Я прочищаю горло и меняю тему, пока мои узы не проснулись, размышляя об этом. — Так куда Норт поместил тебя? Если ты в подвале, мы можем просто пойти спать в мою комнату сегодня.

Атлас ворчит себе под нос, а затем ведет меня через второй этаж. Когда он останавливается, я сразу узнаю коридор и хихикаю.

— Он поселил тебя рядом с Гейбом? Как ты это воспринял?

Он бросает на меня предупреждающий взгляд, когда отпирает свою дверь, распахивает ее и включает свет.

Это пустая комната.

Ладно, это немного драматично, но в ней примерно столько же его личности, сколько в моей комнате моей. Та же планировка и цветовая гамма, что и у Гейба, но единственное, что здесь есть от Атласа, – это его сумки, которые открыты, но все еще аккуратно упакованы, и ноутбук, который лежит на кровати.

— На самом деле я ничего не делал, только спал здесь. Если мы останемся здесь, я должен избавиться от своей квартиры и переехать сюда, но я подожду, пока ты не будешь уверена.

Я киваю и обхожу его, чтобы рухнуть на кровать, позволяя себе погрузиться в роскошный матрас. Он такой же, как и все матрасы в поместье, и я думаю, что мой вкус внезапно стал дорогим, потому что я отказываюсь спать на чем-то меньшем.

— Ты… уверена? Или мы тут убаюкиваем всех ложным чувством безопасности? Дай мне знак, сладкая, — говорит он, снимая ботинки и забираясь рядом со мной.

Мои узы довольны тем, как прошел сегодняшний вечер, и его близостью. Они даже не пытаются взять верх, когда я сворачиваюсь рядом с ним, уткнувшись лицом в его грудь.

— Мне действительно нужно выяснить, как вытащить чип. Как только с этим разберусь… мне придется уйти.

Он кивает и прижимает меня еще ближе. — Нам. Нам придется уйти. Ты не избавишься от меня, сладкая. Никогда.

Глава 15

Где-то после полуночи я проснулась от ощущения, что один из моих Связных забрался в кровать позади меня. Я просыпаюсь ровно настолько, чтобы поднять голову с груди Атласа и увидеть, что Гейб пристроился позади меня, а Грифон опустился в одно из богато украшенных кресел, которое притащил к двери, линии его тела напряжены, когда он устраивается поудобнее, наблюдая за нами.

Мой мозг не успевает осознать, что происходит, насколько все должно быть не в порядке, если они оба сейчас здесь, поэтому я ложусь обратно и позволяю себе погрузиться в глубокий сон, мои узы рады, что рядом есть еще один из моих Связных.

Я проснулась несколько часов спустя от яростного шепота Атласа: — Это моя ночь, какого хрена вы двое здесь делаете?

Я слегка стону, потирая лицо рукой, и рука Атласа защитно обхватывает меня. Еще рано, мой будильник еще не сработал, и я пытаюсь собраться с мыслями, чтобы понять, что здесь происходит.

Телевизор все еще включен, так как мы заснули за просмотром фильма, и подсветка освещает комнату настолько, что я вижу, что Грифон все еще бодрствует в кресле. Он выглядит изможденным, полностью одетый в свое снаряжение Так, и на его рубашке кровь.

— Ты ранен? — кричу я, и мои узы начинают гудеть в груди при одной мысли о том, что ему больно.

Глаза Грифона метнулись в мою сторону, а затем вниз, на себя, как будто ему и в голову не приходило, что то, чем он занимался прошлой ночью, могло оставить улики. — Я в порядке. Это не мое, но тебе придется либо избегать Норта, либо смириться с его исцелением.

Я пытаюсь сесть, отталкиваясь от Атласа и вырываясь из его крепкой хватки. — Где он? Я исцелю его, только скажи мне, где он.

Гейб ворчит позади меня, и я наконец вспоминаю, что он тоже здесь, в кровати, свернувшись калачиком на боку в рваной футболке и грязных шортах. Он не из тех, кто приходит ко мне грязным. Грифон тоже не приходит, значит, случилось что-то плохое.

Атлас одновременно приходит к такому же выводу и хмуро смотрит на Грифона. — Что, блядь, произошло?

Грифон заканчивает сообщение, которое отправляет, затем запихивает телефон обратно в карман и снова скрещивает руки, но его взгляд немного смягчается, когда он видит меня на кровати в моем сильно растрепанном состоянии. Я и так знаю, что выгляжу неважно, ночной сон не пошел на пользу моим волосам.

Я вообще снимала макияж прошлой ночью или у меня сейчас глаза енота?

Черт, почему я думаю об этом именно сейчас? Один из моих Связных ранен, и всем плевать, как я выгляжу.

— Норт уже в пути. Он сказал, что уже ходил к целителю.

Ох.

Мне это не нравится.

Я не знаю, как сказать кому-то из них, что мне это не нравится, но Атлас смотрит на меня, и его челюсть напрягается, его защитные инстинкты остры, как всегда. Я не уверена, что когда-нибудь пойму, как скрывать от него свои эмоции и чувства, потому что он читает меня как проклятую книгу.