– Какие люди! Юлия, проходи!
–  слышу за спиной радостный голос Эдварда.

– Да уж! Что-то эти люди зачастили к нам!
–  недовольно ворчу я и демонстративно ухожу.

– Эй! Мелкий, ты чего быкуешь? Совсем с ума сошел?
–  изумленно восклицает Эдвард.
–  Ну-ка извинись перед Юлией!

– И не подумаю! Она и правда зачастила. Осталось только вещи перевести к нам!

– Юлия, прости, пожалуйста. Я не знаю, что на него нашло. Я с ним поговорю.
–  виновато говорит Эдвард и идет следом за мной в комнату.

– Мелкий, я что-то не понял, что это было?
–  он подходит ко мне и хватает за подбородок.

– Отпусти!

– Я жду ответа, ты зачем оскорбляешь Юлию? Я понимаю, она тебе не нравится, но хамить-то зачем? Она друг нашей семьи, если ты не помнишь! И она помогает мне во всем.
–  строго говорит Эдвард.
–  Если я еще раз услышу, что ты ее оскорбляешь, я тебя накажу!

– Она сама постоянно грубит мне и издевается!

– Она старше тебя, в общем, я тебя предупредил.
–  Эдвард поворачивается и уходит. Ну вот, опять мы из-за этой стервы поругались.

Благо, сегодня они быстро заканчивают свои дела и Юлия уходит.

Эдвард заходит в комнату, и молча стоит за моей спиной. Я играю в сетевую игру и мне сейчас меньше всего хочется говорить про мое поведение и про эту долбанную Юлию.

– Мелкий, ты зачем обижаешь гостей? – наконец-то произносит он.

– Я ее не обижал. Просто сказал правду.

– А ты не подумал, что ты мог ее задеть своими словами? – снова спрашивает он.

– Ничего, переживет! Твоя Юлия – еще та стервозина. Не понимаю, как ты сам это еще не заметил?

– Брось свою игру и повернись ко мне, когда я с тобой разговариваю!

– Я сейчас не хочу разговаривать, ты не видишь, я играю? – продолжаю играть, стараясь не смотреть на Эдварда. Вот ведь прокопался ко мне с этой Юлией!

– Все, ты меня окончательно достал! – закипает он. – Сейчас ты у меня получишь!

Дальше все было как в тумане, я даже не успеваю заметить, как он расстегивает ширинку и предстает передо мной с торчащим поверх штанов эрегированным членом.

– Ты отбился от рук, тебя надо снова воспитывать, волчонок. Быстро встал на колени и начал сосать! – его голос звучит очень грозно, а у меня от его тембра пробегают мурашки по коже.

– Ты меня слышал? – снова спрашивает он.

– Сейчас! Мне нужно пройти еще один уровень! – жалобно отвечаю я, мне осталось доиграть партию всего пару минут, я тут уже час рублюсь ради награды. Не могу просто взять и бросить, подведу свою команду с которой я играю в данный момент.

– Я сказал, встал на колени и начал сосать! Что тут непонятного? – слышу я его голос сквозь пелену тумана.

Нехотя бросаю игру и иду к нему на ватных ногах.

– Всего несколько минут не дал доиграть! – ворчу на него.

– Ничего! Поиграешь в следующий раз! Или ты не хочешь меня? – вопрос звучит слишком провокационно.

Вместо ответа, я только хватаю его член и начинаю медленно водить вдоль ствола рукой. Эдвард тяжело дышит и еле заметно двигается. Я сразу же ощущаю сильное возбуждение.

– Может тебе надоело сосать мой член? – насмешливо спрашивает Эдвард. – Если хочешь, иди и доигрывай, а я пойду фильм посмотрю.

– Ты же знаешь, что мне нравится тебе сосать! – снова ворчу я, и гневно смотрю на него снизу вверх. – Просто мне надо было там пройти до конца партию. Я подставил людей!

– Какая печаль! То есть, ты ради каких-то левых людей, которых ты даже не знаешь, готов пожертвовать моим удовольствием? Волчонок, я тебя не узнаю сегодня.

– Чего ты ко мне цепляешься? Я же бросил игру! – что-то я сегодня реально нервный. Почему-то приход Юлии меня очень выбесил. Даже не знаю, что именно она такого сделала. Видимо, просто это было последней каплей. Я надеялся, что хоть сегодня не увижу ее. Задолбала!

А может быть, меня бесит, что она не пришла пораньше? Нет, все-таки я рад, хоть сегодня моя совесть будет чиста перед Эдвардом!

Мой рот заполнился слюной от одной мысли, что я сейчас буду сосать любимому.

Отпустив член моего мужчины, смахиваю со своего подбородка слюну. Захватываю губами эту увесистую и вкусно пахнущую дубинку и с азартом двигаюсь по стволу губами, засасывая на максимум. Пытаюсь выжать из себя все, на что только способен. Головка то и дело упирается мне в горло, но я терплю и заглатываю.

Тихое чавканье наполняет комнату, а мои пальцы нежно, но быстро скользят по смазанному моею слюной члену.