— Кто ты? — спросил я.

Мои слова прозвучали резко и грубо. Я хотел спросить у женщины, как её зовут. Но вовремя понял, что длинную фразу пока не осилю — сократил её до короткого вопроса. Мой каркающий голос прозвучал неожиданно для гостьи. Женщина вздрогнула и приглушённо пискнула. Прижала ладонь к губам, всхлипнула. Смотрела на меня, как на… чудо. Шумно дышала. В её глазах вновь собралась влага — капли слёз перевалили через преграду из ресниц, заскользили по скулам и щекам женщины.

— Мишенька!.. — воскликнула она. — Ты заговорил!

Женщина вскочила на ноги, теребила мою руку (видел, что именно мою, но не ощущал прикосновений её мокрых от слёз пальцев). Заглядывала мне в глаза и повторяла, будто мантру: «Мишенька, сыночек…». Капли на её щеках больше не догоняли друг друга — слились в тонкие ручейки. Женщина ладонями размазывала их по щекам (но слёзы тут же прокладывали на её лице новые русла), всхлипывала, шмыгала носом. Вовремя заглянувшая в палатку санитарка рыкнула на неё: отправила женщину «привести себя в порядок».

Я устроил ревизию своих воспоминаний — пока женщина умывалась. Не отвлекался на болтовню рыжего мальчишки — сосредоточился на построении простенькой логической цепочки: выяснял, кто же я такой. Сегодня моя голова работала относительно нормально. Мысли почти не путались и не разбегались в панике, когда я обращал на них внимание. Удалось сосредоточиться на главном — мысленно озвучил самому себе моё имя: был уверен, что меня зовут Павел Викторович Солнцев.

Я не сомневался в том, что до попадания в больницу меня не называли Мишей.

«Павел Викторович Солнцев», — повторил я в уме. Это имя, будто якорь соединило меня с реальностью, позволило разобраться в том, кто я такой и как очутился в больнице. Я прекрасно помнил, что ехал в Санкт-Петербург, чтобы собрать видеоматериал для нового ролика (об ограблении ювелирного «Золотой телец» в тысяча девятьсот девяносто седьмом году). Заранее распланировал, где и какие натурные съёмки проведу. Сценарий нового выпуска согласовал с сыном, забронировал номер в гостинице…

А потом мне навстречу свернул лесовоз.

Я вздохнул: представил, сколько времени уже потерял из-за того… невнимательного водителя. Порадовался, что ещё в две тысячи тринадцатом году закрыл все розничные магазины — вложил высвободившиеся финансовые активы в коммерческую недвижимость. Сократил около сотни рабочих мест. Штаты моего ООО ужались до пятнадцати человек. ООО «Солнцев» (сдача в аренду торговых площадей) теперь не очень и нуждалось в моём внимании (мой старший сын вполне справлялся с управлением фирмой).

Могу позволить себе поболеть.

Заработок снизился (он снизился бы в любом случае: времена мелких магазинчиков прошли). Зато в моём расписании высвободилось много времени, которое я теперь тратил на своё хобби: на пару с младшим сыном вёл в интернете канал о криминальной истории Великозаводска. Младший убедил меня визуализировать мои давние исследования. Раньше я лишь собирал материалы о преступлениях — изредка писал для городской газеты статейки: сперва, для того чтобы обелить имя своего отца…

Я согласился на предложение сына — из любопытства (и для того, чтобы развеять скуку). Первый ролик мы сняли на тему моего главного расследования: об убийствах трёх школьниц в тысяча девятьсот восемьдесят четвёртом году. В нём я не просто рассказал запутанную историю того преступления — прошёлся по Великозаводску, продемонстрировал зрителям места, где происходили главные события тех давних, так и не раскрытых преступлений. Мне было что рассказать и показать. Видео набрало в сети больше миллиона просмотров.

За первым роликом последовали и другие. Сын монтировал материал — я копался в интернете и в милицейских архивах (получил к ним доступ). Убийства, изнасилования, ограбления и теракты — Великозаводск имел длинную и насыщенную событиями историю. Мне нравилось её изучать. И рассказывать об изученных и «разложенных по полочкам» событиях зрителям. Сага о грабителях «Золотого тельца» станет нашим сорок вторым документальным репортажем, и семнадцатым, чьи события заставляли меня отправляться с камерой за пределы Великозаводска.

«Павел Викторович Солнцев, — сам себе мысленно повторил я. — Сорок восемь лет. Женат, двое детей. Владелец семи объектов коммерческой недвижимости. И просто хороший человек».

Снова задумался.

Пришёл к выводу, что помнил о себе всё.

— Доктор предупреждал, что у тебя могут появиться проблемы с памятью… — говорила женщина.

Она вернулась в палату уже умытой (смыла с глаз и косметику) и почти спокойной (без слёз на лице). Уселась на стул рядом с моей кроватью, снова взяла меня за руку (увидел это, но не почувствовал). Смотрела мне в глаза, изредка шмыгала носом. Разглядывал её раскрасневшееся и опухшее лицо — силился вспомнить, видел ли его раньше (до больницы). Пришёл к выводу, что если и встречал когда-либо эту женщину, то полностью утратил эту часть воспоминаний. Примерно об этом мне женщина и втолковывала.