Так называемые «друзья» не стали провожать ее, как Римма провожала Мару, – все были занятыми своими делами, готовились к своим отборам.

Девушка не заставила Систему ждать: она не мешкая спустилась на подземный этаж, в помещение, где ее и других бесполезных ждали роботы с инъекциями. Ри прекрасно помнила, какую именно кушетку выбрала Мара, и выбрала ее же, легла. Она вспомнила спокойствие Аргуса, и начала считать удары сердца.

Все мы думаем, что уж нас это не коснется; что мы лучше остальных, удачливее и успешнее.

Раз – робот взял со стола шприц; два – погрузил шприц в ампулу; три – наполнил шприц; четыре – слегка постучал по нему; пять – из шприца брызнули капли препарата; шесть, семь, восемь, девять, десять – робот приближается, готовый сделать инъекцию.

Римма вытянула руку, закрыла глаза. Она просто уснет, просто уснет, всё будет хорошо. Девушка чувствовала – робот взял ее за запястье, игла, словно дыхание смерти, приближалась.

По расчетам Ри к этому моменту всё должно было быть кончено, но она почему-то была жива. Девушка открыла глаза, посмотрела на робота – он застыл, словно обрабатывал поступающую в процессор информацию.

– Что такое? – спросила Римма.

– Система сообщает, что ты прошла отбор.

– Что?!

Робот Ханс спешил в рабочий кабинет к хозяину. Открыл дверь и, застав Сильного за работой с голографическими данными, висящими в воздухе, извинился.

– Я просил меня не отвлекать, – раздраженно бросил мужчина.

– Сэр, кажется, около озера Лакаб произошел инцидент.

Стив забеспокоился: там находились самые крупные посевы сельскохозяйственной продукции – плодородная земля, чистая вода, свежий воздух, передовые автоматизированные технологии заботы о растениях – продукция высшего качества.

– Рассказывай.

– Управляющий просит вас явиться. Сказал, что не может о таком написать по электронной почте.

– Набери его.

Помощник достал телефон, набрал номер, протянул Стиву.

– Что там, Иси?

– Сэр, добрый день. Ханс вам передал, хорошо. Я… не могу рассказать об этом по телефону, пожалуйста, приезжайте как сможете.

– Да что случилось? – возмутился Стив.

– Это… связано с роботами.

– Прекрасно. С товаром всё в порядке?

– Да, да, не переживайте. Всё хорошо.

Стив отключился, недовольно посмотрел на Ханса.

– Почему такая спешка, не понимаю, – развел руками мужчина.

– Не знаю, сэр.

Делать было нечего – пришлось срочно вылетать.

Лакаб – красивейшее пресноводное озеро, расположенное вдоль сопок, за которыми брал свое начало Великий горный хребет. Крупных городов, отходы жизнедеятельности которых могли бы испортить окружающую среду, в Старую эру здесь не построили, потому земля оказалась необычайно плодородной. Здесь же, на огражденном предприятии, очень бережно, с особой заботой и любовью, выращивал свою продукцию Стив – все виды овощей, некоторые фрукты – полезные, свежие и сочные. Ряды теплиц тянулись от озера по равнине – работали там специальные, пожалуй, лучшие по современным меркам, роботы, а следил за всем управляющий Стива – Иси – мужчина поистине преданный делу, заботящийся о земле, как о чем-то совершенно сокровенном.

Иси в потертой рабочей форме встречал прилетевшего на вертолете Стива – подтянутого, несмотря на солидный возраст, мужчину с усталыми глазами:

– Что случилось? Рассказывай.

Но управляющий молча повел начальника за собой: они шли по теплицам вдоль рядов созревающих овощей, миновали грядки зелени, пересекли цех сборки и упаковки, дойдя до корпуса, где складировались запасные части для машин. Иси показал на неподвижного робота, лежащего среди кучи металла и пластика.

– Он сломался и пошел в лес, там его обнаружил селянин: починил и привел обратно.

– Что с ним случилось?

– Можно будет сказать только после диагностики – я уже изъял чип.

– А ворота, через которые он вышел? Они были открыты?

– В этот момент с объекта выезжали груженные продукцией машины, а я находился в своем кабинете.

– Кто такой этот человек, который нашел робота? – поинтересовался Стив.

– Кузнец.

– Кузнец?

– Да. Он живет один – селяне из ближайшей деревни сами к нему приходят.

Стив задумался: Иси, конечно, преувеличил, ситуация некритичная, но мужчина прав, что настоял на его приезде, – с этим кузнецом надо поговорить.

Селяне и Сильные контактировали довольно редко – два мира настолько отдалились друг от друга, что казались разными народами. Разве что отдельные личности, вроде Матиаса, любили проводить с селянами время: писатель черпал у, как он сам утверждал, «глубинного народа» свое вдохновение.

Селяне – те, кто в свое время ушли из городов осваивать собственное хозяйство, – это люди, отказавшиеся жить в договоре, называемом «государством», которое в итоге превратилось в рабовладение, где одни – принуждали, а другие – подчинялись и не более. Формироваться эта социальная группа начала еще в Старую эру, когда люди, уставшие от социальный несправедливости, решившие стать хозяевами своей жизни, строили или выкупали дома в деревнях, селах, поселках и иных небольших поселениях, где жили за счет сельского хозяйства. Они хоть и догадывались о том, что происходило все эти тридцать лет, называемые Сильными «переходными» годами, в «большом мире», но не пускались в размышления. Они не стремились к несметным богатствам, и уж тем более не хотели вступать в схватку с Сильными. Их устраивал простой уклад жизни, поэтому никакой опасности для Сильных с их передовыми технологиями селяне не представляли. В конце концов, их всегда можно убрать по-тихому – к сопротивлению селяне способны не были. Если не переходить дорогу Сильным, ты в безопасности.