На него выплеснули сверху бочку напалма, и когда тот прогорел, обсыпали фосфором, потом облили концентрирован ной кислотой, а после того, как ее смыли, долго жгли термитом, морозили жидким азотом, били током, облучали ультра-звуком, электромагнитными и гравитационными импульсами, жесткими лучами и еще проделывали кучу всяческих для него гадостей вроде залпов из аннигиляторов и микроядерных взрывов.

Робаха ничто не брало.

Наконец стрельнули из микрокварковой пушки.

Робах каким-то шестым чувством ощутил это и за мгновение до удара потока микрокварков уклонился от него, потом, как и обещал, прыгнул к стене, ударом руки проломил ее, хотя она было бетонная, с броневыми листами в метр толщи ной, и благополучно скрылся.

Через пять минут после того, как его престали преследовать, он самолично вернулся в раскореженный зал и встал в ожидании следующей экзекуции.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил его Томми.

— Отлично. Мне только жаль, что пришлось испортить здесь облицовку.

— Чтобы тебя это не смущало, перейди в другой зал, пожалуйста, — попросил его Хаггард-младший.

Когда Робах переместился в следующую лабораторию, Томми проинформировал его:

— Ты меня, конечно, извини, но мне необходимо тебя убить.

Все присутствующие в просмотровом зале и за его пределами, обслуживающие аппаратуру эксперимента, напряженно замерли в ожидании реакции Робаха на такое весьма неприятное для него сообщение.

Если бы он предпринял что-нибудь для своего спасения, то тут же был бы уничтожен — со всех сторон на него были направлены автоматические микрокварковые пушки, но он даже не шелохнулся, а лишь произнес:

— Мне очень жаль, хозяин, но я в твоей власти.

Томми на секунду стало жалко беззащитного робота, но интересы человечества были выше этой жалости.

— Я не имею против тебя ничего, — начал он оправдываться, — но ты знаешь, что твои создатели являются нашими соперниками, и мы должны одного из вас попробовать разобрать. К сожалению, на этом месте оказался ты, так что не обессудь.

— Я вас понимаю и мирюсь со своей участью, — с достоинством ответил Робах.

— Перед смертью, на которую твои создатели послали тебя совершенно сознательно, зная, кому тебя продают, будь с нами откровенен и ответь на несколько наших вопросов, — страстно попросил его Томми.

— Я не осуждаю своих создателей, но в то же время не осуждаю и вас, и поэтому буду совершенно искренне отвечать на ваши вопросы, — сказал Робах.

— Кстати, есть шанс, что если ты будешь с нами предельно откровенен и поможешь выяснить нам истину, то мы тебя не будем убивать, — пояснил Томми.

— Такого шанса нет, и я не смогу вам помочь. Вы все равно убьете меня.

— Но раз тебе нечего терять, и ты все равно умрешь, как ты думаешь, — ты сможешь все нам рассказать?

— Да, я все вам скажу, что знаю, — подтвердил Робах.

— Твои создатели запретили нам или кому-нибудь другому что-то сообщать? — начал допрос Томми.

— Нет, вся информация, которой я владею, доступна, и никаких ограничений на ее разглашение я не имею.

— Ты можешь каким-либо способом передать ее нам?

— Да, на частоте передачи космической связи.

«Хитрый робот, — подумал Иван и толкнул локтем Томми. — Моррисоновы спутники-шпионы сразу засекут работающий передатчик!»

— А другим способом не можешь? — без подсказки друга сообразил Томка.

— Да, я владею всеми дистанционными способами передачи информации, — ответил Робах.

— А ИК-лучами можешь?

— Могу.

— По скольким каналам?

— По тридцати двум.

— Тогда передай по ним всю информацию, которая зало жена в твоем мозгу! — приказал Томми.

Робах начал качать гигабайты, а наши друзья переключились на Робаха Ивана.

Тот стоял посреди другой лаборатории и ожидал своей участи.

— Как дела, приятель? — спросил его Ваня на правах хозяина.

— Нормально, — бесстрастно сказал тот. — Только мои датчики зарегистрировали несколько близких источников различного излучения, которые могут причинить людям ущерб, а один источник микрокварков опасен для меня. У вас все в порядке, хозяин?

— У нас все нормально, — чуточку раздраженно ответил ему Иван, не ожидавший такой неподдельной откровенности. — А вот с твоим братом Робахом, принадлежащим Томми, скоро могут произойти очень неприятные вещи.

— Что с ним случилось? — тревожно спросил Робах.

— Томми хочет выяснить его устройство, а тот ему ничего не может об этом рассказать, вот и решил Томми убить своего Робаха и, разрезав его на куски микрокварковым резаком, посмотреть, что у него внутри, — как можно беспристрастнее ответил ему Иван.