И в эту ночь смерти брата Славки-Стального Ромке приснился странный сон: какая-то тень в белом встает с больничной кровати, затем падает вся окровавленная. А через день Ромка получил информацию о смерти брата. О всей подноготной его смерти Ромка не знал, а Славка-Стальной просто спас ему жизнь.

Ромка и другие близкие родственники расценили добровольный уход из жизни Славки-Стального как результат того, что в нем проснулась совесть: мол, так он разрешил назревший внутренний конфликт со своей непутевой преступной жизнью.

И Ромка продолжал жить. Стальной получил от воровского схода за свою смерть гарантию охранной грамоты для Ромки, хотя тот этого не знал.

Ромка стал заметной фигурой в Серчелме, как для местной интеллигенции, так и для тамошних хулиганствующих элементов. Местная приблатненная публика пробовала взять его на слабо, но у Ромки был принцип никогда не сдаваться и ни в коем случае не показывать, что он хотя бы минимально испугался.

Однажды к одному из ребят, занимавшихся в кукольном театре, пристал нетрезвый хулиган. Мальчик испугался его наглого бесцеремонного обращения и в испуге сказал, что занимается в кукольном театре, поэтому режиссер Роман Николаевич его защитит.

– Давай веди меня к своему режиссеру, я покажу ему, кто хозяин в Серчелме.

Мальчик покорно повел хулиганистого дядьку к комнате театра.

Ромка в этот момент разбирал с другими ребятами реквизиты для спектакля, и в руке у него был дерявянный брус, порядка метра длиной.

– Ну что, кукольник, показывай своих куколок и молись своему кукольному богу, учить жизни тебя буду.

И хулиган занес руку с финским ножом над Ромкиной головой. Хулиган был ростом под два метра с огромными кулаками-кувалдами. Ромка увернулся от удара. Хулиган покачнулся и в тот же момент, получив удар квадратным 50-миллиметровым брусом в область правой ключицы, выронил финку и рухнул на пол, заорав благим матом: «А-а-а! Сука! Ты что делаешь!.. Убивают, караул!».

Ромка еще раз замахнулся бруском, но бить не стал, выхватил из кармана брюк стартовый

пистолет, дважды выстрелил и в сердцах прокричал: «Вон отсюда, паскуда! Чтобы я тебя больше здесь не видел. В следующий раз увижу – прибью». Побледневший испуганный хулиган резво поднялся и, держась за правую ключицу, со стонами кинулся к выходу, вдогонку получив от Ромки пинок в зад.

Ромка вместе с двумя мальчиками, которые опознали этого хулигана, сходил и написал заявление в милицию, приобщив к заявлению финку нападавшего. Хулиган, оказывается, был из дважды побывавших в местах не столь отдаленных за грабежи и воровство и считался у местной блатной публики авторитетом. Кличка его была Сиплый.

Сиплый попал в больницу с переломом ключицы и написал на Ромку встречное заявление, в котором утверждал, что Ромка стрелял в него из боевого оружия и чуть не убил. Уговорил его написать заявление доктор, хирург – «соперник» Ромки за сердце врачихи, с которой режиссер просто дружил.

Следователь, проводивший опрос Сиплого, по секрету сообщил ему, что Роман Николаевич является внештатным сотрудником милиции и пистолет ему вполне может быть положен по штату.

– Так что, Сиплый, ты попал, так как тебя могут привлечь за нападение на сотрудника милиции.

– Так это он на меня напал! И даже стрелял в меня, и чуть было не убил. Поэтому давай, начальник, оформляй заяву и привлекай вашего мента по покушению на убийство.

– Так ты же, Сиплый, не по понятиям поступаешь.

– А если он мент, то все по понятиям, и за посадку мента я буду в еще большем авторитете.

Следователь вызвал Романа Николаевича для допроса и попросил его показать «боевой»

пистолет, но когда его увидел, то сильно повеселился, сказав, что у страха глаза велики.

Сиплому продемонстрировали его нож и показания свидетелей. Ему, как рецидивисту грозил очередной большой тюремный срок. Но с учетом того, что он получил серьезную травму, следователь предложил закрыть дело примирением сторон и обоим противникам забрать заявления.

На том и порешили.

Объекты культуры, как мед мух привлекали различные криминальные элементы. Очередной эксцесс произошел после гастролей народного театра кукол по селам района, перед вечерним киносеансом в Доме культуры.

Ромка обсуждал с художником Львом Николаевичем эскизы декораций в фойе на втором этаже дома культуры, и в это время услышал крик о помощи руководительницы танцевального кружка.

Та пыталась выпроводить подвыпившего хулигана, мешавшего проводить

репетицию танцевального коллектива.

– Уходите отсюда. Я вызову сейчас милицию.

– Плевал я на твою милицию. А тебя, стерва, я сегодня вечером дождусь и куда-нибудь провожу. Хотя зачем ждать, пойдем сейчас. Ты в общем баба симпотная, темпераментная. Мне как раз такие нравятся. Пойдем со мной, я доставлю тебе удовольствие.