Шрифт:
– Учили, нам вообще много говорил о чести, добре и справедливости, – ответил ему Роберт, почти скопировав позу блондина.
– Так, что тут происходит! – услышала я громкий голос за спиной. Преподаватель? Неужели! Они оказывается тут не для мебели!
– Ничего особенного, мы тут развлекаемся, а к нам эти невоспитанные новенькие лезут. За столик без разрешения подсели, мою подружку напугали, вон как она плачет…
– А почему она связана? Это тоже они сделали?
– Нет, что вы, это уже мы, – на этот раз слово взял Артём. – Понимаете, у нас просто скоро практика, и мы отрабатываем способы безмагического высвобождения. Да вы спросите у всех тут присутствующих, все подтвердят.
– В столовой? – не унимался преподаватель. Жаль, он у нас ничего не ведет, видимо хороший мужчина.
– Ну а почему нет? Мы ведь никому не мешали, в отличии от некоторых… – и снова презрительный взгляд блондина, которого, как я уже поняла, звали Али, направленный в нашу сторону. – Не хотим терять ни минуты на пути к знаниям.
– Ладно, разошлись! И развяжите девушку! Нечего в столовой подобным заниматься! А вам, – и снова взгляд на нашу компанию, но на сей раз от преподавателя, эх, рано я его похвалила. – Выговор!
– Серьезно? А чего один? Мы ведь первое – подсели без спроса, второе – напугали, третье… – начал недовольный Валер, но Роберт потащил друга в сторону. А местная элита преспокойно села на свои места и смотрела на нас таким взглядом, каким смотрят победители на тараканов. Особенно такой победоносный вид удавался Артему, мне кажется его лицо было буквально создано для издевательской ухмылки и ядовитого прищура карих глаз.
Наша компания отправилась за свой столик, жертва издевательств побежала куда-то в сопровождении, видимо, своих подружек, которые все это время крутились неподалеку. Я же сначала последовала за остальными к столу раздачи, но потом резко развернулась и пошла прочь из столовой. Хоть бы он был на месте! Да пусть только попробует не быть! Я его сейчас везде найду!
К счастью, Лорд Лиаз обнаружился в аудитории, и к еще большему счастью, в одиночестве.
– Брук, что-то случилось?
Спросил он в тот момент, когда я с громким стуком закрыла дверь и уставилась на него злым взглядом.
– Почему?!
– Что почему?
– Почему вы занимаетесь индивидуально с Артемом? Почему он ходит к вам, как к себе домой? Вы ведь никогда не брали индивидуальных учеников, почему он?
– Брук, а почему тебя это интересует? Мне кажется из меня неплохой преподаватель, тебя же я учил.
– Учили. И вы отличный преподаватель, и я была бы очень рада узнать, что вы передаете свой опыт дальше. Но только в случае, если бы вы его передавали кому-то достойному! А не этому… Этому…
– Да что у вас опять произошло? Опять власть не поделили?
– Власть?! Да плевать бы я хотела на власть! Как может человек, который всю жизнь мне говорил о добре и справедливости, поддерживать тех, кто угнетает слабых и беззащитных? Учить драться тех, кто не знает о чести и милосердии. Да почему он? Полно более достойных кандидатур. Так почему им не выпала честь быть вашими персональными учениками?
– Так, это уже перебор! Брук, успокойся пожалуйста, расскажи мне, что случилось.
– Случилось то, что вы учите не того человека! И я требую объяснений – почему!
В этот момент мой наставник переменился в лице и посмотрел на меня совсем иначе.
– Брук, я тебя конечно очень люблю, ты мне фактически как дочь, но это не дает тебе права требовать с меня каких-то ответов. Я могу делать то, что считаю нужным, и я не обязан перед…
– Обязаны! – договорить я ему не дала. Из моих глаз уже текли слезы. Я понимала, что в этой академии творится не пойми что, а тот человек, которого я всегда считала эталоном чести и достоинства, это не то, что прикрывает, а я не удивлюсь, что и возглавляет, натаскивая на индивидуальных тренировках тех, кто будет терроризировать остальных. Я уже не могла остановиться, поэтому продолжала с особой злостью. – И если вы не забыли, вы не можете всегда делать то, что считаете нужным. Вы можете делать то, что не противоречит вашей должностной инструкции. Ведь ваше основное место работы все же у моего отца? Или я что-то не знаю? Но пока что-то я не вижу от вас ни защиты, ни учебы! Зато вижу эту защиту и учебу в адрес некоторых посторонних, но, что важнее, сомнительных личностей. Вы же понимаете, что хоть один звонок отцу, и все изменится!
– Девочка, послушай, – Лорд вздохнул как-то устало и сменил тон. – Если ты считаешь, что я боюсь твоего отца, то нет. Думаю, мы с ним поймем друг друга. А вот на твои угрозы я мог бы обидеться. Мог бы, но не буду. И только потому что понимаю, что пройдет время, и ты сама будешь жалеть о том, что сейчас здесь наговорила. Мы же с тобой договорились о индивидуальных занятиях. Завтра первое. И поверь, я всегда слежу за тобой. А по поводу твоих разборок с Артемом, это лишь ваши разборки. И ты не можешь всегда заставлять взрослых решать твои проблемы. Тебе надо повзрослеть…
– Мне кажется в этой академии мы самые взрослые. И я вас услышала, вы делаете то, что хотите. Вашу точку зрения я приняла. Но не думайте, что в случае чего я этот вопрос не подниму снова и не обсужу его с отцом. Почему-то я уверена, что мы с ним также сможем договориться.
Больше ничего не сказав, я резко развернулась и ушла в свою комнату.
Глава 6
Не смотря на все мои опасения, первая же наша индивидуальная тренировка прошла спокойно, как и все последующие. И если первые минуты я была напряжена, думая, как лучше себя вести, то Лорд Лиаз сразу повел себя так, будто нашего неприятного разговора вовсе не было, даже шутил. Но тему Артема и моей академической жизни мы обоюдно обходили. Да и в целом ничего примечательного не происходило. После того случая мы с ребятами собрались в комнате Сая, я им пересказала наши разговоры с Лордом Лиазом, и мы решили, что больше не будем давать поводов думать, будто мы боремся за какое-то там лидерство или первенство.