– … Госпожа Беллингслаузе, я иногда думаю, что не сам решил поселить вас в своем доме. Меня точно надоумил демон, ведь вы – отвратительная жиличка.

Ни один адекватный домохозяин не возьмет жиличкой ведьму. Считается, что мы притягиваем демонов, духов и всякую нечисть, что, разумеется, бред. Лично я живого демона ни разу не видела, мертвого, впрочем, тоже. Да и то, что мы с духами и нечистью всякой якшаемся во многом преувеличение.

Авторитетно заявляю: демон никак не относится к моему заселению в дом господина Бруннера. Виной всему сваренное мной зелье, но кто я такая, чтобы спорить с уважаемым человеком?

– Вы преувеличиваете, уверяю вас, – я занервничала, а это сейчас было совсем ни к чему. – Я даже с ведьмами настоящими никогда не встречалась.

Как раз на этой мысли на глаза мне попался портрет матушки. Судя по тому, что выражение лица, изображенное на картине, было зверским, дух, сидящий в полотне, с трудом сдерживался, чтобы не высказать господину Бруннеру все, что о нем думает. Выходило, что кое какие слухи о ведьмах все же правда, но признаваться в этом себе дороже.

– Тогда как вы объясните эту мерзость на потолке и шторах?

– Ккаких это шторах? – поразилась я. – Шторы ни при…

И тут я поняла, о чем говорит господин Бруннер. Густой дым, который решил вырваться из котелка и изменить собственную структуру, отчего-то еще и принялся размножаться. Шторы действительно почернели, да и кое-где на стенах уже появились потеки. Вместо инновационного зелья для похудения я изобрела быстроразмножающуюся черную слизь?

– Ой, я постираю, – мигом заверила я. – Обещаю, все будет чисто! Это просто…варенье. Да-да, переварила немного и…вот. Вы не представляете, какое это варенье коварное.

Я отчетливо видела, как черная слизь на стене сложилась в форму фиги.

– Черничное! – мрачно добавила я. Ясно теперь, какой эффект дает беладонна в союзе с разрыв-травой, неизвестно только как с ним бороться.

– Конечно, постираете, – господин Бруннер взмахнул руками, распаляясь еще больше. – И вычистите потолок, и оплатите ремонт плиты. Когда только это будет? Вы еще предыдущее вредительство не оплатили, а уже беретесь за новое.

В этот момент, на крупный мясистый нос домохозяина упала огромная черная капля. Мы с господином Бруннером замерли: я от ужаса, а он от неожиданности, а после, почти одновременно посмотрели на потолок.

Черная мерзость доползла и до двери, да еще и захватила в плен мою метлу, которая скрывалась от домохозяина под потолком. Господин Бруннер покраснел, выражение лица его приобрело совсем уж зверские черты, но вместо того, чтобы кричать на меня, он вдруг подскочил к стенному шкафу и распахнул его.

– Вот!

Вообще это слово могло означать что угодно, но я не собиралась обманываться. Господин Бруннер обнаружил то, что напрямую указывало на род моей силы и моих занятий, так что и строить из себя оскорбленную невинность больше не стоило.

Я расправила плечи и, чтобы не одной мне обидно было, съязвила:

– Вы там любовника своей жены обнаружили, господин Бруннер?

Портрет моей матери все же не сдержался и громко расхохотался. У домохозяина глаза на лоб полезли, а я заглянула в шкаф, чтобы удостовериться, что черная мерзость туда не добралась. Нет, все чистенькое, все на месте: котел, старые книги, пучки трав и множество склянок, пробирок и мешочков. Радоваться вроде бы надо, но абсолютно все указывает на то, что я ведьма, а это значит…

– Убирайтесь отсюда! – господин Бруннер кричал так громко, что соседям даже сбегаться к дверям не пришлось – скандал можно было подслушать с удобством, не выходя из своих комнат. – И в этом городе больше никто вам комнату не сдаст, так и знайте. Я всем расскажу, что госпожа Беллингслаузе – вредитель, а не жиличка!

– Напугал, – я фыркала, но на самом деле нервничала – денег на смену города могло и не хватить. – Кто вам эту дрянь с потолка уберет?

– Магов вызову!

– Они дорого берут!

– Зато деньгами, а не нервами!

Черная капля опять упала вниз, только теперь не на нос домохозяину, а на его ботинок. Мы так и замерли, разглядывая ее, а когда господин Бруннер поднял взгляд на меня, стало вдруг ясно – договориться не удастся.

– А про жену я правду сказала, – мстительно заявила я. Да погромче, чтобы все соседи услышали. – Гуляет от вас. Хотите скажу с кем?

По лестнице загрохотали шаги.

– Хочу!

Дверь открылась и в щели показались несколько жильцов с верхних этажей.