Но никто не мог знать…

Главная проблема в том, что возможности новой стихии до конца не известны никому. Аспект болезни помимо науки гаруспиков встречался только у узкоспециализированных магов Земли, и всё. Складывается ощущение, что в стихии фрактала встречаются вообще все известные аспекты! Как воевать с таким противником?

– Твои предложения, Луксор? – спросил Ректор.

Он всегда давал возможность проявить себя всем. Хотя наверняка знал все ответы своих учеников заранее.

– Предлагаю изоляцию внешних доменов, - ответил магистр Порчи.

– Это само собой. Что ещё? – в голосе Ректора мелькнули нотки раздражения. Но заметил их только Танатос, сделавший наблюдение за Великим едва ли не своим особым навыком.

– Сжечь их! – вмешался недавно вернувшийся в город магистр Бездны. – Большинство заражённых всего лишь безымянные. Однодневки, бесполезные для великой Цели!

– Изоляция, - предложила магистр Алиина из башни Молний.

– Нужно найти источник заражения, - уверенно произнесла Лакки, удостоившись мягкой улыбки Ректора.

– А как на счёт крыс, Тахион? – вдруг спросил Тан, осенённый внезапной догадкой. – Ты ведь занимаешься их вопросом? Они шляются везде, и вполне могли бы знать о заразе.

– Действительно, - повернулся Ректор к магистру Земли. – Как там продвигаются твои дела с незуми?

– У крыс всё как всегда, учитель, - улыбнулся Тахион. – свары с чихарами, междоусобицы кланов. Если бы они что-то знали об опасности для Доминиона, я бы тоже об этом знал.

– Помнится, в прежнем мире в тёмные века крысы сами разносили заразу, - заметила Лакки.

Магистр Земли поморщился:

– Не стоит сравнивать незу с обыкновенными крысами. У них есть самосознание, и они понимают, что их жизнь зависит от жизни города. Но знаешь, я тут подумал.. в твоих словах может быть доля истины. В Доминионе не только крысы шляются где не попадя через подземные коммуникации. Есть ведь ещё и чихары, путешествующие через мир Клеток…

– Как ты, Ласка? – спросил я у девушки, когда мы вышли из комнаты Сайриса.

Девушку немного пошатывало.

– Всё.. в порядке. Через минут пять пройдёт.

– Уверена, что через пять?

– Да. Кровь навов очень быстро выводит большинство ядов из организма. Против нас нужно делать специальный состав, - поделилась девушка.

– Поэтому у навов есть свой алкоголь? Та чёрная жидкость, - припомнил я настойку, которой девушка угостила гверфа.

– Да, - кивнула она. – Но она и правда мне нужна как оружие. Огонь с астральным уроном, способный отогнать всё, кроме порождений пустоты.

– Что ж, кажется, всё с нашим приключением обошлось, - вздохнул я.
– Что думаешь о словах мастера Знаний?

– Я.. не знаю. Мне не нужна месть, но… если есть хоть сотая доля шанса вернуть… их, - осторожно, полушёпотом ответила Ласка. И я сразу понял, о чём она. Ласка стала такой, потому что другой мир отнял у неё всё так же, как и у меня.
– Я не знаю, Син. Я пойду за тобой, какой бы выбор ты не сделал.

– Откуда столько доверия? – в очередной раз удивился я поведением этой девушки. – Помимо снов и вроде бы общего прошлого. Это на тебя не похоже.

Девушка осторожно ухватила меня за мантию, и едва заметно потянула.

Я вопросительно посмотрел на неё.

– Хочешь, я покажу тебе мир Клеток? – вдруг спросила она.

– Сейчас? Хотя, почему бы и нет, - я улыбнулся. Ласка не из тех, кто стал бы предлагать что-то просто так. Ненадолго оказавшись в её шкуре я знал, как тяжело ей даётся каждое слово.

Девушка потянула меня за собой, после чего отпустила и устремилась вверх по винтовой лестнице.

Тонкие улочки и коридоры внутреннего домена у нашего факультета были особенно мрачными. Стелился холод, спустившийся к ночи к каменным постройкам Оазиса.

Странное название для холодного и неуютного места. Хоть и красивого, надо признать.

Вот только кто будет любоваться видом, когда замерзаешь от холода?

Вокруг нас заструилось лёгкое паровое облачко ауры, возвращая немного тепла.

Ласка кивнула и чуть улыбнулась. Но уже в следующий миг снова сорвалась с места и быстрым шагом направилась вглубь незнакомых мне улочек.

Домен Оазис был странным местом. Вокруг стержня располагалось множество высоких зданий, сверкавших голубоватыми окнами. Но переходы между ними, да и сами здания, были запутаны, будто один громадный лабиринт.