… Когда девушки приехали в клуб, там уже было полно людей. Зал для светских раутов, расположенный в здании бывших производственных цехов фабрики, имел странную форму вытянутого прямоугольника, так что те, кто сидели в одном конце зала с трудом могли разглядеть, что происходит в другом. Ольга и Мила, маневрируя между нарядно одетыми дамами и мужчинами, продвигались к столику, стоявшему рядом с небольшой, приподнятой над полом площадкой, служившей сценой. Едва они уселись и заказали напитки, к их столику подплыла высокая грузная дама с черными кудрями. Мила догадалась, что это сама хозяйка клуба.

– Дорогуша, – фамильярно обратилась она к Ольге, – мы тебя заждались. Нашим кавалерам нужна помощь. А это что за девушка? Что-то я не помню ее! – она бесцеремонно разглядывала Милу.

– Это моя подруга, я ее уговорила поучаствовать в сейшене, – объяснила Ольга. – я ведь могу привести свою гостью?

– Конечно, конечно! – лицо Аделаиды растянулось в сладкой улыбке, – рада тебя видеть, детка, располагайся, осваивайся, мы тебя ненадолго покинем! – Аделаида взяла Ольгу под руку и повела прочь. Они растворились в толпе гостей, а Мила осталась одна. Она не спеша потягивала коктейль и разглядывала вращавшихся вокруг людей. Все, казалось, пребывали в приподнятом настроении, то тут, то там уже образовывались воркующие парочки. Мила пыталась разобрать, о чем они говорят, но слов невозможно было разобрать из-за громкой музыки, лившейся из динамиков со сцены. Она с любопытством разглядывала мужчин и женщин, обратив внимание, что у каждого на одежде был приколот, либо повешен на ленточке бумажный цветок ромашки с номером.

Атмосфера общего подъема и восторженного ожидания праздника, постепенно затягивала Милу. Она с интересом разглядывала свободных кавалеров, как бы примеривая на себя, и уже мысленно кружилась в танце с каждым по-очереди, забыв о своей тоске.

В этот момент заиграла веселая музыка, на сцене появилась Аделаида в сопровождении Ольги, а гости стали торопливо рассаживаться за столики.

– У нас сегодня необычный вечер, – вещала Аделаида, а стоявшая чуть позади нее Ольга быстро переводила все ее слова на английский. – К нам в гости с далекого американского континента приехали 55 самых импозантных, самых сексуальных, умных и обеспеченных мужчин. Впервые наш клуб организовал такую грандиозную масштабную встречу! Добро пожаловать на закрытый пати элитного клуба «Адам и Ева»!

После этих слов раздались одобрительные крики и аплодисменты. Но Аделаида жестом остановила публику.

– И чтобы нам лучше познакомиться друг с другом, тем более, что среди сегодняшних гостей есть и те, кто впервые в нашем клубе, – она выразительно посмотрела на Милу, – я попрошу всех желающих подняться на эту сцену и рассказать несколько слов о себе, о том, почему вы с нами в этот вечер, а также о своих впечатлениях от клуба!

Мила удивилась – это был неожиданный поворот, она думала, что все закончится этим броуновским движением тел по периметру бывших швейных цехов, а тут предстояло еще и шоу! Она устроилась поудобнее, и приготовилась наблюдать за происходящим.

Ей казалось, что сейчас зависнет неловкая пауза, и смельчаков покрасоваться не найдется, но она ошиблась. На сцену уже рвалось несколько американцев. Они поднялись почти одновременно из-за своих столиков и вышли вперед.

Один из них – высокий молодой красавчик, второй невысокого роста краснолицый толстяк, явно за сорок, третий – среднего роста, голубоглазый блондин неопределенного возраста, с бледным лицом, с которого не сходила широкая улыбка.

Аделаида захлопала в ладоши, зал ее поддержал бурными аплодисментами!

– Вау! Сколько желающих рассказать о себе! Как интересно! – она протянула руку высокому красавцу, а остальным предложила присесть за ближайший к сцене столик, за которым в одиночестве сидела Мила.

Толстяк плюхнулся напротив нее, а блондин, галантно спросил по-английски:

– May I sit down here?

– Sure! – небрежно бросила Мила. Она ведь учила английский в спецшколе и потом, учась в медицинском, проходила курсы по спецпереводу медлитературы, так что могла общаться с иностранцами без всяких переводчиков.

Блондин оценил ее ответ. Улыбка его стала шире. Он отвесил Миле комплимент по поводу ее произношения, пододвинул свой стул поближе и уселся, сразу же скрестив ноги в американской манере.

Мила дежурно улыбнулась и уставилась на сцену, на которую взгромоздился красавчик. Но через минуту ей стало скучно от дежурных любезностей, которые он испускал в адрес руководства клуба и прекрасных дам. Мила исподволь взглянула на блондина – казалось, он ждал ее взгляда – смотрел в упор на нее и улыбался. Она отвернулась и постаралась сосредоточиться на речи красавчика, но ей это никак не удавалось – он говорил слишком быстро и на каком-то провинциальном диалекте, так что она едва понимала половину слов.

Но, наконец-то он кончил говорить, и Аделаида пригласила на сцену краснолицего толстяка. Он говорил гораздо лучше, и Мила легко понимала его речь. Толстяк рассказал, что он фермер, живет очень уединенно в огромном доме с большим садом, в котором не хватает хозяйки. Что полюбившуюся ему девушку будет каждый день купать в молоке. На этом моменте речь была прервана смехом и бурными аплодисментами. Затем он сказал, что ему сорок пять, но он мечтает встретить девушку до 25 лет. Мила прикрыла рот, чтобы скрыть разрывавший ее смех. Она заметила, что блондин тоже улыбается, но очень скрытно – уголками губ. Он наклонился к ней и хотел что-то сказать, но в этот момент краснолицый фермер раскланялся и начал спускаться вниз. Блондин смущенно улыбнулся, извинился и поднялся на сцену.