намеренно оставлена ей напоследок.

– Что мне в тебе нравится, - сказал Рик, - Так это то, что ты такая тактичная.

– Может быть, мне нравится, когда на меня смотрят так же, как тебе нравится смотреть.

– Невозможно.

– Тогда просто считай это привилегией. Я знаю, ты не в восторге от того, что проведешь свой отпуск в глуши. И делаю все, чтобы облегчить твои страдания...

– Ну пока у тебя здорово получается.

Когда Берт закончила завязывать шнурки на ботинках, она протянула руку, взяла носки Рика и бросила их ему.

– Обычно я начинаю с шорт, - сказал он.

Девушка усмехнулась.

– Не в этот раз.

Она откинулась назад, опираясь на прямые руки, и наблюдала. Рик не мог отвести от нее глаз. После того, как он надел носки, она бросила ему рубашку. Потом шорты и, наконец, брюки. Пока он застегивал ремень, Берт скользнула в свою выцветшую голубую рубашку из шамбре. Оставив ее распахнутой, она закатала рукава до локтей. Затем застегнула пуговицы.

Шоу окончено,– подумал Рик.

Внезапно его охватила паника.

Берт нахмурилась.

– Что случилось?

Он покачал головой.

– Что такое?

– Просто бабочки.

– У тебя такой вид, будто тебе дали по яйцам.

И чувствую себя также,– подумал он.

– Я в порядке, - сказал Рик.

Берт встала и обняла его.

– Что еще за бабочки?

– Кряквы.

– Кряквы – это утки.

– Со мной все будет в порядке.

– Это из-за кемпинга?

Рик кивнул.

– Я думала, ты просто не хочешь жить без удобств. А тут что-то большее.

– В прошлый раз у меня были неприятности.

Берт погладилa его по голове.

– Мне было четырнадцать. Мы с отцом возвращались из Минерал Спрингс. И попали в переделку. Вокруг никого не было. Споткнувшись о камни, я шагнул в расщелину. Это было так глупо. Надо было смотреть, куда иду. В общем, я получил переломы левой голени и малоберцовой кости. Папа оставил меня одного, и пошел за помощью. Прошло три дня, прежде чем меня забрали оттуда по воздуху. Не такое уж большое дело, я думаю, но мне было четырнадцать, и это была довольно пустынная местность, похожая на какой-то кошмарный пейзаж, и я чувствовал себя... уязвимым. Вокруг были койоты. Я видел, как они крадутся по камням вокруг лагеря, и думал, что, вероятно, уже был в их меню. Черт побери, я все время был до смерти напуган. Конец.

Берт крепко обняла его.

– В общем, ничего серьезного, - сказал Рик.
– Но достаточно, чтобы погасить мой энтузиазм по поводу предстоящих лишений.

– Ты, наверное, был в ужасе, - сказалa Берт.

– Это было давно.

– Я не должна была толкать тебя на это. То есть, я знала, что ты не горел желанием идти, но я никогда не подозревала...

Он похлопал ее по заду.

– Нам лучше поторопиться.

– Может быть, нам стоит изменить наши планы?

– Отменить?
– спросил Рик.

– Конечно. Я не против.

Соглашайся,– подумал Рик. – Это как раз то, что ты так ждал услышать.

– А как насчет зова дикой природы? – спросил он.

– Я отвечу на него в другой раз.

– Без меня?

Он почувствовал, как она пожала плечами.

– Я пойду. Ты же знаешь, что говорят о падении с лошади. И о том, что молния дважды не бьет в одно и то же место.

– Уверен?
– спросила Берт.

– Абсолютно.

Она прижалась к нему.

– Я дам тебе обещание. Если ты сломаешь ногу в этот раз, я останусь с тобой. Мы будем держаться вместе, пока кто-нибудь не появится, и пошлем его за помощью. Я останусь и позабочусь о тебе. Если у нас кончится еда, я буду ловить рыбу и ставить ловушки. И буду отгонять койотов.

Это было последнее, что Рик хотел услышать.

– Договорились, - сказал он.

Глава 3

Джиллиан О'Нил уставилась на звонящий телефон. Ей не хотелось брать трубку.

На этот раз,– подумала она, - я этого не сделаю.

Если я не возьму трубку, с ними все будет в порядке.

Но пока она смотрела, трубка поднялась в воздух.

Нет!

В руке у нее были ножницы. Она бросилась вперед, готовая перерезать провод, но не успела. Из трубки, словно из громкоговорителя, прогремел голос:

– Угадай, что случилось с твоими родителями!

Из динамика брызнула кровь. Красный душ брызнул Джиллиан в лицо, ослепив ее. Она вскрикнула, отшатнулась назад, споткнулась и начала падать, а потом резко проснулась.