Меня отпустило только возле подъезда, когда я нечаянно уронила сумочку. Глухой удар, разнёсшийся по двору, буквально вырвал из пелены тумана. Как бы напомнив – сегодняшние безумия не отменяют моей прошлой жизни.

Дима не спал. Едва я вошла в прихожую, он появился из дверей гостиной. Привычно спокойный, в широких домашних брюках и в синей футболке с изображением страуса. Мой любящий муж, с которым мы десять лет делили все радости и вопросы быта. Причём последнее, что было немного странно, сближало нас едва ли не больше первого.

– Много работы? – он даже не удивился, что я вернулась заметно позже обычного.

Я улыбнулась. Один нелепый вопрос помог сильнее, чем коктейли Маши. Дрожь отступила: весь сегодняшний день будто остался за порогом дома. Здесь, в этих стенах, рядом с этим мужчиной был мой единственный островок спокойствия.

– Нет, всё сложнее, – я ловко сбросила туфли и положила на банкетку шарфик. На миг застыла, борясь со своим желанием, и, быстро сдавшись, тут же прильнула к мужу. – Нас разогнали. Ты только не беспокойся – я обещаю, что найду работу.

– Ника, ты шутишь? – он немного опешил и по инерции приобнял за плечи. – Как разогнали? У вас ведь такой проект… Это ж, по сути, федеральный уровень!

– Был федеральный. Теперь осталось гадать, кому и где Штунц перешёл дорогу. Важнее итог. Ну, и ещё тот факт, что нам дадут хорошие увольнительные.

Муж отстранился, и какое-то время мы в полутьме смотрели друг на друга. Он – с напряжением, а я – с дурацкой улыбкой и с вдруг нахлынувшей из ниоткуда нежностью. Потом я вздохнула, неспешно сняла пиджак и предложила перейти на кухню. Там без раздумий открыла томатный сок и прямо с пакетом забралась на кресло.

– Ты что, пила? – пытаясь выглядеть строгим, Дима решительно сел на стул напротив. – Из-за работы?

– Ну, вообще-то, не только. Я тут случайно помирилась с Машей.

– А-а-а, понимаю, – теперь к его удивлению добавилась плохо скрываемая ирония. – То есть, по-вашему, именно алкоголь – лучшее средство для скрепления дружбы?

– Дима, пожалуйста… – пролепетала я. – Можно без шуток и твоих нотаций? Мы просто общались, и три несчастных коктейля – ещё не повод записывать меня в пьяницы.

– Тебя – возможно, а вот твою подругу… Ей бы задуматься и обратиться к доктору.

Ну, началось! При массе разных достоинств у мужа был существенный недостаток. Он абсолютно не разбирался в людях, всегда склоняясь к первому впечатлению. И так уж вышло, что Маша при их знакомстве опустошила полбутылки виски. За полчаса! В итоге с тех самых пор они соседствуют как собака с кошкой. А я адвокат, при всей любви к благоверному, готовая ревностно защищать подругу.

Вот и сейчас, едва не выронив сок, я сразу бросилась на спасение Маши.

– Она не такая! Дима, ну сам подумай. Какая выпивка при её-то должности?!

– Должность как должность. И раз уж на то пошло, могла бы не спаивать, а подсобить с работой.

– Уже подсобила, – я вспомнила про Олега, и от смущения запылали щёки. Боже, помилуй… Мне страшно было представить, что станет с мужем, расскажи я правду.

– Да? Интересно, – похоже, вопрос работы имел для Димы решающее значение. Он приосанился, немного повеселел и позабыл об алкогольной теме. – Что за контора?

Стараясь себя не выдать, я очень тщательно подошла к ответу.

– Ты вряд ли знаешь. По-моему, “Новгород+”. В некотором роде – конкуренты Штунца.

– Хм, интересно. А как же любимый тост о соблюдении корпоративной этики?

От неожиданности и подступившей паники я аж закашляла, подавившись соком. А успокоившись, уставилась на пятно, кровавым монстром расползавшееся по ткани.

– Да чтоб тебя… – с губ сорвалось проклятье, и пальцы сами потянулись к пуговицам. Одна, вторая… Пока не стало понятно, что всё закончится очередным стриптизом. Тут я сломалась и, швырнув блузку на пол, в немой молитве уткнулась лицом в ладони.

– Ника, ну что ты? – в следущее мгновенье муж уже крепко обнимал за плечи. – Эка проблема… Ну, испортила вещь. Это не повод ударяться в слёзы.

– Я и не плачу, – его горячие руки каждым движением обжигали кожу. И это новое для меня страдание такой же болью отзывалось в сердце. – Дима, прости… Не знаю, что с собой делать, но я всё время совершаю глупости. А ты так сдержан, что я начинаю думать, что мы у края твоего терпения.

Он не ответил. Лишь крепче прижал к себе, чмокнул в макушку и взъерошил волосы. Я замурчала – волна приятной прохлады прошлась по телу с головы до пяток. И как-то сразу стало заметно легче, пусть без желанного компромисса с совестью.