Глава 22

Глухой стук посоха эхом раздавался по каменным стенам подземелья.

Сырые, несмотря на множество защитных чар, стены тянулись на многие километры вперед. Академия напоминала сыр, слишком многое требовалось держать подальше от ярких лучей солнца… и излишне любопытных глаз. Лаборатории, мастерские, тщательно экранированные исследовательские отделы. Всё это требовало обширной сети коридоров… по которой было очень удобно передвигаться незаметно. Чем и пользовался Магистр Игни аль Кеган. Идти пешком утомительно, но в этот раз Магистр был даже благодарен этим спокойным минутам, когда из собеседников лишь эхо собственных шагов. Ведь впервые за десятки и десятки лет он столкнулся со столь сложной ситуацией. Второй принц Королевства мертв. Одно лишь это — уже большая проблема, ведь он был фигурой, через которую Содружество лоббировало свои интересы. Но что еще хуже, он был убит. Убит на их территории. И убит был не только он… Магистр коснулся посохом сырой стены, и камень со скрипом ушел вверх, обнажив узкую, спиральную лестницу. Десяток метров подъема по ступенькам, что заставили старика запыхаться, и он выходит из замаскированного прохода прямо в дом своей дочери. В дом, что кишел дознавателями. — Господин Игни, она на пятом этаже. — Вежливо, но без подобострастия сообщил ему личный помощник. Его выражение лица было каменным, но в глазах мелькала опаска. — Я знаю дорогу. — Отказался от помощи Магистр и направился к очередной лестнице. Спустя еще немного ступеней, от которых уже заныли колени, он заходит в комнату. Открытый балкон. Шторы, что слабо развеивались от утреннего бриза. Восходящее солнце легко просвечивало сквозь них, освещая хмурые лица экспертов и постель, покрытую засохшей кровью. Он скользит взглядом по телу. Вскрытая грудная клетка, стальной стержень, торчащий из виска. Нала мертва. И мертва уже не первый день. — Время смерти? — Спокойным тоном спрашивает он у собравшихся. — От двух суток до недели. Сложно определить точно, убийца использовал консервант. — Кашлянув, докладывает помощник. — Пробы уже отправили алхимикам? — Результат… Неоднозначный. Вновь неизвестная нам техника изготовления, а материалы однозначно указывают на Королевство, хотя столь опытный алхимик мог бы легко избежать столь явного следа. Если только он не хотел, чтобы мы обнаружили это. — Враг пытается нас спровоцировать. — Заключает магистр и обводит собравшихся взглядом. Те опускают глаза. Никто не может быть уверен в том, что не превратиться сейчас в пепел из-за вспышки гнева Магистра. Даже войны порой начинались и по меньшему поводу, чем убийство дочери одного из сильнейших магов мира. — Это еще не всё… Господин. — Чуть замявшись произносит помощник и протягивает бумагу, не в силах произнести написанное вслух. В ней — рапорт специалиста из числа тех, кого выпускают из особо комфортной тюрьмы лишь под конвоем старших магов. Редкого и запрещенного официально, специалиста. Длинный свиток, заполненный убористым почерком. Игни достает из одеяния очки, надевает их на нос и скользит взглядом по ровным буквам. — Отсутствует сердце? — Уточняет магистр и поднимает взгляд к телу. Вскрытая грудная клетка. Зияющая пустота там, где был орган. — Слуги говорят, что три дня назад госпожа запретила подниматься в эту комнату под страхом смерти. Мы допросили их, но они действительно верили, что с ними говорила именно госпожа. Хотя она уже точно была… Хм. — Слуг в переработку. После ваших допросов у них наверняка появились сомнения, а мне не нужны слухи. Не в столь щепетильном вопросе. Официально объявим, что моя дочь направилась в экспедицию к центру мира. Никто не удивится, если она не вернется. — Приказывает Магистр и возвращается к чтению. —… следов души в теле не обнаружено. Сим смею высказать предположение, что вместе с сердцем убийца похитил и её душу для дальнейшего использования… — Магистр дочитывает рапорт и аккуратно сворачивает его в трубочку, чтобы вернуть помощнику. Старик подходит к постели. — Значит, они не только убили мою дочь, но еще и украли её облик? Теперь понятно, почему она избегала меня в последние дни. Иллюзии бы не одурачили мой взгляд… Но скажите мне, почему они одурачили всех вокруг? Почему обманку не смогла выявить проверка? Как они подделали её источник? Какой именно техникой воспользовался убийца? А? У вас есть ответы? — С каждым вопросом Магистр повышал голос, пока не задрожали и окна, и подчиненные. — Мы… не знаем. Исследовательскому отделу уже доведено о ситуации. В теории, это возможно… но лишь в теории. Они просят финансирования на исследования. Предварительная версия, что это дело рук некроманта, достигшего вершин мастерства. — Либо демонолога. — Тихо добавляет другой дознаватель. — Ясно. — Холодно бросает Магистр и отворачивается от всех. Наступает тишина, которую никто не осмеливается нарушить. Магистр смотрит на тело дочери, но не испытывает родительских чувств. Он лишь чувствует сожаление, что столь удачная генетическая линия прервалась. Она могла бы породить много талантливых магов. Да, его связь с домом стихии воды оказалась весьма удачной, такая досада… Возможно, эта досада и есть родительские чувства? Прошло несколько сотен лет, когда он действительно их испытывал. Он и забыл, что это. Слишком много потомков он породил в попытках замедлить надвигающуюся катастрофу. С каждым годом магии становится все меньше. Меньше и меньше. Рода вырождаются, дома вырождаются. Эксперименты с генетикой лишь замедляют этот процесс, но неспособны обратить его вспять. Каждый одаренный потребляет магию, но и генерирует её. Каждое заклинание, каждое магическое усилие работает на благо всем. Пропуская сырую силу через себя, он обогащает её и когда она вновь рассеивается в пространстве — её будет чуть-чуть больше. А чем больше магии в пространстве — тем сильнее сами маги. Словно растение, что обогащает воздух, каждый маг непроизвольно трудится над тем, чтобы следующее поколение стало чуть сильнее. И еще чуть сильнее. Век за веком. Математические модели показывали неизбежность того, что в мире, где появилась магия — напряженность магического поля будет неумолимо расти. Поколение за поколением маги будут всё сильнее и неизбежен миг, когда они достигнут уровня богов и начнут создавать свои миры. Однако, в реальности этого не происходило. Магия вытекала из мира, как из пробитого бурдюка, последнюю тысячу лет. Но если до Эпохи раздора эта утечка была не так заметна, то после него даже слепой обращал на неё внимание. Долгое время во всем винили крупные потери среди магов. Восстание некромантов, выкосившая значительную часть сильных магов, череда восстаний магов, почуявших слабину центральной власти, и наконец глобальная резня в виде Эпохи Раздора и окончательный распад империи. В историческом масштабе они шли почти друг за другом и нанесли непоправимый ущерб. Казалось, что проблему можно решить, ведь была закономерность между силой мага и его родословной. Нужно лишь подойти к проблеме с научной точки зрения. Содружество с энтузиазмом принялось за дело — выпалывать бесполезных и разводить тех, кто имел потенциал. Королевство Стали, в целом, занималось тем же, но уже по естественным причинам в силу их государственного устройства. Пару сотен лет это работало. Но природу не обманешь. Несмотря на достижения и генетическое мастерство, сила содружества падала и падает в связи с общим истощением маны. Невзирая на все усилия по разведению магов — они деградируют. Их наука уперлась в тупик, эксперименты с химерами-людьми неудачны, эксперименты с живыми генераторами маны — тоже. А магия продолжала исчезать. Найти виновника было просто. Как в целом, так и в этом частном случае. Магистр вновь скользнул взглядом по вскрытой грудной клетке дочери и покачал головой. Целых два убитых архимага… Кому это может быть более выгодно, чем Теократии? Пусть в общемировых масштабах потеря двух архимагов не так уж и заметна, основную роль восполнения магии играют намного более многочисленные адепты, но… Скольких вариантов генетических линий мир лишился со смертью этой пары? Во истину, печально. Наверняка эти сегодня у святого престола праздник. Магистр легко представил, как их постные, бледные рожи озарились улыбками. Теократия… Во всем виновата Теократия. Ведь по результатам Раздора не только откололись сильные маги металла, но и появилось целое государство, что своей целью провозглашает уничтожение магии. Трусливо прикрывшееся великой пустыней с одной стороны и нейтральным королевством с другой. Теократия была закрытой страной, отлично поднаторевшей в контрразведке. Многочисленное сельское население легко закладывало любых чужаков, что были у них как на ладони. Даже в городах шпионы не могли продержаться дольше пары недель. Причем они не всегда бесследно пропадали, порой представители Святого Престола показательно приводили на официальные мероприятия раскаявшихся и переметнувшихся шпионов. Вера — страшная сила. Мало кто достоверно знает, что вообще происходит в этом царстве фанатиков… В академической среде уже сотню лет не смолкают споры о том, виновна ли Теократия в происходящем. Те, кто отстаивают невиновность святош — утверждают, что магия утекала и раньше, но это было незаметно из-за высокой численности и силы магов. Те, кто настаивают на виновности, напирают на тот факт, что до создания Теократии отток носил в десятки раз меньший характер. И споры эти будут продолжаться бесконечно. Ведь спорщикам неважно, виновна ли она на самом деле. Это просто лоббисты двух лагерей. За уничтожение Теократии и против войны с ней. Большинство «разжигателей войны» не интересовало то, виновна ли она на самом деле. Их интересовали земли и ресурсы, которые бы можно было пустить в свой карман… Ну и на поиск решения этой глобальной проблемы, разумеется… «Пацифисты» же на самом деле плевать хотели на то, виновна ли Теократия. Они лишь не хотели погибать, ведь конфликт обещал быть жестким. Их волновала лишь своя шкура, а не судьба мира. Им было достаточно той сотни-другой лет, которую они бы прожили в роскоши, спокойствии и мире. А то, что через десяток тысяч лет грядет катастрофа — их не волновало от слова совсем. Ведь это будет так нескоро! Магистр презирал и тех и других. В них не было искренности. Лишь немногие, как он, реально осознавали проблему. Последние тридцать лет Магистр лоббировал уничтожение Теократии, хотя и осознавал риски высоких потерь среди магов. Неудачи в исследованиях убедили его в том, что это единственный выход. И не только неудачи… Каждый год случалось что-то, что подтверждало правильность его убеждений. Как, например, сейчас. Предательское отродье, нагло проникшее к ним в составе делегации из Королевства, подлый, предавший магию и дар, отщепенец Кондор. О, Роберт еще ответит за то, что помогает шпионам теократии ходить по Академии, как по своему дому! Этот выродок не только шпионил на врага, он в одиночку совершил диверсию невиданных масштабов, высосав всё барьеры, защищающие растения от природной среды! Массив ядер в целую треть Мерлина просто перестал существовать. Осыпался прахом, высушенный до последней капли энергии. Множество редких растений погибнут, алхимическим лабораториям нанесен урон, от которого они будут оправляться десятки, если не сотню, лет. От мыслей о колоссальном ущербе лицо магистра искривилось в гримасе. Дознаватели, заметив это, затаили дыхание. Некоторые не смогли унять дрожь от страха. Все они думали о том, какой гнев испытывает магистр от смерти дочери, ведь она была единственной из его отпрысков, что достигла таких высот. Их взгляды умоляюще скрестились на личном помощнике Магистра, с молчаливой просьбой как-нибудь его отвлечь. Помощник деликатно кашлянул. — Мой господин, должен ли я устроить тайные похороны? Магистр удивленно поднял бровь. Из-за проблем с утечкой магии из мира, Содружество действительно использовало довольно жесткие меры. Не только крестьяне и демонические звери стали ресурсом в этой стране, но и сами маги принадлежали государству. Если маг погибал, его тело отправлялось на переработку, из него изготавливали эликсиры, зелья, усилители потенциала для других магов. Кто-то скажет — каннибализм, но магистр ответит — рациональность. Однако, как и везде, людям присущи чувства. Человек — иррациональное животное и поэтому родственники могли выплатить казне компенсацию и выкупить тело. Магистра удивило другое. То, что его помощник предложил это, хотя он хорошо его знал. Да, Игни ценил дочь, когда она была жива, но… но теперь это всего лишь мясо. — Нет. — Жестко ответил он. — Разберите тело на ингредиенты. Тайно. Даже если бы он и захотел поступить иначе… как у одного из лидеров страны — у него не было это морального права. Присутствующие побледнели. Дознаватели имели приличный достаток, что позволяло им выкупать тела близких. Увы, но как и всегда, правила для богатых и бедных были разными. Поэтому решение магистра, элиты элит страны, заставило их вздрогнуть. В высших кругах отправлять на переработку почивших не было принято. Это считалось уделом бедняков. Разумеется, магистр плевал на предрассудки. Он жил слишком долго, чтобы прогибаться под мимолетные общественные нормы. Мнение окружающих заботило его в последнюю очередь, а вот в первую очередь его заботило… — Что с этим… Хм… достопочтенным гостем, Кондором? Он согласился сотрудничать? — Спросил Магистр у помощника, едва сдерживая гнев. — Нет. Он лишь усмехался и советовал обратиться к Третьему Принцу. — Третий Принц значит… — Задумался Магистр. Без сомнения, этот ублюдок тоже был замешан во всем этом деле. Подкупил посла зельем, чтобы тот помог убийце незамеченным пройти через портал. А ведь Игни помнил, как этот малявка обмочился перед всей ареной, схватившись за упавший с небес меч. Казалось, это было еще вчера, а теперь этот наглый шкет, которому и полвека нет, осмеливается противостоять ему? Ему?! Молодая поросль Дорнов стала слишком наглой. Их отец еще знает свое место, но вот остальные… Пускай Третьего Принца ему не достать, что же. Один из глав делегации тоже подойдет для показательного примера. Когда он вернется, пропитанный страхом настолько, что будет дрожать от каждого шороха, они вспомнят, что Королевство никогда не было ровней наследникам Империи. Помощник кашлянул и продолжил доклад. — Также мы узнали, что его спутница пропала. Допросив очевидцев, мы выяснили, что они отплыли на фрегате Эсплуар. Мы уже отправили два военных корабля наперехват. Она будет у нас в руках в течение двух недель. — Аширка, верно? Сейчас слишком критичный момент, чтобы портить с ними отношения… Обойдемся без допросов, вряд ли она знает что-то, чего не знает Кондор. Потопите корабль. Пусть пропадет без вести. А что касается этого «второго» главы делегации… Приказываю заняться им досконально, невзирая на статус. С применением всей полноты нефизических методов. Пусть он познает настоящий страх.

Глава 23

Застенки местной «инквизиции» воображение не потрясали. Не потрясал его и местный «инквизитор», хотя и старался. Целый час он вытаскивал из саквояжа различные инструменты и подробно описывал их действие. Но увы, по помещению раздался сигнал, «инквизитор» вышел, а когда вернулся — принялся собирать обратно все инструменты. — Что-то случилось? — Заботливо поинтересовался я у своего несостоявшегося палача. — Жаль, что вы отказались сотрудничать. Боюсь, мы с вами больше не увидимся. — Он покачал головой и опустил в саквояж нечто, похоже на магический штопор для вина. Как он мне объяснял, эта штука закручивалась в ухо. Я с интересом проводил взглядом вещичку. — Даже не покажешь? Ты так долго о них рассказывал, ну хоть что-то! — Вами займется другой специалист. — Холодно ответил он. — О, придет кто-то более мощный из вашей инквизиции? — Я уже говорил, что мы не инквизиция. — В сотый раз ответил дознаватель. Однако, раз его это бесило, я не собирался исправляться. — Пока-пока, инквизитор! Еще увидимся. Дознаватель защелкнул саквояж на защелки и ушел, раздраженно хлопнув дверь. В тесной комнате воцарилась тишина. Я поерзал на металлическом троне, кожаные ремни уже порядком натерли конечности. Может, сбежать? «Сбежать? Из подземелий Академии? Asinus.» — В голове разнесся насмешливый рык. — Заткнись, шиза. — Вслух бросил я. Мой голос одиноким эхом отразился от каменных стен. «Почему же ты еще не сбежал, смертный? Высоси магию из этого стула, transform… трансформируй его и ты свободен.» — Ждал, пока меня начнут пытать. Было интересно поглядеть, как это будет. — Соврал я. На самом деле я надеялся, что ко мне заглянет кто-то высокопоставленный, чтобы взять его в заложники. Выбраться из застенков мне казалось простой задачей, но выбраться из Содружества… Мне нужен какой-то значимый козырь для переговоров. «Ох, какой добряк. В Бездне твои кости обгладывали бы церберы» — Знаешь, когда ты молча подыхал, было лучше. «Ха-ха!» — Демонически рассмеялся он. Стоп, а он вообще мог рассмеяться иначе? Однако, я хотя бы убедился, что Астарот не имеет доступа к моим мыслям. Еще одна проблема на мою голову, перекормив эту тварь — я привел его в чувство. Надеюсь, ненадолго, всё же контракт с третьим принцем продолжает его медленно убивать. «Я могу помочь тебе выбраться.» — Искушающий шепот гулял по голове. — Очень интересно. — Деланно зевнул я. — И как? «Верну часть силы. Соскучился по магнетизму, смертный?» — Вижу, прибывание на грани жизни и смерти сделало тебя более сговорчивым. «Мы бессмертны… Я бы назвал это гранью существование и несуществования. Elegantia juris.» — Мне плевать. Что хочешь взамен? «Моя просьба всё та же. Убей Третьего Принца. Убей его, уничтожь, сломай, сокруши, разорви! Delere!» — Завыл он, мгновенно выйдя из себя. Аж голова зазвенела. — Тише, boy. — Шутя произнес я. Хотя, это же английский, а не латынь? А, плевать. «Он несет угрозу и тебе. Он подставил тебя. Из-за него ты сидишь тут, привязанный к стулу, словно пес. Отомсти ему, mortalis.» — Обязательно, не сомневайся. Но когда придет время. Ответом мне было раздраженное рычание. Что ж, я не собирался нестись прямиком к Принцу, чтобы пустить ему пулю в сердце. Во-первых, были смутные подозрения, что так просто его не убить. Во-вторых… Его смерть может привести не только к гражданской войне, но и уже к войне большой. Убийство второго принца нарушило баланс сил, Содружество лишилось своего кандидата на престол, Теократия оказалась далеко впереди по влиянию на страну, так как Первый Принц живет и здравствует. Если ситуация не стабилизируется… Ай, плевать. Для начала надо выбраться из подземелья, а там видно будет. — Хорошо. Я убью его, как буду готов. Ведь ты прав, пока он жив — он создает всё больше проблем. « Tertius princepsdelenda est. Дай клятву, подпиши контракт, что ты обязуешься мне, что в течение года он будет мертв. И тогда наши пути разойдутся навсегда. Ты получишь обратно свою силу до последней капли, а я получу свободу.» — Мама говорила мне не подписывать адские контракты с крылатыми и рогатыми дядями. Моё устное обещание — это единственное, что ты получишь. «Хорошо… Хорошо… Ede, bibi, lude, смертный. Я временно верну тебе силы, но если у меня появится хоть одно подозрение, что ты не собираешься выполнять своё обещание…» Грудь обжигает распирающей болью. Хорошо, что меня привязали к стальному креслу, иначе я бы уже катался по полу. — Чертила… ты решил… пытать меня… вместо них? — Выдавил я сквозь зубы. «Терпи, ха-ха-ха» Скрипнула и отворилась железная дверь. — Вижу, вы уже просто в ужасе. Не паникуйте раньше времени. — Раздался глухой голос. Концентрирую взгляд на новом лице… и не вижу, собственно, лица. Безликая, полированная металлическая маска, темный, бесформенный балахон, скрывающий очертания тела. — Новый… Инквизитор… явился. — Сквозь сжатые зубы процедил я. — Старый, но юный, Кондор. Фигура поднимает руки и снимает шлем-маску. Волосы водопадом падают на её плечи. — Вообще-то, это против правил. Наш дар очень редкий, поэтому мы держимся инкогнито… Но я хочу, чтобы ты видел. Чтобы ты запомнил меня. Чтобы моё лицо снилось тебе в кошмарах. — Произносит Мальвин и аккуратно ставит безликую маску на пол. «Ха, и эта маленькая леди будет тебя пытать? Давай сожрем её душу.» — Неслышно для Мальвин, рассмеялся демон. — Наверное… неудобно прятать… столько волос под маской. — С трудом усмехнулся я. Боль понемногу отпускала. Черт, и не могла эта дура заявиться на десяток минут позже? — Не боитесь меня? — Миловидно улыбается она. — В маске ты казалась… пострашнее. — Честно признаю я. — Хе-хе, а если так? — С её лица пропадает улыбка, и я чувствую, что она обращается к своему источнику. Ничего не изменилось. Я вращаю головой, пытаясь найти отличия, может где-то за мной материализовался огненный шар или что-то типа того? «Horror… Salvum fac dominum daemonium…» — Как-то испуганно произносит Астарот и затихает. Я чувствую, что он вновь забился куда-то далеко-далеко, и даже нос оттуда не кажет. — Эй, Астарот, ау! Ты меня слышишь? — Вслух спрашиваю я, но ответом мне служит лишь тихий скулеж. — Вы спятили. — Разочарованно морщится девушка. — Еще никогда не встречала человека, что так быстро сходил с ума от страха. Вы испортили мне всё удовольствие… — Заткнись. Не видишь, я с человеком разговариваю? Ну, точнее, не с человеком… А, забей. — Вы безумны. Наверное, поэтому вы и перешли мне дорогу. — Я? Когда? — Искренне удивляюсь я. — Вы отобрали у меня принца! Подсунули ему эту… Эту шлюху! И результат? Он мертв! Я могла стать принцессой… — В твоем возрасте девочки уже не мечтают о принцах на белом коне. — Назидательно произношу я. — У него был черный грифон, а не какой-то белый конь! — Не суть. Он заводил сотни знакомств, у тебя не было шансов. — Он бы побоялся меня бросить! — Рявкает она и вновь обращается к источнику. Скулеж Астарота усиливается, а я спокойно пожимаю плечами. — Но бросил же. В пользу Налы. — Ты, мерзкий слизняк! — Несколько минут она пытается меня… проклясть? Что она вообще делает? Я вновь верчу головой, но не могу понять. Тем временем из её носа струится первая капелька крови. Она останавливается, вытирает её и удивленно смотрит на испачканную кровью перчатку. — Вижу, ты аж обомлел от страха! — Успокаивает себя она. Но я развеиваю её иллюзии. — Нет, я просто задумался над тем куда делись мои вещи. А еще у меня чешется рука, которую вы залечили. — Я показываю запястьем на чешущуюся руку. — Сущая пытка, может почешешь? Или хотя бы ремень сними, чтобы я смог сам почесать. — Ты, ты… — Вскипает она, её лицо краснеет от стыда и гнева. — Ну-ну, не злись. — Успокаиваю её я. — Я злюсь? Сейчас ты узнаешь, что значит настоящая злость, тебя от нее разорвет! Она вновь обращается к источнику и… О, да, в этот раз я чувствую разницу. Раздражает. Рука, которую невозможно почесать. Седалище, что уже устало сидеть на железе. Бесит. Бесят ремни. Бесит спертый воздух подземелья. Злость. Ярость. Что эта сучка вообще о себе возомнила? Что они все о себе возомнили? Почему они считают, что могут держать меня взаперти? Что могут лишать меня свободы? Планы? К черту планы. Мой рев смешивается с ревом демона. Он также полыхает яростью, но в основном уже на ту, что заставила его бояться. И он щедро делится силой, чтобы отомстить. Миг. Магия вокруг жадно высасывается демоном. В соседней комнате звонко взрывается кристалл, питающий стальное кресло. Миг. Кожаные ремни рвутся чешуйчатой рукой. Трон расплескивается жидким металлом, выбрасывает меня к магичке, как трамплин. Она отшатывается и заваливается на спину, в ужасе прекращая колдовать. Когти проносятся рядом, разрывая балахон и пуская кровь, но не рассекая её на части. Еще один миг и я возвращаю контроль. Очень вовремя, ведь когтистая рука уже стремилась вырвать её сердце. Моя когтистая рука. — Астарот. Убери это дерьмо. Немедленно. — Приказываю я, стряхивая капли крови на пол. «Эта леди страшнее владыки ада…» — Бормочет он. — Живо! Когти втягиваются, и рука принимает человеческий вид. Я с наслаждением чешу руку. Наконец-то… — Наведенный гнев, значит? — Спрашиваю я у пытавшейся отползти девушки. Она лишь в ужасе перебирает ногами, даже после того, как уперлась в железную дверь. — Ну, теперь ты знаешь, что меня лучше не злить. Хм… Раз уж мы поменялись местами, что бы такое у тебя спросить… — Задумываюсь я. «Убей её, скорее! Дай мне её душу!» — Не хочу. — Отвечаю я демону. — К-к-как? — Её зубы стучат от страха. Пожимаю плечами. — Вам не стоило садить мага металла на металлический стул, идиоты. — Он был зачарован! — Взвизгивает Мальвин. — Ну, был. — Соглашаюсь я. «Почему ты её не боишься? Ты вообще… смертный?» — Голос Астарота звучит недоуменно, неуверенно. Я бы даже сказал, подавлено. — С тобой я еще не закончил. Чтобы без моего приказа этого когтистого дерьма больше не было, понял? «Я просто дал тебе немного силы бездны…» — Ты меня понял? — Рявкаю я. — Я п-п-поняла, п-поняла, пр-простите! Девушка в панике закрывает уши руками. В её глазах слезы и неудивительно, ведь она видит перед собой безумца, что разговаривает с пустотой. — Я вообще не к тебе обращаюсь. Астарот! «Я понял… Несмертный.» — А теперь скажи, где мои силы? — Я протягиваю ладонь в сторону шлема девушки, но он не спешит лететь ко мне в руку. «Секунду… Готово.» Мир расцветает. Я уже и забыл, каково это — чувствовать металл так далеко. Словно повязку сняли с глаз. Импульс и безликий шлем Мальвин послушно приземляется мне в руку, однако… — Это не мои силы. Они чувствуются иначе. — Качаю головой я. «Без сомнения, они твои. Не забывай, что я поглотил их. Я не могу вырвать их из себя… но могу дать к ним доступ. Какая разница, если всё работает?» Такая, что как дал, так в любой момент можешь и забрать — думаю я. К тому же если демон впадет в спячку от истощения сил, то и я вновь их лишусь. Такая себе замена тому, что было до одержимости, но и то хлеб. — В таком случае позаботься о том, чтобы они работали идеально. Иначе же… — Я понизил голос до шепота. — Ты же не думаешь, что мне не хватит способностей открыть портал в бездну и встретиться с тобой лично? «Не угрожай мне, несмертный.» — Выполняй мои приказы, демон и мне не придется приводить их в исполнение. Астарот едва слышно ворчит про наглых людишках. Что ж, похоже разговор с ним закончен. Я переворачиваю шлем-маску и щупаю лицевую сторону. Полированная сталь, не единого шовчика, работа мага металла, не иначе. Один лишь вопрос, как Мальвин смотрела через неё? В целях эксперимента пытаюсь надеть шлем-маску. Увы, голова не пролазит. Слишком большая. Заглядываю одним глазком и да… Изнутри она прозрачная. Крайне интересная и полезная штука, захвачу-ка я её с собой. Уж такой занятной вещи применение я найду. — Так, а что касается тебя… — Обращаюсь я к девушке и замечаю, что она потеряла сознание. Вероятно, мой разговор с Астаротом слишком её перепугал. Ну и черт с ней. Оттаскиваю тело в сторону, чтобы оно не загораживало проход и встаю напротив железной двери. Я мог бы сделать её жидкой, мог бы отпереть засовы… Это было бы быстрее, но я хотел испытать себя. Нужно знать пределы своих сил перед боем. Концентрируюсь и давлю. Железо скрипит. Стены шатаются, но выдерживают. Я прекращаю давить и оглядываю идущие по ним трещины. Неужели маги забыли про правило, что нет смысла ставить дверь, более прочную, чем стены вокруг неё? Но нет, я хотел пробиться именно через дверь! Коплю силы и выплескиваю их одним порывом. Дверь в сотни килограмм сминается, её срывает с массивных плетей. Грохот, пыль! Дверь врезается в стену, раскалывает камни. Трещины змеятся по всему подземелью. Я отряхиваю кисти. Неплохо, неплохо. Даже лучше, чем было.

Теперь пора бы найти свои вещички. Меч я чувствовал неподалеку. Ориентируясь по нему, я проходил сквозь дверь за дверью. Теперь, не выделываясь, а просто размягчая и проходя их насквозь. Нужно было экономить силы. Пройдя сквозь очередную дверь, я нос к носу встречаюсь с магом. Один удар в его излишне длинный нос и он оседает, оставляя на стене кровавый след. Оглядываюсь. Похоже, он бы заведующим складом или его охранником. Длинные стеллажи были полны всякой всячиной. Окровавленная одежда. Кинжалы, покрытые ядом. Не теряя времени, быстрым шагом направляюсь сразу к своему мечу. Рядом с ним нашлись два окровавленных штыря, от которых словно корневая система, ветвилась сталь. Вырезали из собак, я полагаю. Пусть лежат. Оставив, бывшие когда-то пистолетами, штыри на полке, я подхватываю меч и фляжку с порохом. Откручиваю колпачок, выпиваю воду и открываю второе дно. Вроде бы весь порох на месте, но мало ли. Вешаю его на пояс, рядом с ножнами и покидаю склад. Пора пробиваться наверх. *** Очередной маг падает с дыркой в сердце. Вытираю меч и продолжаю подниматься по лестнице, убивая всех, кто пытается меня остановить. Это на удивление просто, я даже чувствую себя немного Клеменом. Лишать магов сил, продолжая использовать свои — это мягко говоря, имбаланс, не зря он так зазнавался. Единственное чего мне не хватало — это возможности подпитываться силами врага. Вот только для этого нужно полностью слиться с демоном. Непомерная, на мой взгляд, цена, так что меня вполне устраивает и так. Поток холода несется сверху и рассеивается, не коснувшись моей кожи. Маг не отчаивается, ступени впереди покрываются толстой коркой льда. Откалываю от меча кусочек острия и отправляю его в полет. Сделав круг, он возвращается ко мне, обагренный кровью. Маг заваливается и падает с лестницы, фонтанируя алой жидкостью из пробитой шеи. Присоединяю острие к клинку и продолжаю движение. Лед по ногами таит, превращается в воду. Воду, смешанную с кровью. Проклятая лестница, насколько глубоко я вообще находился под землей? Я прошел не меньше чем десять этажей, а она всё не кончается! Стоило мне только на это пожаловаться, как лестница… кончилась. Последний ярус. Площадка, залитая кровью, с которой пытался колдовать маг. Железная дверь… Даже немного необычно видеть везде железо. В Королевстве любая дверь, охраняющая хоть что-то важное, сделана из чего угодно, но НЕ из металла. Тут же люди совершенно не пуганы… Впрочем, их можно понять. Магов металла мало, они под контролем, а стальная дверь будет куда прочнее и против любого другого мага. Дверь рухнула вперед, когда её петли стали мягкими, будто сливочное масло. Внутри — куча панелей, столов, бумаг, кристаллов и уже знакомых штырей-джойстиков. Яркий свет напоминал о солнце, но нет — он исходил из кристаллов в потолке. Запах чернил на секунду перебил запах крови, которым я пропитался по мере своего восхождения. Похоже, я добрался до чего-то важного, что бы это ни было. Интересно, далеко ли я от поверхности? Внутри никого не было… Хотя нет, была. Одинокая девушка сидела на корточках, закрывая голову руками, прямо перед панелями. Довольно плохое место, чтобы спрятаться… Несмотря на то, что именно туда падала тень от стойки с кристаллами. Судя по всему, она не собиралась нападать, поэтому я стряхиваю с меча кровь и вкладываю его в ножны. — Не убивайте меня, прошу! Я сделаю всё, что попросите! — Тонким голосом умоляет она. — Не буду, если будешь вести себя хорошо. Скажи, далеко ли я от поверхности? — Максимально дружелюбно спрашиваю я. Возможно, это прозвучало немного лицемерно, после того как я убил десятки её коллег, но… разве я виноват, что они сами на меня кидались? Тех, кто бежал от меня — я не преследовал. Тех, кто не нападал первым — оглушал. — Мы прямо под портальной площадкой, сэр. Отсюда я управляю порталами и… — Жалобно произносит она. — Что?! — Перебивая я. — Отсюда можно управлять порталом? Порталом, что на площади? — Да… Я сделаю всё, что хотите, открою его куда угодно, только не убивайте, прошу! — Плаксиво просит она и хлюпает носом. Это же… Это же мой билет прямо домой. Как удачно! Эврика! Сегодня точно мой день. Признаюсь, я думал взять на абордаж какое-нибудь судно, но портал… Портал — это хорошо. Это суперхорошо! Я широко улыбаюсь, но уже через мгновение улыбка медленно стекает с лица. Черт. Подозрительно хорошо. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Эйфория моментально схлынула. — Я настрою портал, если позволите. — Девушка встает и быстро щелкает штырьками. Наверху поднимается гул. Сквозь потолок просачивается фиолетовая дымка. Это правда портал… Но почему-то я в сомнениях. Интуиция тревожится, но я не могу понять почему. — Куда ведет этот портал? — Я облекаю подозрительность в слова. — Я настроила его на Королевство стали, Господин. — Лепечет она. Её сердце стучит так быстро и громко, что даже я его слышу. — Откуда ты знаешь, что мне нужно именно туда? Моя рука сама собой ложится на рукоять меча. — Вы же господин посол, которого привели к нам ночью. Очевидно, что вам не в Теократию нужно. — Она прячет глаза, но её слова звучат дерзко. Слишком дерзко для той, кто только что умолял меня его не убивать. В тишине зала всё так же разносится быстрый стук сердца. Судя по скорости и громкости — паникующий. Но почему она тогда дерзит? Интуиция стучит барабанной дробью в такт её сердцу. Я принюхиваюсь. Пахнет кровью, и я уже привык к этому запаху. Вот только пахнет слишком сильно. Мой взгляд мечется по диспетчерской, пока не натыкается на небольшую дверь. Дверь, из-под которой к нам натекала лужа алой крови. Рывком оголяю меч и наставляю его на девушку. Та недоуменно поднимает бровь. — Что-то не так, господин? Не сводя взгляд с девушки, я подхожу к двери. Да, двигаться спиной к двери, из которой течет кровь — не очень разумно… Но интуиция просто кричала — поворачивается спиной к ней — еще более неразумно. Шаг за шагом. Она тоже замечает натекшую кровь и вздыхает. Выражение лица с плаксивого моментально меняется на равнодушное. Открываю дверь, ни на секунду не сводя взгляд с девушки. Из открытой двери что-то падает в лужу крови, забрызгав мне штаны. Опускаю взгляд и вижу точную копию лица своей собеседницы. Широко открытые, мертвые глаза. Вскрытая грудная клетка. Отсутствие сердца. Не вглядываюсь в труп, моментально перевожу взгляд. Девушка втягивает ноздрями кровавый воздух и облизывается. А я понимаю… Стук её сердца не был быстрым. Это просто был стук двух сердец разом.

Глава 24

— Корабль на горизонте! Крупный! — Звонкий голос матроса, что доносился с вороньего гнезда, легко перекрыл шум волн и чего-то изливающегося за борт. — Заткнись и так паршиво! — Прикрикнула Аша, вытирая рот. Матрос мгновенно заткнулся, в первый же день плавания вся команда уяснила, что раздраженной магичке лучше не попадаться на глаза. Если, конечно, не хочешь чтобы твой зад задымился. Однако, новость была слишком важна. Взвесил риски нагоняя от капитана и прожаренного зада за шум, он выглянул из своей бочки и постучал кулаком по стенке, чтобы привлечь внимание матросов ниже, что стояли на марсовой площадке. Немного отчаянного шепота и с фок-мачты быстро заскользил дозорный. Он направился к первому помощнику, и уже через пару минут весь корабль гудел, к вещему недовольству магички. — Ну корабль и корабль, чо разорались-то? — Проворчала она, свесившись с борта, словно дохлая рыба. Уже и капитан вышел из каюты, держа в руках прибор, что был заботливо укрыт шелком. Аккуратно развернув, он полминуты крутил штырьки и проверял уровень жидкости в сосуде, после чего активировал его. Засверкали искры. Из сосуда вытянулось несколько водяных линз, что застыли в воздухе, словно были заморожены. Ещё несколько прикосновений к штырькам, что сместило воду и чуть укрупнило линзы… И вот, капитан уже разглядывал весьма быстро приближающийся корабль, словно он был в нескольких шагах от него. Крупный. Раза в три крупнее его фрегата, линкор. Многочисленная команда, руническая площадка для круга магов. Золотые прожилки по всей палубе указывали на то, что в глубинах корпуса, в бронированном коробе стояло ядро. Закрытые орудийные порты не давали понять тип орудий, но Флинт не сомневался — там стояло что-то более пригодное для боя на воде, чем молниевые скипетры. Без сомнения, корабль был военным. И дело вовсе не в размерах, существовали и весьма крупные торговые корабли. И даже не в площадке для магов и не в стационарных щитах, что превращали корабль в плавучий замок. Всё же состоятельные дома, промышляющие вылазками к центру мира, могли позволить себе и не такое… Дело — в скорости. Левиафан несся к ним на всех парусах, щедро наполненных штормовыми ветрами, созданными кругом магов. Ни один торговец не будет платить магам воздуха за такую скорость. Моргающая отраженным солнцем, стальная пластина на марсовой площадке преследующего их корабля не оставляла сомнений в том, что корабль здесь не случайно. Сощурив глаза, капитан принялся расшифровывать повторяющиеся блики. — Приказ… Спустить паруса… Встать на якорь… Ждать… Приказ… Спустить паруса… Хм. — Пробормотал Флинт и пригляделся к мачтам, пытаясь найти личные стяги либо флаги домов. Но нет. Над линкором, как и над Эсплуаром, реял лишь флаг Содружества. Это могло говорить о многом, либо не о чем. Пусть это не особо афишировалось, но в море проблемой были не только морские твари. К сожалению, многих капитанов подстерегал соблазн пиратства. Ведь море так опасно, кто знает, что может случиться? А когда твое опухшее тело выбросит на берег, даже архимаг-Некромант не сможет добиться от него показаний, как и почему умер человек. Пусть, на первый взгляд Содружество казалось крайне сплоченным государством… в отличие от того же Королевства, где между магами-аристократами постоянно проходили военные стычки, но эта сплоченность была лишь видимостью. Да, на суше все придерживались правил. Дуэли, заказные убийства, диверсии — всегда пожалуйста. Но полноценные боевые действия? Никогда. Ложа строго следила за этим. На суше царил закон и покой. И всё потому, что большинство разборок между Домами Содружества проходили в море, где Ложа не сумеет найти и покарать виновных. Даже сам Флинт порой… Устраивал несчастные случаи своим соперникам. И теперь, похоже, он оказался на месте такого соперника. Линкор продолжал сверкать сигналами, а Флинт мешкал. Слишком уж странным это было. Для корабля такого уровня — Флинт слишком мелкая рыба. Быть может… дело в недавнем заказе? В таком случае, если он просто остановится, есть шанс, что его отпустят. Небольшой, но есть. Содружество всегда стремилась беречь магическую кровь. Скорее всего, придется пожертвовать командой, но он с первым помощником выживут… Да и есть ли у них вообще хоть шанс уйти от военного корабля? Флинт вздохнул, выключил прибор, отчего водяные линзы стекли обратно в склянку, завернул его в шелк и передал помощнику. Всё равно корабль приблизился настолько, что сигналы можно было увидеть и без прибора. Он собирался уже отдать приказ, как заметил, что из кают на палубу поднялись еще два пассажира. Мурены им в жены, если придется с ними сражаться, силы будут примерно равны. Три мага против двух, но один из них маг металла. — Что тут происходит? — Спросила Эшли, но тут же развернулась и поспешила к свисающей с борта магичке. — С тобой всё в порядке? Хочешь чаю? Марвин тем временем удивленно уставился на корабль. — Хм. «Титан и Ко». 3812 года постройки, куплен Академией и модернизирован путем срезания верхней палубы… — Это корабль Академии? — Зацепился за его слова Капитан. — Ну да, хотя построен он был… — Я знал, что добром это не кончится. Убрать паруса! — Гаркнул Флинт матросам. Что ж, теперь он может быть уверен, что это не просто пираты. Они пришли за его пассажирами, а не за его деньгами и жизнью. Ревущие потоки пламени облизывают матросов, что посмели протянуть руки к снастям. Те в ужасе отшатываются и оглядываются на капитана. — Стоять! Какое еще опустить паруса? Мы плывем в Королевство, ясно? — Безапелляционно заявляет Аша, поигрывая огнем в руках. — Это просто проверка, они проведут досмотр судна, и мы продолжим путь. — Попытался соврать Флинт, но тут же пригнулся, чтобы уклониться от языков пламени. — За дуру меня держишь? Какой досмотр? Это корабль Академии! Флинт поправил дымящуюся треуголку и широко улыбнулся. — Юная… Леди… — Насмешливо произносит он, явно подразумевая слово «малявка». — Видите ли, устройство нашей страны таково, что… — Мне плевать. Мы плывем дальше, ясно? — Они быстрее нас, разве не видите? Разумнее будет остановиться и спросить, в чем дело. — Ага, щас. Ты взял этот заказ, так выполняй его. Иначе у корабля будет более послушный капитан. — Не запугивай меня, малявка! Я пережил такое, что тебе и не снилось, меня пытали страхом, мою душу жрали заживо… — Капитан гордо выпрямил спину. — Если будешь упрямиться, то к списку прибавится и медленное запекание на огне! — Рявкнула магичка и сделала шаг к капитану. Внезапно, между ними вклинилась Эшли, держа в руках глиняную кружку с чаем. — Погодите, постойте. Зачем ссориться? Мы законопослушные граждане, просто пройдем проверку и всё! Флинт согласно закивал. — Вот-вот, послушайте своего товарища, несмотря на то, что ей не повезло с даром, зато повезло с рассудительностью! У меня есть одна морская притча, которую я хотел… — Заткнись. И ты тоже заткнись, я обещала, что довезу вас в сохранности. И я это сделаю. — Ну а что плохого может случиться от одного досмотра? — Недоуменно подняла бровь Эшли, протягивая ей кружку чая. — Много. — Коротко бросила Аша, но чай отпила. Учить девушку тому, что мир довольно жесток, времени не было. — Тьфу, ну и гадость. — Это мята. Помогает при тошноте. — Всё равно гадость… Словно лед полизала, фу. — Аша вернула кружку и оглянулась. — Эй, они нас догоняют! — Возмутилась она. — А я что говорил? Даже если мы не будем опускать парус, они и так нас догонят. — Вздохнул Флинт и протер платком потеющий лоб. — Сделайте что-нибудь! Иначе я корабль спалю, клянусь. — Тут ничего не сделать. — Бросил Флинт, отчаянно придумывая оправдания, почему он не спустил паруса. Скажу, что юнги напортачили с такелажем… Да, так и скажу! — думает он. Его благостные размышления прервал дозорный, что сидел в бочке на самой верхушке мачты, в так называемом вороньем гнезде. — Капитан! Они прекратили сигналы! И я вижу магов, они собираются на… — Его голос вдруг пропадает, сожранный порывистым ветром. Мощный шквал бьет по парусам, выгибая их в другую сторону, такелаж трещит, зачарованный щелк едва не рвется. Корабль чуть подрыгивает на месте, словно на трамплине и тут же обрушивается вниз, поднимая исполинские брызги воды по бортам. Треуголка капитана слетает с его седой головы и отправляется в дар морским обитателям. С марсовой площадки срываются матросы и плюхаются в воду. — Найк, сожри тебя мурена, отклоняй! Отклоняй! — Кричит Флинт в рулевому. —…ыт…юсь! — Доносится в ответ. Но куда одному магу сопротивляться кругу? Рулевой закладывает вираж, пытаясь уклониться, но ветра преследуют его, останавливая корабль. Того и гляди они пойдут кормой вперед! Плюнув, капитан сосредотачивается на воде вокруг. Если он подтолкнет корпус… Увиденное в воде марево, заставляет его побледнеть. — ГРУЗ ЗА БОРТ! ВЕСЬ! И ЛЮДЕЙ ТОЖЕ! — Панически приказывает Флинт, но в глубине души понимает, что это мертвому припарка. В глубинах под ними прямо сейчас создавался вихрь. Пока небольшой, но еще десяток минут на их месте возникнет гигантский водоворот. Корабль утянет на дно, он пропадет без следа. Никаких шансов уцелеть нет. Маги воздуха не дадут им уплыть, а маги воды — прикончат водоворотом. И все будет выглядеть, как несчастный случай… Если только… — Ты! Жги паруса! — Решается капитан. — Чего? Чтобы нас догнали? — Возмущается магичка, схватившись руками за борт, чтобы не быть унесенной ветром. — Дура! — Яростно кричит он. Марвин вздымает руки, сноп искр разлетается по парусам. Вспыхивают огоньки и под шквалистым ветром мгновенно превращаются в потоки огня. Пламя сжирает шелковые паруса, обращая в пепел тысячи золотых. Несколько секунд и ветер прекращается. Теперь, когда корабль потерял паруса, вражеский ветер проходил сквозь судно без всякого эффекта. Паруса преследующего корабля вновь наполняются, вражеские маги без труда нашли себе другое занятие. Флинт смахивает с лица сероватые крупинки сожженного состояния и готовится колдовать. Колдовское марево под кораблем наполнялось силой, нужно убираться, пока еще есть время! Трюмы открыты, тюки со льном отправляются в воду. Команда выводит рабов на палубу, но сталкивается с Ашей. — Если скинешь хоть одного человека — то отправишься за ним следом! — Это отбракованные, госпожа. — Пытается объяснить матрос, но его язык загорается. — Он бы так и не сделал, так что и вам я запрещаю. — Безапелляционно заявляется она. Команда смотрит на капитана, но тот лишь отмахивается. Не до этого, мурену им в глотки! Течения подчинялись неохотно, захваченные куда более сильной магией, работа целого круга, не иначе. С большим трудом Флинт смог сформировать щупальце, что метр за метром выталкивало корабль из опасной зоны. Штурман помогал как мог, маневрируя и направляя поток ветра в корму. У них получается! Но медленно, слишком медленно. Вражеский круг тоже замечает попытки капитана. Формирование водоворота замедляется, часть магов переключается на новую задачу. Вокруг корабля сгущается энергия, щупальце холодеет, вместе с сердцем Флинта. По бокам корабля ползет изморось, днище промерзает, вокруг него формируется лед. Толкать корабль всё тяжелее и тяжелее, капитан чувствует, что слабеет. Давление на корпус усиливается, почуяв слабину, Круг пытается не просто их замедлить, он хочет раздавить корпус, сдавив его льдами. — Лед! Топите лед, сухопутные крысы! — Отчаянно требует капитан. Марвин запускает в воду огненный шар, но он гаснет без всякого эффекта. Аша выглядывает за борт, вокруг которого поднималась толща льда и заявляет. — Мне нужен огонь. Много. — Поджигай корабль, якорь тебе в глотку! Только мою каюту не трожь! — Ха, другое дело. Девушка шарит в одежде и вытаскивает продолговатый, железный цилиндр. Пасс рукой и он шипит, раскидывает искры и моментально раскаляется добела. Она швыряет его на палубу и следом еще один. Пропитанная от пожаров, древесина вспыхивает, словно смоляное полено, от корабля поднимается вверх густой дым. Волны тепла бьют вдоль бортов, расплавляя лед в воду, целые куски маленькими айсбергами отваливаются от кормы. Капитан собирает силы и вновь толкает корабль, но… Круг закончил свою работу, в сотне метров от корабля возникает небольшая, едва заметная воронка. Маленький водоворот, кажущийся совершенно безобидным… Но смертельно опасный. Уже никто из Круга не пытается заморозить корабль, в этом нет смысла. Им поздно убегать. Воронка разрастается с каждым мгновением, поток воды ударяет в корму, пытаясь развернуть корабль. По седым усам капитана стекает кровь. Он хлюпает носом, окропляя свою униформу кровью, но ничего не может сделать. Даже самое слабое колдовство тактического уровня может перебить лишь архимаг. — Дело дрянь, да? — Интересуется Аша, что также почувствовала движение нагретой ею воды. —… — Капитан молчит, корабль медленно разворачивает носом к преследователям. Поток воды, что еще пару секунд назад бил лишь в корму — теперь врезается в борт. Водоворот разрастается настолько, что корабль теперь всё равно что лодочка в ванной. Огромные массы воды приходят в движение, и даже линкор дает право руля, чтобы избежать попадания в свой же водоворот. Капитан опускает руки и кашляет от попавшего в нос, едкого дыма горящего корабля. — Всё. — Спокойным голосом произносит он. Лицо Марвина искажается от гнева. — Говорил же, надо было оставаться! — Он зачерпывает огонь с палубы в руки и огненным шаром отправляет его во вражеский линкор. Не долетев пару метров до бушприта, шар расплескивается огнем, сделав на секунду видимым прозрачный щит, что сферой окружал корабль. Увидев это, Эшли вытаращивает глаза. — А как он тогда плывет? Разве вода не будет нагружать щит? Ведь если подводный профиль корабля будет как у сферы, значит он будет плыть очень медленно! Флинт сплевывает. Они вот-вот погибнут, а кто-то думает о такой ерунде. Сам не зная зачем, он отвечает. Может, чтобы хоть на пару секунд отвлечься от грядущей, неминуемой гибели на дне водоворота? — Ты права. Под водой щит использовать невозможно, его просто невозможно настроить так, чтобы он и останавливал снаряды и пропускал воду. Поэтому щит работает полусферой, прикрывая лишь всё, что выше ватерлинии. — Интересно… Хотела бы я посмотреть, как это устроено. Марвин, займемся этим в другой жизни? Или сбежишь от меня? — От тебя сбежишь… — Ма-а-арвин! — Хорошо, хорошо. Обещаю. — Вздыхает он и привлекает жену к себе. — А ну, хватит, развели тут! Так, ты иди сюда… И ты сюда. И ты тоже, брось свой руль и тоже иди себя. — Полыхая гневом, Аша сталкивает всех магов в центр корабля. — Это Штурвал. — Возмущается Найк, последним спускаясь по горящей палубе. Корабль уже закончил один оборот на триста шестьдесят градусов и заходит на новый, с каждым кругом всё приближаясь к воронке, которая становилась всё глубже и глубже. — Так, встаем в круг, держимся за руки… — Это же… детский способ. — Смущенно замечает Эшли. — Я по-другому не умею. — Признается Аша. — Боевой маг огня не умеет работать в круге? — Скептически поднимает бровь Флинт. — Не было практики и нужды… Всё, слушайте план. Мы с Марвином вскипятим воду в пар и дадим вектор, воздушник поможет, чтобы он не улетал сильно в стороны, Капитан обеспечит слияние с водой, а Эшли… ммм, ты бесполезна, так что просто будешь перекачивать энергию. — Вот всегда так… — Ворчит девушка. — Погоди, ты хочешь поднять корабль в воздух? — Произносит рулевой и хихикает. — Ну да. Нас же тянет вода. Если мы оторвемся от воды, то и проблем не будет. Что не так? — Ты спятила, это не сработает. Ты знаешь сколько весит корабль? Почти семьсот тонн! Может, мы тогда сразу до берега долетим, а? — Заткнись. Пар очень сильный, уж я-то видела! Не недооценивайте его! И вообще, надо лишь немного приподняться, а не лететь! — Да не по… — Попробуем. — Затыкает помощника воодушевившийся Флинт и хватает магичку за руку. — Угу. Так, команда, всем держаться, за что только можете! Начинаем! Человеческие тела плохо приспособлены для передачи магии, особенно разностихийной. Круг не только упрощал передачу, но и фильтровал её, преобразуя стихийную магию в нейтральную, общую. Однако это всё еще работало. Море закипает и корабль тут же резко кренится на одну сторону, чуть не перевернувшись. — Ай-ай! — Вижу! Стабилизирую! — А теперь — полетели! — Кровожадно улыбается Аша и весь огонь на палубе тухнет. Корабль трещит, часть досок не выдерживает, но, словно выстреленный из пушки, он слегка подлетает вверх. Перегретые, белые потоки пара рвутся вдоль бортов вверх, застилая обзор. Аша, взмахнув руками, чуть не падает, но замечает, что её ноги прикованы стальными полосами к палубе, как и ноги остальных членов импровизированного круга. — Небесполезная. — Комментирует она, вновь чуть не падая, когда корабль приводняется на водную гладь. — И еще! Вновь жесткий удар, и корабль, оставляя след из досок, подлетает вверх. Вообще-то планировалось не так, но главное они отпрыгивают подальше от водоворота! Чертов обтекаемый корпус, из-за чего большая часть пара просто рассекается им! — Капитан! Обморозьте борта! — Кричит Эшли. — Что? — Сделайте барьеры! Чтобы сдержать пар! ПЛЮХ! Корабль вновь приводняется, внутри что-то громко хрустит. Одна из мачт, не выдержав таких приключений, заваливается на борт. — Нет сил. — Признается капитан. — Не беда. — Отвечает ему Аша и вытягивает тепло из воды. С бортов в воду свисают ледяные сталагмиты, пар пытается преодолеть их, сломать, но наполненные магией, они не сильно уступают в прочности камню. Запертый в ловушке пар вынужден тащить корабль, порой вырываясь в пространстве между льдом и водой. С задранной под шестьдесят градусов кормой, Эсплуар уносится от водоворота, чадя гарью и истекая паром. Жадная воронка разочарованно крутится, оставшись без добычи… — Мы ушли? — Неверяще произносит Флинт, ощущая под собой спокойное море. Корабль удалялся от воронки с такой скоростью, что круг просто не успевал накачивать её магией, она всё равно расширялась значительно медленнее. — Ушли… Но не от них! — Аша мотает головой в сторону линкора, что несся к ним наперерез. Орудийные бойницы были открыты, из них торчали раскаленные и готовые к бою, магмовые орудия. — Якорь им в задницу… Мы не сможем долго поддерживать скорость, я уже на гране. Может, они нас пощадят? АЙ! — Завопил Капитан, когда магичка вцепилась ему зубами в руку за паникерство. — У меня есть план. Эш, помоги достать эти штуки! Не разрывая рукопожатия, Аша рукой девушки шарит по своей одежде. — Что ты ищешь, грудь? — Спрашивает Эшли. — Клянусь, еще одна такая шутка и ты будешь питаться углем до конца нашего плавания… Вот они, вытаскивай! Два последних цилиндра падают на палубу рядом с ними и загораются. Клубы дыма от прожигаемой насквозь палубы окутывают пятерку магов, а раскаленные искры падают рядом с ботинками. — Не могла подальше отбросить? — Возмущается штурман. — Всё, заткнись, разворачиваемся! Корабль закладывает вираж, оставив на воде часть мачты, и несется навстречу линкору. Шквальный ветер, которым круг магов наполняет паруса, теперь бьет в лицо. Он все ближе, уже можно разглядеть лица вражеского экипажа. Рулевой на линкоре мешкает, он никогда не встречал настолько быстрого корабля. Скорость на встречных курсах воистину огромна, по морским меркам. — Сейчас, просто помогайте мне! — Приказывает Аша и забирает всё тепло из термитных шашек. Море огня возникает перед линкором, языки пламени бессильно облизывают полусферический щит, не нанося никакого урона. Даже нежные паруса не страдают, ни одна искра не в силах просочиться сквозь генерируемую корабельным ядром защиту. Однако, огонь полностью закрывает им обзор. — Это не сработа… — Начинает Найк и… Раздается оглушительный треск. Линкор резко останавливается и подпрыгивает на месте, словно наткнувшись на подводный риф. Собственно, это он и был. Остроконечный, искусственный айсберг с наслаждением проламывает корпус ниже ватерлинии, трещит киль, рушится днище, балласт из каменных блоков сыпется в воду, словно монеты из пропоротого воришкой кошелька. Ледяная сосулька проходит до самой кормы, чтобы лишь там застрять, «надежно» заменив собой днище корабля. Команда летит в воду, еще не понимая, что случилось. Магматические орудия дают залп, заливая потоками лавы, несущейся мимо их уже обреченного борта, корабль. Раскаленная жижа щедро обливает ют, заставляя вспыхнуть его как спичку, мгновенно занимается штурвал, капитанская каюта, часть такелажа. Капли лавы стекают в воду, заставляя её с шипением вскипать. Аша собирает последние силы, собирает тепло и направляет его, чтобы растопить рукотворный айсберг. В голове — звенящая пустота, по лицу стекает кровь, слишком большой объем силы за столь малое время. Растаявшая, но всё еще многометровая ледышка выскальзывает из развороченного корпуса и линкор быстро набирает воду. В трюмы текут целые реки, поднимаются всё выше и выше, пока не достигают раскаленных орудий. Грохот. Один за другим они взрываются, раскурочивая корпус всё сильнее, и поднимая в воздух капли лавы, словно при извержении вулкана. Аша провожает их взглядом, несмотря на истощение, видеть их было словно весточкой из дома. Линкор всё еще держится… маги пытаются откачать воду, заделать колоссальную пробоину хотя бы льдом. Но стекающая внутри корпуса лава, обжигающий пар и вода, прибывающая кубометрами в секунду — делает их усилия тщетными. Раздается взрыв. Вернее — ВЗРЫВ. Потоки лавы и пара, наконец, преодолевают защищенный короб, где находилось ядро. Остатки корабля раскидывает на сотни метров кругом, а по воде во все стороны несется волна в десяток метров высотой. Волна легко догоняет Эсплуар, накреняет корабль и окатывает всех ледяной водой. Силы иссякли. Проскользив по воде еще с десяток метров, корабль плюхается и накренившись, начинает тонуть. Многочисленные пробоины и повреждения в результате безумного вояжа никуда не делись и готовились взять реванш над кораблем. Стальные обручи спадают с круга, освободив ноги, люди тут же падают на колени. Капитан, первым поднявшись на ноги, устремляет взгляд к погибшему «Титану и Ко». Водоворот неумолимо приближался к корабельным останкам, стремясь поживиться своими создателями. — Эх, мурену мне в жены, такие богатства пропадают… — Капитан разочарованно провожает взглядом бывший линкор, но тут же ухмыляется. — Хотя самым ценным было ядро. Ох, как рвануло. Не зря я недолюбливал эти штуки! Использовать людей надежнее. — В эту историю точно никто не поверит. Даже не думай её рассказывать, иначе над нами вновь будут смеяться во всех портах. — Просит помощник, отряхивая с шорт сажу. — Историю о том, как мы потопили линкор? Такое я осмелюсь рассказать лишь на пенсии, когда все сочтут это старческими бреднями. — Усмехается капитан. — Нужно… вычерпать воду. — Слабо напоминает Аша, разваливаясь прямо на палубе, что с каждой минутой накренялась всё сильнее. — Не волнуйтесь леди, раз этот уже корабль не утонул, то кракена с два я теперь ему это позволю! Отдыхайте. — В этот раз в устах капитана слово «леди» звучит в самом деле уважительно. По искалеченному кораблю раздается боцманский свисток, выжившие члены команды начинают борьбу за живучесть.

Глава 25

— Тутктук-тутктук. — Лишь стук сердец и низкое гудение портала развеивают абсолютную тишину. Существо стоит с каменным лицом, ждет моей реакции. Накрываю всё сильнейшей волной антимагии. Высасываю всё до крошки, что даже душа стоящей передо мной должна затрястись, как Капитана Флинта. Несколько секунд облик подергивается, словно дешевая голограмма, сопротивляясь давлению. Сердце стучит с надрывом. «Девушка» вытягивает руки перед собой, на которых отчетливо пробегает рябь. Под фальшивым мундиром дознавательницы виднеется черная ткань. Двойной стук затихает, оставив ровный, одиночный ритм. Шкурка сползает, явив уже знакомую мне девушку в черной куртке. Разве что с солидной обновкой — крупным амулетом на груди, что напоминал птичью клетку. Вот только вместо птицы внутри висело сердце, распятое на золотых цепях. — Занятно. А ведь эта штука работала даже в храмах. — Она щелкает ногтем по замершему сердцу. — Надеюсь, ты его не сломал, иначе Третий принц будет в ярости. Он потратил много лет на его создание. Выставляю клинок, пытаясь придумать план действий. В прошлый раз счет был не очень-то в мою пользу. Мне нужна кромешная тьма, чтобы был хотя бы шанс. Бросаю взгляд на потолок. Почему чертовы светильники не погасли от моего импульса? Разбить? Их слишком много, сделать это одновременно не получится. — Кто ты такая? — Спрашиваю я, чтобы выиграть время. — Твоя любовница, полагаю? — Не играй со мной. — Странно слышать такое от тебя, я ведь чувствую в тебе азарт. Ты тоже отмечен Самаилом. Может, всё-таки сыграем? — У меня еще с прошлого раза шея не зажила. — Ворчу я и осторожно сканирую её тело. Она смеется. — Не надо было бить девушку! — Девушку ли? — Хах, а ты забавный. Разве сам не убедился? На её одежде ни грамма металла, единственное, на что я могу повлиять — это сам амулет. Она это чувствует. Миг и золотая клетка уже летит в ближайшую стену, снятая с шеи со сверхчеловеческой скоростью. Я жду звонкого удара, но… Попав на половине пути в тень, амулет исчезает, словно его и не было. — Извини, игрушкой не поделюсь. — Мягко произносит она, решив, что я хочу её украсть. Каждый судит по себе… Минус предмет, что мог дать мне преимущество. Незаметно оглядываюсь, пытаясь найти еще хоть что-то. — А давай сыграем. — Решаюсь я. — В правду. Что ты такое? — Сложный вопрос. Когда-то я жила в Академии. Дар теней весьма редок, а их методы по его… изучению мне пришлись не по душе. Нашла способ скрыться, сбежала в Теократию. Долгая история. — И теперь работаешь на Третьего Принца. — Утвердительно произношу я. Она морщится. — Я не работаю на Третьего Принца… мы сотрудничаем, поскольку наши интересы схожи. Пока схожи. Теперь мой вопрос, кто ты такой? В первый раз, когда мы встречались — ты был одержим. Я чувствую от тебя запах бездны, но это и близко не одержимость. — Человек. — Мои губы сами дают ответ, прежде чем я успел задуматься над вопросом. Я закрываю себе рот, чтобы сдержать слова и тут чувствую, как начинают убывать силы. Кто-то был недоволен, что я нарушаю условия игры. Ловушка? — Из не отсюда. — Спешно выпаливаю я и чувствую, что этого мало. Черт. С трудом беру под контроль язык, лучше рассказывать о другом. — Я победил демона, но заплатил за эту свою цену. Сейчас у нас есть пара общих интересов. — Каких? — Спрашивает она, но я чувствую, что не обязан отвечать точно. — Месть. — Заканчиваю ответ я и чуть опускаю разом потяжелевший меч. Силы возвращаются, но медленно. — Быстро осваиваешься. Еще раунд? — НЕТ! — Ха. Как хочешь. Поговорим как люди. — Она поворачивается и взмахом руки указывает на панель управления. — Ну так что, тебе нужен портал или как? — Пешком пройдусь. — Не смеши меня, это твой единственный шанс покинуть Содружество. — Покинуть его прямо в лапы к Третьему Принцу? — Брось, он хотел бы оставить тебя здесь, а вот я предпочла бы иной исход. Вспомни, раз за разом я давала тебе выход, но ты его игнорировал. Это твоя последняя попытка. Ты ведь не думаешь, что я тут просто мимо проходила? Сигнал тревоги всё еще не достиг Академии лишь благодаря мне. Разве этого недостаточно для помощи? Портал направлен в Королевство, как и обещала. Не веришь — спроси. И я отвечу честно, но задам еще один вопрос. — Для начала ответь, всё ли в порядке с моими людьми? — Корабль уплыл с первыми лучами рассвета. — Она пожимает плечами и кровожадно улыбается. — Ты остался один. — Хорошо, еще раунд. Почему ты хочешь мне помочь? Около минуты она молчит, после чего медленно произносит. — Наши пути с Третьим Принцем скоро могут разойтись. Шанс этого довольно велик. Ты — подстраховка на этот случай. Я не верю, что ты избавишься от него ради меня, но ты наверняка будешь путаться у него под ногами, упрощая мне жизнь. — Куда именно направлен портал? — Это уже второй вопрос, Рэндал. Но я отвечу — в одну из моих личных точек выхода в Гоблинском лесу. Она безопасна. Теперь моя очередь… Она мерит меня взглядом и отворачивается, чтобы продолжить регулировать портал. — У меня пока нет важных вопросов. Такой должок лучше оставить на важный случай, а не для мелочных интересов. — Разве ты не проигрываешь, если не задаешь мне вопросы? — Я пытаюсь нащупать правила игры. — Мы не договаривались, что вопросы должны быть заданы вовремя. Считай, что у нас ничья, но помни, что ты проиграешь, если ответишь неправду, когда придет время. И я не советую тебе проигрывать… Готово. Гул портала окончательно стабилизируется. Девушка открывает дверцу под панелью и вытаскивает длиннополый плащ. — Надевай, эту униформу используют посланники Содружества, когда работают в Королевстве. Эта одежда отлично скрывает личность, а ведь нам не нужны лишние вопросы, когда ты появишься на площади среди белого дня? Она протягивает плащ мне. После некоторого сомнения — принимаю. — Это не значит, что мы не враги. — Напоминаю я. — Пфф. — Фыркает девушка. — Хочешь отомстить за принца? Поверь, лично мне было всё равно, убивать или нет. Это просто работа, все претензии к заказчику. К тому же, какое тебе дело до представителя золотой молодежи, что думал лишь о развлечениях? Он не соответствовал своим регалиям. Это все знали. — Зато он был не самым плохим человеком. — Но и не самым хорошим, верно? Я чуть морщусь. Пусть я и вынужден признать правоту… но в мире, где мудак на мудаке сидит — быть не полным мудаком уже достижение. — Хотя, знаешь. Один вопрос я всё же задам, чтобы быть в тебе уверенной. Почему ты не на стороне третьего принца? Вы кажитесь мне весьма похожими. Даже слишком похожими. Чувствую давление, но слабое. Ведь ответов слишком много для такого вопроса. Можно было удариться в идеологию или раскрыть его козни против меня, но я выбрал другой ответ. — Быть на стороне человека, что заказал собственного брата? Третий ненадежен, если он легко переступает через семью, через соратника он переступит еще легче. Я бы не советовал иметь с ним дело. — Оу. Агитируете меня, виконт? — Смеется она. — Разумеется. В моих интересах лишать его соратнико… — Нет. Стоп. Не рассказывай об этом. Лучше уточни, это единственная причина не переходить на его сторону? — Конечно же — нет, я мог бы рассказывать о них весь день. Но у нас нет на это времени. — Расскажи. — Требует она, но я лишь улыбаюсь. Сила её вопроса была исчерпана. — В следующий раз сыграем в другую игру. — Вздыхает она. — А теперь, надевай плащ. Надо проверить, не сломал ли ты его случайно. Напяливаю его прямо поверх окровавленного и рваного камзола. Руку-то мне маги залечили, но вот на одежду расщедриваться не захотели. Плотный капюшон обхватывает голову, но ничего необычного не происходит. — Бездна. Так и знала, что ты его сломал. Новый искать нет времени, просто постарайся прятать лицо, чтобы никто не увидел, что его не скрывает магия. И молчи, ведь голос также не искажается. Выход там. Идем. Девушка исчезает в тени, словно её и не было. Крайне ненадежный… временный союзник, но мне ли воротить нос, после настоящего демона? — Там есть охрана? — Спрашиваю я у пустоты, и пустота отвечает. — Уже нет. Поспеши, иначе есть риск, что они поймут, что что-то не так. И спрячь меч. Маги не любят железки. Без труда прячу его под плащ и иду к выходу. Переступая через трупы. Скопированная девушка не была единственным погибшим, чем дальше я продвигался через коридоры — тем больше встречал тел. Почти все были убиты со спины, одним ударом. Поэтому, когда мне встречается человек с перерезанным горлом, я замедляю шаг. Оглядываюсь. В этом месте коридор разветвлялся, тень падала не позади тела, а спереди. Оттуда же, откуда был нанесен удар. С подозрением смотрю на собственного теневого спутника. Может ли он также меня предать? Черт. Ненавижу убийц. Тем более тех, у кого настолько стремные способности. Короткий подъем по лестнице — и в лицо дует раскаленный на солнце воздух. Улица. Совершенно неприметная дверь из дома рядом с площадью. Даже не скажешь, что под ним — целая сеть катакомб. Уважаемо. Натянул капюшон поглубже и склонив голову, я быстрым шагом побрел в сторону светящегося портала, вокруг которого стелился фиолетовый дым. К моему удивлению, никто меня не остановил. Даже не окрикнул. Вспышка! Я делаю шаг в портал и вываливаюсь из него кубарем. Темно. Небо застлано облаками. По капюшону хлещет дождь. Он идет сплошной пеленой, застилая обзор. Не знаю, куда именно я прибыл, но совсем далеко от солнечного Содружества. ******** Лил дождь. Он всегда лил перед очередной атакой. На третьей попытке атаковать, шаман заметил, что чем сильнее дождь, тем меньше в них летит пуль. Заметил это даже не своим разумом, а животной хитростью, коей славились гоблины. Теперь каждый раз он усердно камлал, пытаясь вызвать ливень посильнее. Его заунывный вой разносился по лагерю, вместе с криками принесённых в жертву гоблинов и дождь усиливался. Окопы уже давно затопило, превратив их в настоящие рвы, из-за бесконечно хлещущих дождей порох отсыревал даже в помещениях, а уж за их пределами… Но они приспособились. Везде, где только можно — висели навесы. В центре деревни даже сейчас продолжалась стройка. Готовили места для всё новых раненных. Разбирали старые дома для топлива. Они продолжали держаться, но чертов шаман… Признаться в первый раз дождь застал Курта врасплох. В тот день всё держалось на волоске, и порой он не мог отделаться от мыслей — мог ли он поступить иначе. Они готовились к обороне. Курт знал, что гоблины нападут днем, и предупредил бойцов быть начеку. Но к этому они не были готовы. Ясное небо мгновенно скрылось за грозовыми тучами, и с небес обрушился поток воды. Разом. Без подготовки. До конца непонятно, чего хотел добиться шаман. Может пытался создать туман, чтобы дать гоблинам подкрасться к их позициям, может хотел попробовать сжечь врага молниями… Но вышло у него куда лучше, чем он мог бы надеяться. Большинство ружей вышло из строя. Ливень оказался столь силен, что порой смывал порох с пороховых полок. Лишь немногие солдаты сумели сориентироваться и прикрыть кремниевые замки от воды, а гоблины уже приближались… Даже в дождь их примитивные луки продолжали стрелять, хотя любой нормальный лучник поберёг бы тетиву. Но им было плевать. Сквозь потоки воды летели стрелы, криво, косо, но опасно. Им в ответ грохнуло несколько залпов, но большинство ружей бессильно скрежетало мокрыми кремнями. Зеленая волна нахлынула. Коротышки обступали людей, тыкали во все места примитивными копьями, и сами нанизывались на штыки. Но увы, низкий рост и короткие руки, позволяли их сокращать дистанцию. Кто-то из солдат перехватывал мушкет и бил прикладом, разбивая длинные носы, солдаты посмекалистей, спешно отцепляли штык и орудовали им, как стилетом. Но один за другим падали под слоем мерзко визжащих и скользких от воды, коротышек. — Отходим! — Кричит Курт Первые линии были брошены. Окопы стремительно наполнялись водой. Несколько залпов из домов дали необходимое время для перестроения. Штыки примкнуты и выставлены стеной. Неплохое построение против конницы, но вот против низкорослых гоблинов… Зеленомордые тоже занимаются подобием построения. Вернее, просто сбиваются в кучу, выталкивая вперед неудачников с плетеными щитами. Они мнутся. Никто не хочет бросаться на ощетинившийся острием строй. Это дает стрелкам в домах время на перезарядку мушкетов. Несколько гоблинов-лучников начинают жиденький обстрел, но тетива лопается и выбивает неудачливому стрелку глаз. Поступает сигнал, с тыла прислужники шамана тащат высушенные тыквы, с омерзительным, бурлящим отваром. По воздуху разносится запах прелых грибов. Настой дымит, парит, смешивается с льющейся с небес дождевой водой. Прислужники насильно вливают горячий настой в тех, кому не повезло оказаться рядом. От пойла их зеленые морды коричнивеют, а глаза краснеют. С вытаращенными зыркалами, коричневые гоблины несутся к строю и кидаются на него, просто повисая на штыках. Следом за ними бежит основная толпа, выставив перед собой оружие, щиты и порой даже, более слабых товарищей. Стычка! Длинные, гранёные штыки легко протыкают плетёные щиты насквозь и даже гоблинов, что их держут. Костяные и каменные наконечники копий лязгают по кирасам, но куда чаще впиваются в ноги. Строй шатается, словно валун, упавший в реку. Того и гляди, волна понесет его дальше. Один за другим солдаты падают на колени из-за многочисленных ран. Выстрел! Из окон домов поднимаются клубы дыма. Дробь сечет по флангам, но даже она вязнет в массе тел. Часть гоблинов уже не смущаясь, обегают строй, чтобы зайти с тыла. Деревенская грунтовка превращается в сплошную грязь, что также играет на руку гоблинам, куда более приспособленным к грязи. По иронии судьбы их спас шаман, что переусердствовал с заклинанием. Оглушительный грохот бьет по ушам, словно залп из пушки, а яркая молния выжигает рисунок на сетчатке. Гоблины, что нанюхались грибов сильнее всего — катаются в грязи, зажимая руками длинные уши. Остальные просто разбегаются, противно вереща. Им вслед раздаются одиночные выстрелы. Курт вытаскивает с поясной сумки белесый жгут и перетягивает рану. В тот раз гоблины ушли, хотя ближе всего были к победе. С тех пор дождь почти не прекращался, словно проклятый шаман твердо решил их утопить. От постоянной сырости страдал не только порох, даже припасы в виде сухарей плесневели и портились. Раны не хотели заживать, они загнивали. Люди страдали от лихорадки и простуд. Боеспособных солдат оставалось всё меньше. Гоблины отказались от массивного штурма, но продолжали совершать вылазки, то внезапно обстреливая дозорный пункт, то наваливаясь малой группой в пару десятков рыл на один отряд. Потери росли. На походной кузне, предназначенной для полевого ремонта кирас, ковали грубые тесаки. Порой даже из кирас павших. Практика быстро показала, как бы ни были хороши штыки, подобравшегося близко гоблина бить коротким оружием было куда удобнее. Но это был лишь один из немногих положительный момент. В остальном Курт мог лишь молиться, чтобы пришло подкрепление. Молиться, либо же попробовать совершить вылазку, чтобы убить шамана. Одаренный ублюдок понимал свою ценность и прекрасно осозновал опасность ружей. Они никогда не приближался к передовой, отсиживаясь глубоко в тылу. Чтобы пробраться к нему — придетс пробиться через всю армию, но иного выхода нет. Судя по всему, помощи ждать не от куда, а если тянуть и дальше — у них не останется ни шанса на успех. Их попросту перебьют одного за другим. Медленно и неизбежно.

Глава 26

Приближение копья я почувствовал скорее своим боком, чем даром. Неудивительно, ведь зеленые коротышки часто использовали кости в качестве наконечников. Не от хорошей жизни, разумеется. Уверен, будь у них возможность — они бы с радостью увещались железом. Однако, кости — это бесплатно. Доступно. И не отводится магией стали в качестве бонуса. Отрубаю зеленую руку вместе с кривой палкой прежде, чем успеваю что-либо понять. Гоблин отшатывается с визгом, дав мне пару мгновений, чтобы оглядеться. Отмечаю, портал уже потух, похоже мой союзник выключил его сразу же, как я вошел. Фиолетовая дымка еще стелится по земле, несмотря на проливной дождь… А под ней что-то шевелится. Зеленая голова выныривает из фиолетового тумана и ошарашенно оглядывается. И еще одна… Гоблины устроили стоянку прямо у портала! Одним выпадом добиваю дозорного и расщепляю клинок на десятки острых лезвий. Импульс! Ощущения чужеродны, но куски металла летят словно родные. Они прибивают к земле тех, кто не успел подняться, пронзают насквозь тех, кто потянулся за оружием, рассекают бегущих. Несколько минут стального шторма и всё было кончено. Фиолетовая дымка рассеивается, а кровь быстро смешивается с грязью. Призываю обратно все куски металла и брезгливо отмываю под дождем, прежде чем вновь собрать в меч. — Поразительно эффективно, не правда ли? — Шепчет на ухо Астарот. Я морщусь. Лучше бы он не напоминал мне о том, что у меня украл. Хотя, как ни крути, такой прием эффективен лишь против незащищенных гоблинов. Чтобы запустить металл хотя бы с силой арбалетного болта, требуется быть не самым слабым адептом. Чтобы приблизиться по силе к выстрелу из пистолета — магом. Что уж говорить о пушке? Но всё равно, лучше иметь возможность и не пользоваться, чем не иметь, верно? С такими мыслями и принялся осматривать место прибытия и самое главное — портал, что перенес меня сюда. По правде сказать, он походил на груду камней. Вместо ровного свода — нагромождение торчащих булыжников, кое-как собранных в подобие арки. Грубые знаки на них — казались обычными трещинами. Весьма неряшливо, однако, встреть я такую конструкцию в лесу — принял бы за творчество гоблинов. Тем более что гоблины активно… облагородили часть портала, как они умеют. Впрочем, уже неважно. Выбрав место почище, я втыкаю меч между валунами. Немного усилий и камни начинают шататься. — Зачем ты это делаешь, смертный? — Голос демона отвлек меня от процесса разрушения портала. — Заткнись, ясно? И вообще, пореже подавай голос. Иначе поданные решат, что их владыка свихнулся, а я не хочу прослыть правителем с голосами в голове. — Как будет угодно, господину. — Насмешливо прорычал он. Но заткнулся. Каменная арка тем временем шатается всё сильнее и наконец, баланс был утерян. Бах! Первый камень летит вниз, а за ним — все остальные. Грохот сменяется, чавканье. Камни плюхаются в лужи, обдавая всё вокруг потоками воды и грязи. Всё. Портал превратился в руины, теперь никто через него никто не пройдет. Надо будет обязательно прочесать все свои земли на предмет подобных штук в укромных местах. Ладно, просто шпион пролезет, на то он и шпион, чтобы везде пролезать, профессия у него такая… но при желании ведь можно и целую армию через портал провести! Первостепенное дело сделано, теперь надо бы понять, куда идти. Ливень при этом не прекращался. Кругом — мокрые деревья, а солнце было столь затянуто тучами, что невозможно было понять, в какой оно стороне! Раздался гром. И еще один… стоп. Почему нет ни единой вспышки молнии? Натянув поплотнее капюшон на голову, отправляюсь сквозь лес в сторону грохота выстрелов. ******* Лес кончился, сменился пнями и одинокими кустами. Трава на опушке была полностью затоптана, а черные пропалины в ней указывали на кострища, которые гоблины разводили прямо посреди зарослей, наплевав на пожарную безопасность. Впрочем, странно было ожидать от них чего-то иного. Под ногами хрустели обгоревшие кости, а впереди виднелось поселение. За дни осады гоблины вытоптали всю траву в окрестности и с опушки были видны как на ладони, несмотря на дождь. Почему-то они не спешили навалиться всей толпой, напротив. В рядах гоблинов шли отчаянные споры, после которых одиночный неудачник получал пинок под зад и отправлялся в деревню, перехватив заостренный дрын. За домами не было видно, что происходило внутри, но отлично было видно, как со всех сторон в деревню проникали одиночные гоблины. Наиболее крупная толпа гоблинов выжидала в тылу, совершенно не участвуя в попытках истощить врага. Резервы? Или охрана? Я отчетливо чувствовал, что из этого места в небо поднимались потоки магии. А это значит — что мне туда. Не скрываясь, я спускаюсь с опушки. Гоблины не заметили моего продвижения. Вероятно, дождь отбил им нюх… А может, они просто слишком увлеклись своими делами. Шаман помешивал варево в котле, где плавали мухоморы, и поглядывал на небо — не пора ли добавить еще одно тело к жертвеннику, возле которого уже лежала небольшая куча гоблинов. Его охрана, из рослых по меркам коротышек, хобгоблинов, жадно поглядывала на тела сородичей и пускала слюни. К моему удивлению, вся она была закована в железо. А я даже остановился на пару секунд, чтобы рассмотреть их, пока не убил. Надо же — гоблины в настоящих доспехах! Где они их взяли? Хобгоблины были натурально вооружены до зубов. В руках они держали даже не копья, а трезубцы, кустарно сделанные из обычных людских копий. За спинами — мечи, булавы, топоры, на поясах — кинжалы в таком количестве, что хватило бы на целый отряд. Каждый тащил по несколько щитов, порой на обоих руках. И не плетенное из лозы типичное гоблинское говно, а настоящие, людской работы! Я осматривал охрану шамана и скептически хмыкал. На отряде из нескольких десятков гоблинов оружия было столько, что хватило бы на небольшую армию! Особо рослый хобгоблин даже обвешался шлемами, словно гирляндой на елке и при каждом движении они гремели, как консервные банки, привязанные к кошачьему хвосту! Это было чудовищно расточительно. Я же видел, что они навьючили на себя столько, что с трудом передвигались, зато в атаку на поселение шли голозадые оборванцы с дрекольем на перевес! Мой громкий смех заставляет их, наконец, обратить на меня внимание. Шаман роняет черпак в котел и ругается на своем наречье. Хобгоблины взвизгнув, несутся ко мне, но одного импульса хватает, чтобы повалить эту потешную груду на землю. — Итак. Откуда же вы взяли столько оружия? Если скажете, то я убью вас быстро. Ответом мне было невразумительное рычание. Ну что ж, как хотите. Первым делом блокирую все попытки шамана меня проклясть. Вторым — простираю руку к ближайшему несущемуся ко мне хобгоблину. Да, пусть их броня была нелепой, но пробить их насквозь так же легко, как предыдущих у меня бы не получилось. Но и незачем, ведь они сами навесили на себя свою смерть. Сжимаю кулак и хобгоблин падает, зажатый своими же доспехами. Я иду к нему навстречу, продолжая сжимать и с каждым шагом воздействие всё сильнее. Трещат кости, из всех щелей хлещет кровь, а хобгоблин заметно уменьшается в размерах. Теперь следующий. … К чести хобгоблинов, они побежали лишь когда пятый их товарищ стал консервой. Но это им не помогло, легко сшибаю их с ног и добиваю расползающихся во все стороны хобгоблинов, оставив остроухого шамана напоследок. Он перехватив черпак, настороженно смотрит на меня. Не пытается сбежать. Гоблин стар, но это неудивительно, ведь только шаманы в обществе гоблинов и могут дожить до старости. Все остальные будут съедены сразу, как ослабеют. — Высокий человэк дал ево нам. — Довольно чисто произносит он. — Хм, а ты умеешь говорить, оказывается. Как он выглядел? — Для нас фсе людищки на один лицо. — Постарайся, если не хочешь быть сожранным. — Душу, дай мне его душу! — По ушам бьет рык Астарота. — Я вроде говорил тебе заткнуться? — Шепотом напоминаю я. — Он летал на крылатой твари. Много тварей с ним. Оружие сыпалось с неба. Многа. Он кричал — «взять большая черная скала». Вождь счел это знаком. — У него был герб? Флаг? Геральдические цвета? Гоблин хмурится. Не понимает, о чем я. — Он был высок… — Насколько высок? Выше или ниже, чем я? — Допытываюсь я. — Не как вы. Он был человэк. — Чуть дрожа, отвечает шаман. Ах ты, мелочь остроухая! Вот и поговорили. Высокий человек, значит… Учитывая, что для гоблинов любой человек был высоким — это не о чем не говорило. Впрочем, подозреваемых не так много. Кто еще, помимо Маркиза Ласло, догадался бы вооружить гоблинов? И это просто отвратительно. Мир — грязное место. В войнах всегда гибнут невиновные. Я мог даже понять, но не простить выжженную землю, что он устроил. Это было жестоко, но рационально. Большинство аристократов даже бы не поняли моих претензий. Но есть то, что понимают все, даже они. Есть черта, которую нельзя пересекать. Вооружать гоблинов — как раз эта черта. Это не просто «вооружил бандитов или бунтовщиков, чтобы те мешали в тылу». Это прямая помощь врагам всего человеческого. Вывести гоблинов чрезвычайно сложно, достаточно парочки, что спряталась в лесу, чтобы поблизости от деревни выросло логово. Гоблины начнут похищать людей и постепенно размножаться, пока их численность не вырастет настолько, чтобы начать полноценный набег. Ты будто разводишь чумных крыс, чтобы подкинуть их соседу. Будто раскидываешь по земле радиоактивные отходы, не понимая, чем это аукнется для тебя самого. Для страны. Для мира. Что дальше? Откармливать диких монстров? Разносить чуму? Глубина морального падения Первого Маркиза была колоссальной. Уверен, сейчас он смеется и гордится тем, как хорошо придумал, не только натравил на нас орду гоблинов, так еще и вооружил, чтобы сложнее было с ними справиться. Слава богу, чертовы гоблины не знают слова «рациональность» и самые сильные нахапали оружия больше, чем могли бы использовать, но… Обещаю, что он об этом сильно пожалеет. Очень сильно. Шаман, заметив, как скривилось моё лицо, поднимает черпак и смотрит мне за спину. — Не ешь. Обещал. Взмах меча укорачивает его на голову. Чувствую, как еще не упавшему телу через меня тянется Астарот. Даю ему по ментальным лапам. — Это нерационально, смертный. Мне нужна энергия, чтобы исполнять наш договор. — Жалуется он. — Здесь я решаю, что рационально, а что нет. Демон ворчит. Пускай. Перекармливать я его не собирался. Подхватываю голову шамана и направляюсь в деревню, которую продолжали штурмовать гоблины. Они даже не поняли, что лишились командования, однако видя голову — тут же разбегались. Сперва я пытался их убить, но потом плюнул. Слишком уж много их было. Чуть не упав в наполненный водой ров, поскальзываясь на чавкающей глине, я иду в центр деревни. Из заколоченных домов выглядывают глаза жителей, чем дальше я иду — тем чаще встречаются солдаты. Они расступаются и провожают мою фигуру взглядом, сжимая в руках мушкеты. Навстречу ко мне идет отряд, помимо штатных мушкетов у каждого на поясе грубый тесак. Командир отряда скашивает взгляд на отрезанную голову. Бросаю её в поближе, чтобы рассмотрел получше. — Похоже, мы все вас должны благодарить, мистер. — Он говорит доброжелательно, но не теряет бдительность. Ведь если кто-то убил гоблина, это еще не значит, что перед тобой друг. — Не стоит. — Ухмыляюсь я и откидываю капюшон. Занятно, на голову не падает ни капли. Смерть шамана заставляет тучи рассеиваться, по грязевым лужам ослепительно играют лучи солнца. Курт прикрывает глаза от отраженного солнца и вглядывается. — Мой… лорд? Вы вернулись? — Я вернулся. ********* Возвращение мертвых к живым — сложный, тонкий… Можно даже сказать — филигранный процесс. И толпа мешающихся под руками бледнокожих ему никак не способствовала. Некромант поправил вспотевшую вуаль на своем черном лице и попросил слугу передать просьбу покинуть помещение всем лишним людям. Северяне подняли закономерный шум, многие хотели посмотреть, как тело поднимется из усыпальницы. Напрасно, он мог бы управлять телом, как марионеткой — но это фокусы для глупцов. Сейчас ставки куда выше, а задача — невообразимо сложнее. Северянин с короной гаркнул и внутри остались лишь семеро. Хорошее число, угодное древним. Мастер смерти со своим слугой и пять аристократов, один из которых — мертвец. Ни одной женщины, что хорошо. Энергия жизни не должна соприкасаться с энергией смерти. Некромант выдохнул ледяной пар, в усыпальнице стоял мороз, пагубный для жителя песков. Но он уже привык, холод — это неотъемлемая часть жизни мастеров смерти, как бы забавно это ни звучало. Руками, облаченными в перчатки, он начал выводить кабалистические символы на мертвом теле, окуная кисточку в алхимический отвар. С трупом повезло, он был достаточно увесист, чтобы без труда вместить их все. Один из присутствующих аристократов, с импозантной бородкой, внимательно следил за его действиями. В его глазах порой вспыхивало понимание. Некромант не подал виду, что понял это. Может, кто-то бы подумал, что этот человек как-то связан с благородным искусством смерти… но нет. Житель песков иногда встречал таких «знающих». Без всяких сомнений, этот человек просто обладал поверхностными знаниями в големостроении. О да, на заре становления науки о големах, это была обычная адаптация знаний некромантов. Ведь для большинства, и големостроение, и некромантия — это наука заставить мертвое двигаться. Большинства тех, кто боится замарать руки в реальной некромантии. Основной контур завершен, теперь предстоит настоящая работа. Та, к которой брезгливые недонекроманты не приблизятся никогда. Работа с душой. Слуга протягивает иглы и манопроводящие чернила. Настало время самых тонких и сложных переплетений. Рука металась со скоростью атакующей змеи, безошибочно создавая якорь. Чем дольше некромант работал, тем больше понимал — это задача на пределе его сил. Слишком долго пролежало тело. Будь это свежий мертвец, он мог бы сделать так, чтобы никто даже не понял, что он мертв. Он мог бы даже убедить труп, что тот жив. Но каждый час затрудняет ритуал. Ограничивает возможности. Еще неделя и даже магистр некромантии не смог бы сделать с телом большее, чем обратить в тупую, жаждущую свежего мяса, тварь. Это, в целом, было несложно. В отличие от того, что пытался сделать он. Некромант повернулся и жестом подозвал слугу к себе. — Скажи этим белокожим, что у них будет лишь один вопрос. И он должен быть задан так, чтобы ответ был — да или нет. — Произнес Мастер смерти на своем родном наречье, языке джинов. Слуга поклонился и перевел. Для него это не составила труда, ведь слуга некроманта тоже принадлежал к народу песков. — И за это мы платим? Душа этого прохвоста столь же черная, как кожа! — Нахмурился медведеподобный аристократ и повернулся к королю. — Дорн, ты обещал, что мы вызнаем все о смерти моего племянника, лишь поэтому я согласился! — Да, мне тоже хотелось бы большего, но один вопрос — это уже что-то. Мы безусловно снизим его награду. — Возразил Король. — Ты беспокоишься о казне больше, чем об убийстве одного из нас! Вопрос задам я и спрошу, кто убил его. — Рявкнул «медведь». — Разве ты плохо слушал? Ответ должен быть да или нет. — Усмехнулся аристократ с бородкой. — Тогда я спрошу, убил ли его Кондор. Все довольны? — Успокойся, шурин. Именно это я и собирался спросить. — Фыркнул Король. Слуга стоял, не пытаясь перевести их речь, а некромант спокойно работал, делая вид, что не слышит. Хотя он прекрасно понимал имперский, однако порой люди делают глупые ошибки, думая, что никто не знает их языка. Мысли о том, что награду уменьшат, заставили некроманта тихо кипеть от злости, как будто это он виноват, что его доставили к телу спустя столько времени! Но он смирился. Ради своего народа. Контр замкнут. Некромант простер руки и принялся напитывать тело силой смерти, чтобы на время заставить душу вернуться. На небольшой миг, ведь она ушла слишком далеко. Душа, что уже не принадлежала этому миру, игнорировала почти всю магию и долго он не сможет её удержать. Тело Маркиза Шорта начинает дергаться. — Пусть задают вопрос. — Приказывает мастер смерти, когда всё было готово. Король выходит и медленно произносит. — Тебя. Убил. Рэндал. Кондор? Мертвец вслушивается в вопрос, белесые глаза открываются и задумчиво глядят в потолок. Он вспоминает. Губы шевелятся, мертвые, холодные легкие выплевывают ответ. — Нет… — Кто тебя убил? Отвечай! — Рявкает Первый Герцог, вклиниваясь в разговор. Труп замирает. Подобие жизни вытекает из его тело, как из пробитого бурдюка. — Бездна! А ну верни его снова, я с ним не закончил! Некромант хмурится. Он терпеть не мог таких клиентов, но увы, мертвецы не всегда говорят то, что нравится другим. — Успокойся. Мы узнали достаточно. — Отрезает Король. — Достаточно? — Вынужден согласиться с ним. — Кивает Второй. — Роберт, признай, твое… решение мало чем нам помогло, мы все еще не знаем, кто убил Маркиза. То, что ты вывел из-под удара своего любимца…- — Он не вывел, Штейгер! — Рычит Первый. — Мы лишь узнали, что он не убил его лично, быть может, он убил его чужими руками? Дери меня демон, если я поверю, что в убийстве виноват не этот вшивый гаденыш! Синее сияние от короны на секунду ослепляет всех присутствующих. Некромант закрывает глаза, его дар чует кое-что… сотни, тысячи голосов. Миг и они пропадают. — Запомните все здесь присутствующие. Был задан четкий вопрос, был дан четкий ответ. Точка. Мы продолжим расследование, однако я не хочу больше слышать ни слова о том, что Кондоры как-то в этом замешаны. Ясно? Ни от тебя, не от тебя и тем более, не от тебя! — Король ткнул рукой в улыбчивого лысого мужичка, что не проронил ни одного слова. — А я что, мой король? Я ничего. Молчу. — И молчи. Я знаю, где создается большинство слухов, что курсируют потом по дворцу. Итак, всем ясно? — Времена, когда ты мог приказывать — прошли, Роберт. — Фыркнул Первый. — Я прощу это, но если ты посмеешь повторить это на публике, уж поверь… — Фр. Ладно, в таком случае мы должны сжечь некроманта. Он не выполнил свою работу и заслуживает кары. Быть может, так мы очистим свои души перед Единым. Эх, зря я вас послушал, не стоило поддаваться на уговоры и пятнать себя связью с этим темным существом! — Всё будет так, как мы обговорили. «Некромант» будет сожжен. — Хмурится Король. — Хэ… Твоя слабость… Раз это всё — я ухожу. — Первый оборачивается и уходит. Его тяжелая походка сквозит презрением. Король поворачивается к слуге. — Передай ему, что я расстроен результатом, но сделка всё равно будет выполнена. Зерно и вода отправятся в пустыню сегодня же. А теперь — тебе пора. Слуга кивает и снимает свои одежды. Некромант раздевается тоже. Несколько минут — и никто их не отличит, ведь оба черны, как ночь. Слуга отправится на костер вместо господина, а он… Он проследит, чтобы сделка была исполнена, чтобы вода и еда достигли пустыни, как и было обещано. Забавно, прошли времена, когда некроманты работали за злато, теперь они вынуждены работать за еду. Тело Маркиза вновь закрыли в каменном саркофаге. Слугу в обличии некроманта, приняли под руки инквизиторы. В целом, король скорее было доволен сделкой, чем нет. Его план сработал не так хорошо, но достаточно для того, чтобы пресечь ненужные сомнения в рядах знати. Теперь главной проблемой остается глупый конфликт между Кондорами и Герцогством, знамя которого подхватил Маркиз Ласло. Хочет Первый или нет — но они должны примириться. Но сделать это нужно так, чтобы Герцогство не потеряло лицо, а значит придется надавить на Кондоров, для первого шага… Даже если им придется склониться, они не должны быть в обиде, зная, какую роль он для них готовит. Пребывая в раздумьях, Король вздрагивает, когда перед ним неожиданно возник сам старший Кондор. Словно услышал мысли. Впрочем, старик вряд ли заартачится, он всегда ставил благо Королевства выше блага своего конкретного рода. — Что такое, Карл? — Натянуто улыбнувшись, спрашивает Роберт. Но в ответ слышит предельно официальное: — Ваше Величество! Наша делегация… Сердце Короля сжимается в тревоге, холодное предчувствие окатывает его хребет прежде, чем Граф успевает закончить доклад. Послы вернулись раньше времени. Но ни Кондора, ни Второго Принца среди них не было.