– Никто тебя, дубину, не направлял. На фига ты в трубу полез?

– А вы забор почините,-- резонно заметил Кошкин.
– А то вахтеров понаставили, а в дырку все ваше НИИ вынести можно...

– Не твоего ума дела, -- прервал его Егорушкин.-- Слушай и запоминай. Фонарик получишь завтра утром. Папиросы сегодня, но кури скрытно; они табака еще не знают...

– Понято!

– При крайней опасности -- нажми красную кнопку.

– И чего будет?

– Что надо, то и будет... А перед возвращением прихвати что-нибудь ценное для науки. Пергамент с текстом или восковые дощечки с записями. Стырь культурненько. Об отлете мы тебя предупредим. Но твое возвращение, возможно, будет не совсем точным. Не исключено, что ты перелетишь двадцатый и угодишь в двадцать первый век. На пару деньков. И мы тут же трансформируем тебя обратно -- домой...

– Чего-чего?
– - возмутился Кошкин.-- Какой еще двадцать первый век! Кончайте химичить, ребята! Усасывайте туда, откуда высосали!

– Тебе разве не интересно побывать в будущем?
– пристыдил Егорушкин.-Посмотришь, как потомки живут, нам расскажешь...

– Чего я там забыл...-- заупрямился Кошкин.-- Мотайся тут, понимаешь, по векам из-за вашей неосторожности. И для здоровья, наверное, вредно. Там, небось, все давно в космос свалили, на Луну да на Марс...

– Кошкин, ты нахал!
– - определил Егорушкин.-- Тебе выпало такое счастье, а ты выпендриваешься!

– Ладно,-- подумав, согласился Кошкин.-- А как с зарплатой будет? За все века начислите? Или только командировочные?

– Действительно нахал,--услышал Кошкин чей-то далекий голос в трансляторе.-- Сорвал нам эксперимент и еще торгуется.

– Вернется -- разберемся,-- пообещал кто-то начальственным баском.

– И теперь этот обормот попадет в герои. Срам!..

– Да я пошутил,-- испугался Кошкин.-- Если науке требуется, могу и бесплатно слетать. Посмотрим, вникнем, доложим...

Солнце плавно исчезало за горизонтом, и голос Егорушкина стал затухать.

– Никуда не уходи с этого места, сейчас прибудет посылка. Завтра на рассвете выходи на связь и жди фонарик. Не болтай лишнего...

– Как там Клещ с Вьюгой? Привет им из древнего мира! И Наташке из восьмой квартиры приветик с кисточкой! Жду посылку!

Кошкин поднес транслятор к уху, потряс его, но аппарат уже молчал. Аккуратно засунув его в брюки, Кошкин щелкнул пальцами: "Значит, я попаду в герои! Славно!" Он на цыпочках подошел к двери и резко открыл ее. Никого...

И в тот же миг воздух в комнате сгустился, стал плотным, как в самолете, когда задраивают люк, затем раздался легкий щелчок, и Кошкин увидел зависший прямо перед его лицом небольшой контейнер голубоватого цвета. Контейнер медленно вращался, словно выбирая место для посадки. "Посылка!" -- догадался Кошкин и схватил ящичек руками, но приблизить его к себе не смог: ящичек перестал вращаться, но висел, как приклеенный, в воздухе. Сопя и чертыхаясь, Кошкин рванул контейнер на себя -- раз! другой!
– - и на третий раз с грохотом повалился на пол в обнимку с долгожданным грузом.

Вскоре Кошкин уже лежал на кровати, дымил папиросой и вспоминал сеанс связи с соотечественниками. "Надо же! Так прямо и сказали: теперь этот парень будет национальным героем!"

Быстро темнело, и стражники у стены уже перекликались нудными голосами. Один из них -- рослый и широкоплечий -- был поставлен против окна комнаты, где остановился странный гость.

Утром Кошкин спустился вниз, поигрывая фонариком. Марий с непроницаемым лицом уже сидел в кресле. Возле его ног лежал пес. При виде Кошкина он поднялся и зарычал.

– Ну-ну, не рычи,-- сказал Кошкин и кивнул Марию: -- Где будем превращать э-лек-три-чество в свет? Здесь или где потемнее?

Кошкин чувствовал себя уверенно. Фонарик работал -- он проверял, и теперь оставалось только легким движением пальца выпустить из него луч света и посмотреть, как темный человек Марий вытаращит глаза на диковинное устройство. И потом -- новый банкет. Быть может, прощаль- ный. Его ждет новое задание Центра, опасности, приключения. Ах как на него смотрела Сильва...

Марий встал, покосившись на блестящий цилиндр в руке Кошкина, и хлопнул в ладоши. И тотчас в зал вбежали, топая по мозаичному полу, два десятка стражников с копьями, при щитах и с короткими мечами у пояса. Запахло кожей, потом, железом. Вбежав, они мигом выстроились в две шеренги, образовав собою коридор, ведущий к выходу из дворца. Марий с Кошкиным и пес, который отставал от хозяина, прошли этим сверкающим и грозным коридором на улицу, и солдаты, звякая металлом, промаршировали за ними и быстро перестроились, взяв Кошкина в квадрат. Марий же незаметно улизнул от Кошкина и опустился в кресло под невысоким деревом. Пес тоже схитрил и теперь, сев рядом с хозяином, с ехидцей поглядывал на окруженного Кошкина.