Так как временные борозды на этих ломаных винилах идут параллельно друг к другу, то мы никогда не сможем увидеться друг с другом, если будем двигаться в таком, заданном заранее направлении. На балконе, под призрачным лунным светом я внезапно осознал, что надо делать. Ведь еще в прошлом мире мне стало понятно, что Вселенной Тьмы и её созданиям возможно сопротивляться. Мы, люди обладаем свободой воли, можем использовать её собственных целях! Проламывая проходы в чужие слои, искажая Бэкап, соединяя запараллелельные влиянием Тьмы борозды. Надо только активно вмешиваться в эти миры, в их жизнь, а не плыть спокойно по течению. В конце этой проклятой реки искаженного Пространства-Времени нас ждет только забвение, вечное забвение и вечная смерть. Как вам такая перспектива? Вы разве не захотите изменить собственную участь и подергать лапками?

Вот поэтому я здесь, использую свой проклятый дар. Только в настоящем мире ощущаю не порождения Тьмы, а близость чужой смерти. Эта старая карга всегда находится подле солдата, она дышит ему в затылок, временами кладет свою когтистую лапу на левое плечо, заглядывает прямо в его душу. Это и есть Тьма, её флуктуации в нашей Вселенной. Если в неразбитом, нормальном слое у этой субстанции не существует никаких следов, Тьма не может в них вот так запросто вломиться, то в крякнутом Бэкапе структура старого мира постоянно наполняется ей темными струйками, которые понемногу просачиваются сюда. Некоторые из людей это инстинктивно чувствуют.

Вот, например, никто из моих сослуживцев так и не понял – зачем эта война, вообще, нужна, отчего она началась? Официальные источники уж больно сумбурно все трактуют. Наверное, от того что у них самих нет четкого понимания произошедшего. Отлично смазанная армейская машина просто делает свое дело, походя перемалывая судьбы миллионов и отбрасывая этот слой в Мир Тьмы. Каждый убитый человек истончает стену между нашими Вселенными. Я точно не знаю, почему и как это происходит. Что представляет собой людская кровь на весах Мироздания, насколько важны для обеих Вселенных наши души.

Но я точно уверен, что только уменьшая мировое зло, спасая людей, их бессмертные души, смогу найти Машу и выход отсюда. Этот мир обречен, к сожалению, и не в моих силах этому помешать. Я смогу только немного отодвинуть сроки его падения в ад и дать хоть кому-то шанс выжить. А это для одного человека уже недурно. Проще быть плохим и злым, тебя просто боятся и тебе тупо повинуются. Правда, на примере Чалдона доказано, что этого мало. Творя зло другому, будь готов сам попасть в сети чужого зла. Закон Жизни!

Внезапно наш бронетранспортер, сильно смахивающий видом на БТР 152 из моего мира, остановился. Раздалась команда – «К машине», я её продублировал. Распахнулись задние двери, и мы дружно высыпали наружу, разминая затекшие за поездку ноги. Бывало и хуже, сейчас хотя бы в трех бронированных машинах идем, еще вездеход-скаут и два старшинских грузовика, достаточно свободного места. Наш взвод особенный, в нем народу меньше, чем в обычном стрелковом. Но и задачи нарезаны такие – Пойди туда, незнамо куда, найди то, незнамо что. Утрирую, конечно, но как-то так примерно наша работа и выглядит. Находить разбитую американскую технику, лучше самую современную, хотя другой амеры сейчас сюда и не посылают. Не было в этом слое корейской войны, спесь с них сбили уже в эту – Третью Мировую.

– Отделенные ко мне! – раздалось откуда-то спереди. Потапов едет в первом БТР колонны. На вездеходе-скауте в боевом охранении движутся Зинтарас с лучшими бойцами первого отделения. Американцы и британцы неплохо себя показали, как диверсанты, поэтому без дозора никуда. Местный аналог САС и «зеленых беретов» попил у нашего брата кровушки. Нельзя недооценивать противника, без холодного мороженого и кока-колы солдаты Альянса воюют очень даже геройски.

– Дорога дальше разбита. Так что будем искать обходные пути, - комвзвода в полевом кепи и с планшетом в руках выглядел серьезно. – Старший сержант Зинтарас со своими бойцами берет правый фланг. Сержант Косолапов, в пешем порядке выдвигаетесь по шоссе на километр вперед. Проверите насколько далеко уходит полоса разрушений. Здесь явно бомбили целенаправленно. Младший сержант Кожин, ваше отделение уходит налево.

В узком кругу младших командиров раздались сдавленные смешки, похоже, что ухмыльнулся и сам Потапов. Молодой у нас был лейтенант, еще живой и не заросший уставным мхом.

– Всем все понятно? Вопросы есть? Соблюдаем радиомолчание, на связь выходим только в самом крайнем случае. Исполняйте!

Чего тут непонятного? Надо найти проход для транспорта. Альянсовцы применили свой излюбленный приём – разбомбили к чертям часть автомобильной трассы. Знают, гады, что началась распутица и здешняя жирная грязь-то еще препятствие для любой техники. Этот метод, кстати, они у нас же и скопировали.

На северном театре боевых действия самым большим сюрпризом для амеров, британцев и лягушатников явилась относительно низкая проходимость их техники. Первые же удары их танковых дивизий завязли в нашем и финском бездорожье, застряли в бесконечных лесах. Хваленая концепция «сверхбронированного тяжелого танка» упёрлась рогом в нашем необъятном болоте. В итоге их бронекулаки оказались под ударами с флангов, рассыпались на отдельные «пальцы», которые наши отцы-командиры с большим удовольствием и переломали.