Офицеры за его спиной принялись угодливо хихикать, видимо, посчитав, что генерал издевается. Форестер бросил на них мрачный взгляд, отчего они тут же замолчали.

– Неплохое чтиво, – заметил он и впечатал книгу в грудь Криста, заставив парня нарушить стойку и схватить тяжёлый том. – В обычное время, фортис Верус, я бы не имел ничего против того, что вы решили с ней ознакомиться. Но сегодня, к сожалению, я вынужден нарушить ваши планы по литературному просвещению…

– Так точно, фортис генерал! – Крист стоял ни жив ни мёртв, судорожно пытаясь понять, что сейчас произошло, во что он вляпался и чем ему это грозит.

– Вольно! – приказал Форестер и повернулся к штабным офицерам. – Вам двоим заняться нечем?

– Есть чем, фортис генерал!

– Так точно, фортис генерал!

Оба офицера немедленно испарились, заставив Форестера презрительно поморщиться.

– Крысы штабные… Отправил бы обоих на пробежку, но один пишет красиво, а другой считает хорошо…

В убежище Криста было четыре пустых ящика, забытых здесь службой снабженцев. Один из ящиков генерал и занял, кивнув адъютантам на оставшиеся.

– Присаживайтесь, метены! В ногах правды нет.

Крист с удивлением уставился на генерала. Да и Фил, личный адъютант Форестера, похоже, был не в курсе, что происходит. Оба они ожидали всего чего угодно, но явно не предложения присесть.

– Что встали? – буркнул Форестер. – Садитесь… Могли бы и в штабе посидеть, но раз метен Верус сегодня предпочёл прятаться, то перенесём штаб сюда…

В большом военном лагере нашлось бы немного людей, способных дважды проигнорировать приказ Виктора Форестера. И ещё меньше нашлось бы ситуаций, при которых это можно было безопасно сделать. И эта ситуация, по мнению самого генерала, к таковым не относилась. Поэтому, видя, что адъютанты ещё на ногах, он сурово нахмурился, и оба парня принялись занимать сидячие места на ящиках, едва ли не толкая друг друга.

– Фортис Филипп, давай сюда папку! – потребовал генерал от своего адъютанта. И, получив искомое, достал лист приказа, прибывшего сегодня утром. А затем протянул его Кристу. – Ознакомьтесь, метен Верус…

Крист испуганно принял бумагу и углубился в чтение. И с каждой новой строчкой брови его ползли всё выше и выше… Наконец, он закончил знакомиться с документом и поднял полный недоумения взгляд на Форестера.

– Что скажете, метен Верус? – поинтересовался генерал.

– Но… Но генерала Сулевенте нет в лагере! – проговорил Крист.

– Само собой, – кивнул Форестер. – И не будет…

С мрачным весельем он посмотрел в глаза молодого человека, в которых всё ещё плескалось непонимание. А затем сжал руку в кулак, подняв её над головой, саму голову наклонил вбок и высунул язык. Видимо, показывая, что ожидает проштрафившегося Сулевенте в ближайшее время.

– Допрыгался генерал! – жизнерадостно пояснил он. – Совсем допрыгался.

– Но… – Крист указал на лист приказа.

– Да, такое бывает, – кивнул Форестер. – Первые транспорты подойдут завтра, а командование корпуса Народной Аристократии обезглавлено… Именно так. А что это значит, фортис?

Крист знал пару слов, которые хорошо бы охарактеризовали сложившуюся ситуацию, но произносить их вслух не стал. Вместо этого он вспомнил армейский устав, а заодно и устав экспедиционного корпуса. После чего, наконец, выдал решение.

– В случае отсутствия или гибели старшего офицера, вся полнота командования подразделением переходит к командирам этих подразделений, при координирующей роли офицеров штаба и личного адъютанта старшего офицера! – бодро, но обречённо процитировал Крист.

– Сам ты не справишься, – заметил Форестер. – Всё-таки у Народной Аристократии самый большой вклад в корпус… Так что в помощники тебе поступает Филипп. Действуйте, молодые люди!

Генерал встал с ящика, сделал шаг из укрытия, а потом обернулся и протянул обе руки. И явно не для рукопожатия. Филипп понял генерала без слов, передавая ему обратно папку с документами. И только спустя секунду Крист вложил во вторую, оставшуюся пустой, руку лист с приказом.

– Удачи, фортисы! Не подведите меня!

Он ушел тем же путём, как и пришёл – по палатке, не обращая внимания на скрежет каких-то личных солдатских вещей под тканью. Отдавать Филиппа, даже временно, ему было жалко. Но отзыв Сулевенте трагическим образом совпал с приказом о транспортировке корпуса в Марчелику. И будь Форестер молодым и неопытным – он бы растерялся. Но за годы службы он понял одно: генерал не может теряться ни в какой ситуации. Пусть лучше его подчинённые ходят вечно растерянными.

Однако бросить все подразделения Народной Аристократии на волю устава и произвола командиров подразделений он не мог. Поэтому перед тем, как подсидеть Сулевенте, внимательно присмотрелся к его адъютанту. И начал действовать только тогда, когда убедился, что от молодого парня будет хоть какой-то толк.

Крист и Фил молчали ещё целую минуту после ухода генерала. А потом Фил протянул руку к Кристу и потребовал:

– Дай!

– Держи, – Крист протянул ему флягу и с сожалением проследил, как адъютант Форестера делает один большой глоток. – Дела…