Урсула достала телефон и открыла сообщение от Кейти.

«С днём рождения, Урсула! Я скоро буду дома. Давай сходим куда-нибудь».

В её нутре разверзлась бездна. Придётся сказать Кейти о проблеме с оплатой аренды. Урсула бросила телефон на диван, затем стянула с себя леопардовое пальто, промокшую от пива футболку и лифчик, задрожала и схватила чёрную футболку и лифчик с сушилки. «С таким же успехом можно одеться под стать настроению».

Урсула надела сухую одежду и пошла на кухню — маленькую комнатушку с крохотным виниловым столом. Открыв жалюзи, она впустила тусклый свет фонаря снаружи. Присев перед кухонными ящиками, она пошарила в поисках коробка спичек.

Зажигая две столовые свечи у плиты, Урсула ощутила, как урчит её желудок. Когда она ела в последний раз?

Дёрнув дверь холодильника, она схватила последний кусочек масла. На ужин будет хлеб с маслом.

Как раз когда она уже потянулась к буханке хлеба, волоски на её шее встали дыбом. За ней кто-то наблюдал. Урсула всегда понимала, когда на неё смотрят. И в данный момент кто-то определённо притаился в тени её крохотной квартирки.

Она медленно повернулась, и сердце едва не выпрыгнуло из её груди. По гостиной бесшумно передвигался широкоплечий мужчина, его лицо скрывалось мраком. Наверное, новый ухажёр её соседки, но лучше перестраховаться. Урсула открыла ящик с ножами.

Аккуратно, чтобы не спугнуть незнакомца, она стиснула рукоятку ножа, пряча руку внутри ящика.

Мужчина подкрался ближе, его движения были плавными и почти нечеловеческими.

По спине Урсулы словно провели ледышкой. Незнакомец помедлил в тени прямо у порога кухни.

Она сглотнула.

— Кто здесь?

Его зелёные глаза как будто светились в темноте, и слово «ведьма» затрепетало в её сознании.

— Меня зовут Кестер, — его низкий голос пробирал до костей.

Когда он вышел на трепещущий свет свечей, Урсула ахнула от узнавания. Густые каштановые волосы, острые скулы, идеальные губы. Тот горячий тип из клуба. Какого чёрта он делает здесь?

Холодный страх сжал её грудь. Урсула крепче стиснула рукоятку ножа.

— Ты проследил за мной, — завиток ужаса обвился вокруг её сердца. — Ты только что наблюдал, как я переодеваюсь?

— Я отвёл взгляд. Я здесь не для того, чтобы тебя тревожить. Я просто пришёл за твоей подписью, — он поднял руки над головой, держась за косяки. Отсветы свечей плясали на его золотистой коже, танцевали в зелёных радужках. Несмотря на его красоту, было что-то хищное в том, как он смотрел на неё… будто собирался сожрать её.

— Подпись? О чём ты говоришь? — одно резкое движение, и она метнёт в него нож. — Если не уйдёшь немедленно, я вызову полицию, — Урсула не могла вызвать полицию, потому что только что швырнула свой телефон через всю комнату, но ему не надо было знать об этом.

Его взгляд скользнул по ней так, будто он запоминал её.

— Я не задержусь дольше необходимого. Мне просто надо, чтобы ты подписала контракт. Ты должна была ожидать меня.

— Какой контракт? — Урсула медленно подняла перед собой нож. Вот только вместо кончика лезвия в её руке оказалась мягкая силиконовая лопатка. «Вот чёрт».

Он улыбнулся, и белые зубы сверкнули в отсвете свечей.

— Если ты хочешь сначала сделать мне блинчики, я не буду возражать.

— У меня нет ингредиентов, — невпопад ответила Урсула.

Где кухонные ножи? Грязные, наверное. Если подобраться к раковине, может, удастся взять нормальный нож, способный перерезать горло.

— Слушай, я вижу, что у тебя выдался плохой вечер. И я правда был бы рад тебе помочь, — он опустил руки с косяков и раскрыл глаза пошире, словно выражая искренность. — Но ты много лет назад взяла на себя обязательства, и сегодня твой восемнадцатый день рождения. Тебе надо лишь подписать контракт, и я уйду.

Снова это. Откуда он знал, что сегодня её день рождения? Урсула с ним не была знакома. Чёрт, да она не знала никого, хоть отдалённо похожего на него. В его голосе звучали странные нотки, отдававшие богатством и приватными клубами с трёхсотлетними барными стойками из красного дерева. Не совсем привычное для Урсулы окружение.

Она покосилась на плиту справа от себя. На ближайшей конфорке стояла грязная сковородка. Идеально для жарки сосисок или проламывания черепов, смотря по ситуации.

— Урсула. Тебе не надо бояться, — увещевал он, следя за ней изумрудными глазами. — Я пришёл не для того, чтобы вредить тебе.

Этот парень мог бы быть реально привлекательным, не будь он явным сумасшедшим. Урсула с притворной небрежностью положила лопатку на стол.

— Слушай, у меня был ужасный день. Я устала и хочу доесть хлеб, а потом сходить выпить с соседкой по комнате, которая вот-вот придёт сюда, — она помедлила. — Между прочим, она огромная и смертоносная. Уверена, тебе куда-нибудь надо. Советую тебе оставить меня в покое. Я бываю немного… непредсказуемой в моменты раздражения, и не хотелось бы, чтобы ты пострадал.