Все, с чем мне пришлось иметь дело этим утром, это кучка шумных сук.

И Лони все еще моя подруга, несмотря на то, что знает правду о том, что я сделала. Прямо сейчас это одна из немногих вещей, которые имеют значение.

Кроме Сэйнта, конечно.

Вернее, то, что Сэйнт и Лиам сделали в пятницу вечером после того, как высадили меня у его дома. Переходя из класса в класс, я пытаюсь найти возможность поговорить с ним. Однако я могу сказать, что он избегает меня. Он уворачивается от меня в коридорах и не смотрит на меня, когда мы сидим в классе.

Наконец, мне удается догнать его после истории. Наш новый заместитель просит его остаться после занятий, поэтому я задерживаюсь за дверью. Он не может игнорировать меня вечно.

Я расхаживаю взад-вперед, ожидая его, грызя ноготь большого пальца, пока он не становится таким коротким, что становится больно. Что бы ни сделали Сэйнт и Лиам, я не думаю, что они действительно причинили вред Кристин и ее друзьям. Я не сомневаюсь, что Лорел быстро дала бы мне знать, возложив вину на меня за то, что Сэйнт так низко пал. Что является тем типом вещей, которые толкают меня на стену.

Такие девушки, как Лорел, так быстро сваливают вину на другую женщину, вместо того чтобы вступать в схватку с парнем. Мои плечи напрягаются, когда я слышу шаги, доносящиеся из класса. В следующее мгновение Сэйнт выходит в коридор. Он немедленно останавливается, когда видит меня, и раздражение прорезает его загорелые черты.

— Черт, — стонет он.

— Нам нужно поговорить.

— Нет, я не думаю, что нам это нужно, — парирует он, проходя мимо меня.

Я не раздумывая хватаю его за руку, и он замирает. Его голубые глаза скользят вниз, к моей руке на нем, затем он медленно поднимает их на мое лицо.

— Чувствуешь себя грязной, маленькая мазохистка? Мое расписание немного заполнено сегодня днем, но я мог бы втиснуть тебя по-быстрому, если тебе нужен член.

Мой свободный кулак касается его плеча, и он шевелит своими густыми бровями.

— Ты же знаешь, что это не то, чего я хочу.

Сложив руки так, чтобы рукава его блейзера немного задрались, чтобы я могла увидеть его загорелые предплечья, он смотрит на меня сверху вниз с каменным лицом.

— Это позор, потому что это все, что ты получаешь от меня сегодня

— Я хочу знать, что произошло в пятницу вечером, — говорю я, продвигаясь вперед, несмотря на его слова. — Я думаю, что имею право знать

— Я не согласен.

Он пожимает плечами, затем поворачивается, как будто собирается уйти от меня. Как будто этот разговор каким-то образом закончен.

Сжав руки в кулаки, я бросаюсь вперёд него, чтобы отрезать его.

— Ты не можешь просто игнорировать меня!

Он протягивает руку, чтобы дотронуться костяшками пальцев до моей щеки, и я становлюсь немного выше, потому что мое тело мгновенно оживает под его прикосновением.

— Я не игнорирую тебя, красавица. Я просто игнорирую твой вопрос. Поверь мне. Это к лучшему.

— Сэйнт, я…

Он сжимает мой подбородок пальцами и прижимается поцелуем к моим губам, от которого у меня перехватывает дыхание. Его язык проникает мне в рот, и я издаю хриплый стон, потому что ничего не могу с собой поделать. Я знаю, что он делает, и я ненавижу, что это работает каждый гребаный раз.

Мой разум бросается догонять мое тело и начинает кричать, чтобы я больше на это не попадалась. Чтобы не стать мягкой и податливой для него, даже несмотря на то, что его поцелуй заставляет меня чувствовать слабость в коленях.

Со вздохом мне удается оторваться от его губ, но это его не останавливает. Он начинает осыпать поцелуями мою челюсть и шею, все еще решив отвлечь меня.

— Камеры, Сэйнт, — задыхаясь, напоминаю я ему, и, прежде чем я успеваю сказать еще хоть слово, он тащит меня в пустой класс, прижимая переднюю часть моего тела к доске.

Отлично, я выйду из здания с конспектами лекций мистера, перенесенными на мою юбку и ноги.

— Я знаю, что ты делаешь, и это не сработает, — указываю я, когда он проводит кончиком носа по моему затылку.

— О, нет?

Когда он улыбается, я чувствую это своей шеей. Он скользит одной рукой вниз к моей заднице, затем просовывает ее сзади мне между ног. Я сжимаю бедра, но это просто прижимает его пальцы ко мне, и давление, которое он оказывает, даже через мои трусики, так восхитительно, что мне приходится бороться, чтобы не прижаться к нему бедрами в отчаянной попытке получить больше.

С криком я отталкиваюсь от доски, вырываясь из его хватки. Я оборачиваюсь и обнаруживаю, что он разглядывает меня с ног до головы с открытым красивым ртом.