Шрифт:
– - Говорит, что Чайковский терпеть не мог, когда маленькие дети всJ время Jрзают по креслам и портят импортную мебель.
– - Это он про меня?
– - А про кого же ещJ?
– - А потом что будет?
– - Объяснение Онегина с Татьяной.
– - Он не захочет с ней жениться?
– - Вот уже начинается, и мы сейчас всJ узнаем. Что же ты закрыла глаза?
– - Я боюсь!
– - Чего?
– - Что он придJт и не захочет жениться.
– - Уже пришJл.
– - Что он ей поJт?
– - ПоJт, чтоб не отпиралась.
– - А она отпирается?
– - Нет , не отпирается.
– - Вот дура! Надо, чтоб отпиралась! А теперь что он ей говорит?
– - Говорит, что , в общем, еJ не любит.
– - А она?
– - Сидит как убитая.
– - Из ружья?
– - Нет, морально.
– - Бедненькая. Уже кончилось? Можно открыть глаза?
– - Открывай. Занавес.
– - А потом что будет?
– - Потом, милая иоя, будет крепкий, здоровый сон иаленькой девочки в своей уютной кроватке.
– - Милый, дорогой дедушка! Самый любимый! Не отправляй меня спать! ЕщJ совсем немножко. Я хочу только узнать, что будет потом.
– - Будет бал у Лариных.
– - У этих двух - у Тани и Оли? И он тоже приедет , этот противный Евгений?
– - Обязательно.Тише. Начинается.
– - Это бал?
– - Самый растоящий. Видишь, танцуют.
– - Хайкин дирижмрует?
– - Да.
– - Это что, Первое мая?
– - Нет, именины Татьяны.
– - А почему этот Евгений Онегин танцует не с ней, а с еJ сестрой, резвушкой?
– - Чтобы отомстить Ленскому.
– - А что Ленский?
– - Известно что, нервничает.
– - А Татьяна?
– - Тоже нервничает.
– - Я б лучше назло этому Онегину пригласила танцевать этого Ленского. Верно, дедушка?
– - Верно. Вообще ты у нас молодец.Но, конечно...
– - Знаю, знаю. Против овец. Да,деда?
– - И перестань наконец Jрзать. А глваное, не ломай обстановку. Чего ты буйствуешь?
– - Я боюсь.
– - Чего же ты боишься?
– - Сейчас они подерутся!
– - Не подерутся.
– - А что будет?
– - Будет небольшой семейный скандальчик.
– - Какой?
– - Дуэль.
– - Чего это - дуэль?
– - Очень просто.Бах, и готово!
– - Из пулемJта?
– - Из миномJта.
– - А это хуже или лучше?
– - Закрой рот, бога ради!
– - А про чего он теперь поJт?
– - ПоJт про то, что набезобразничал в чужом доме, и просит прощения.
– - А ему что говорят?
– - Говорят, что , дескать, ничего, бывает.
– - А Евгений Онегин что?
– - Уехал домой.
– - На электричке?
– - На лошади.
– - Как в цирке?
– - Вот именно.
– - А Ольга что?
– - Ломает руки.
– - Кому?
– - Себе.
– - А что их матерь?
– - Упала в обморок.
– - А обморок это что - такое кресло, да?
– - Молчи. Не крутись. Смотри, ты от волнения вся извертелась. Успокойся. Вот, кстати, и кончилось.
– - А что потом?
– - Ты же знаешь, что бывает потом.
– - Суп с котом?
– - Вот именно. А теперь безо всяких разговоров марш спать.
– - Так ведь ещJ же не кончилось.
– - Для тебя кончилось. Иди спать. Сейчас же!
– - Не хочу!
– - Ого! Как ты смеешь так дерзко разговаривать со своим любимым дедушкой?
– - Дорогой, милый дедушка, разреши мне ещJ немножечко. Я непременно хочу увидеть, как они стрельнут друг в дружку.
– - Откуда ты знаешь, что будут стреляться?
– - Ты же сам сказал, что будет эта... как еJ звать... Когда стреляют друг в дружку!
– - Дуэль.
– - Вот-вот.
– - Категорически!
– - Ну, дорогой! Ну, милый! Самый, самый любимый! Дедулечка!
– - Ишь ты, какая хитрая. Знаешь подход к своему деду. Ну, ладно. ЕшJ десять минут. Самые последние. Только сиди абсолютно спокойно. Начинается.
– - О, мельница! А где же мельние? Деда, он уже превратился в ворона?
– - Мельник из другой оперы.
– - Мы уже еJ смотрели?
– - Тысячу раз.
– - Это когда князь женился с другой, а дочка мельникабросилась в воду, превратилась в русалку и выродила себе иаленькую русалочку, верно, деда?