– А этого хватит?

– Да, потому что робот пользуется логикой. Тюленя или оленя можно загнать в ловушку. Или, скажем, тигра. Тигр слышит загонщиков позади и убегает от них. Он бежит от сиюминутной опасности… пока не рухнет в ловчую яму. Лиса может сознавать опасность за спиной и возможную опасность впереди. Однако робот никогда не будет убегать вслепую. Если бы он наткнулся на улочку без выхода, то задался бы вопросом: что его там ждёт?

– И убежит?

– Он будет реагировать быстро, почти мгновенно – изотопные мозги позволяют это. Ты поставил передо мной прекрасную проблему, Брюс, и, думаю, её можно решить. Робот, украшенный алмазами и разгуливающий по городу – это в твоём духе.

Боллард пожал плечами.

– Люблю демонстративность. В детстве у меня был дьявольский комплекс неполноценности, и теперь я его компенсирую. Зачем, по-твоему, я построил этот замок? Напоказ. Мне нужен целый полк прислуги, чтобы поддерживать его в порядке. Худшее, что я могу себе представить, это быть нулём.

– Другими словами, боишься обнищать, – буркнул Гюнтер. – В сущности, ты подражатель, Брюс. Мне кажется, за всю свою жизнь ты не придумал ничего оригинального.

– А этот робот?

– Обычное суммирование. Ты поставил определённые требования, а потом сложил их. Решением оказался робот, украшенный алмазами и способный к бегству. – Гюнтер помешкал. – Но одного бегства недостаточно. Инстинкт самосохранения располагает ещё другими средствами. Иногда лучшая форма обороны это нападение. Робот должен бежать до тех пор, пока это возможно и логично, а потом пытаться ускользнуть иными способами.

– Ты хочешь вооружить его?

– Пожалуй, нет. Раз начав, мы уже не сможем остановиться. Нам нужен подвижный сейф, а не танк. Интеллект робота, опирающийся на логику бегства, должен помочь использовать ему всё, что окажется под рукой. Нужно лишь вложить в его мозг определённую схему, остальное он сделает сам. Я принимаюсь за дело немедленно.

Боллард вытер губы салфеткой.

– Превосходно.

Гюнтер встал.

– Знаешь, тебе только кажется, что я подписываю себе приговор, -спокойно сказал он. – Получив свой идеальный сейф в виде робота, ты перестанешь нуждаться в производстве алмазов. Тех, что будут на роботе, тебе хватит на всю жизнь, поэтому, если ты меня убьёшь, твоя алмазная монополия окажется в безопасности, ибо их никто не может делать, кроме меня. Однако, я не возьмусь за работу над роботом, не обеспечив свою безопасность. Эти документы из Патентного Бюро внесены в каталог вовсе не под той фамилией, что я тебе называл, а сам процесс имеет мало общего с термодинамикой.

– Разумеется, – ответил Боллард. – Я приказал это проверить, не говоря своим информаторам, в чём тут дело. Номер патента – твоя тайна.

– И я в безопасности, пока он останется тайной, то есть, на всю свою жизнь. Тогда все будет оглашено, и подозрения многих и многих людей подтвердятся. Ходят довольно упорные слухи, что твои алмазы искусственные, но никто не может этого доказать. А я знаю одного парня, который бы очень хотел.

– Ффулкес?

– Барни Ффулкес из «Меркантил Элоус». Он не выносит тебя так же, как ты его, но ты пока сильнее. Да-а, Ффулкес с наслаждением стёр бы тебя в порошок, Брюс.

– Займись роботом, – ответил Боллард вставая. – Постарайся закончить до очередной кражи.

Гюнтер сардонически усмехнулся. Лицо Болларда было серьёзно, но кожа в уголках глаз собралась в морщинки. Оба они видели друг друга насквозь -вероятно, потому они ещё и ходили по этой земле.

– Значит, «Металмен» делает для Болларда робота, украшенного алмазами? – ещё раз спросил Барни Ффулкес у Дэнджерфилда.

Тот молча кивнул.

– Каких размеров?

– Около двух метров.

– И украшенного алмазами… интересно, насколько плотно? Боллард разместит массу алмазов на этой ходячей рекламе. Интересно, догадается он выложить из них надпись «Да здравствует Брюс Боллард»? – Ффулкес встал из-за стола и принялся кружить по комнате, как москит – рыжий лысеющий человечек со сморщенным злым лицом. – Составь детальный план нового экономического наступления, чтобы мы могли мгновенно расправиться с Боллардом, как только получим сообщение.

Дэнджерфилд по-прежнему молчал, но брови на его бледном равнодушном лице вопросительно поднялись.

Ффулкес нервно подбежал к нему.

– Тебе что, объяснять все, как ребёнку? Каждый раз, когда мы прижимали Болларда, он ухитрялся вывернуться– страховые компании, кредиты, алмазы. Теперь ни одна страховая компания не захочет обслуживать его, а источник алмазов не бесконечен, разве что они у него искусственные. А если так, ему будет все труднее получать кредит. Понимаешь?

Дэнджерфилд неуверенно кивнул.

– Гмм… Он истратит массу камней на этого робота, и его, разумеется, украдут. Вот тут-то мы и ударим.

Дэнджерфилд поджал губы.

– Ну ладно, – сказал Ффулкес. – Может, ничего и не выйдет. До сих пор не получалось. Но в этой игре главное – неустанно долбить в надежде пробить дыру в обороне противника. Может, на этот раз нам повезёт. Если бы мы хоть раз сумели обвинить его в неплатёжеспособности, появилась бы возможность его утопить. Будь что будет, нужно попробовать. Готовься к наступлению. Все, чем мы располагаем: акции, облигации, места общественного пользования, сельское хозяйство, сырьё. Нужно заставить Болларда покупать в кредит без покрытия. А пока проверь, чтобы с охраной рассчитались как надо. Выплати парням премию.