Огромный красный рендж ровер нёсся прямо на нее, а ноги не слушались… «Аааааа!!!» – она снова, как со стороны услышала свой крик и потеряла сознание…

В сказках принцессы просыпаются от поцелуя прекрасного принца. В мелодрамах героиню должен разбудить поцелуем внезапно явившийся издалека милый. В реанимации и принц, и милый в одном лице…

– Доктор, как Вас зовут? – первая мысль и за ней же слова, которые она проговорила очнувшись.

– А какая Вам разница? – улыбнулся в ответ доктор.

«И в самом деле, – подумала она, – Что это я вдруг?»

Доктор сидел в ногах ее кровати и явно был доволен тем, что она не просто очнулась, но еще и может говорить.

– Доктор, только скажите, что Вы не Александр!

Она снова удивилась своей реакции: «Господи, да что я примоталась к этому доктору!»

А доктор искренне засмеялся в ответ.

– Ну, дорогая моя, а тут Вы прямо в точку попали! Я – Александр! А чем Вам имя Александр не понравилось?

– Потому что с Александрами у меня ничего не складывается…

Доктор басовито засмеялся.

– Я Вас, милочка уже сложил. И, замечу, вполне прилично получилось, раз думаете об этом.

Доктор снова засмеялся.

– Я Ваш хирург. Будем жить?

– Будем…Наверное…– она покраснела от смущения за себя. А доктор Александр, положив свою прохладную ладонь на ее лоб, проговорил:

–Теперь Вы просто обязаны жить. Обещаете?

Не дождавшись ее ответа, он вышел из палаты, оставив у нее ощущение того, что все не так безнадежно.

Дверь хлопнула, и шаркающие шаги возвестили о чьем-то приходе. Глаза открывать не хотелось…

– Девонька, давай умываться. А то непорядок. Александр Иваныч приходил, а ты не при параде!

Какой тут парад…

– Кто он, Александр Иванович? – вопрос был пустой, она уже знала кто он.

– Спаситель твой! Кто же еще?!

Пожилая леди с тазом и белым вафельным полотенцем присела на табурет у ее кровати.

– Он уже мне выговорил, что я не с тобой. Так, а чего мне с тобой сидеть, если он сам тут сидел? Двое суток почти просидел. Как тебя привезли, потом оперировал, потом выхаживал… Давай я тебя умою. Велел аккуратно… Влажная шершавая ткань была неприятна лицу. Холод… Холод был не на щеках, а где-то внутри.

– Сколько времени? Сколько я тут?

– Так я же говорю тебе! Двое суток почти. Думали, не выживешь. Спасибо, Александр Иваныч на месте был. Хирурга уже не было. Так бы и не справились…

– Погодите, как хирурга не было? А Александр??? Он сказал, что он мой хирург.

Пожилая леди улыбнулась. Ее помутневшие с возрастом голубые глаза засияли добротой еще больше. Так бывает, когда говоришь о том, кого любишь или делаешь что-то очень приятное.

– Он тебя и оперировал. И слава Богу. Крови не было для операции. Он твой и донор, и доктор. А не оперировал уже два года… Не мог…

После некоторого молчания, старушка улыбнулась.

– Вот такие чудеса… Крестница ты ему теперь…

Неимоверная усталость словно гранитной плитой придавила ее к кровати. Даже дышать не хотелось, словно телу даже малейший вдох давался с трудом. Осознание того, что произошло, еще больше лишало сил. Умереть не хотелось. Но сейчас она понимала, что смерть это не нечто страшное.

Смерть – это то, что случается, чтобы облегчить жизнь… Она приходит тогда, когда тебе все-равно, когда уже не страшно и не обидно оставлять в этом бытие то, что всегда было дорогим. Ведь в иное время, само осознание того, что мир будет существовать без тебя, вызывает панику и недоумение…

«Ты о чем тут задумалась? – голос прозвучал в ее голове. Этот голос был НЕ ЕЁ голосом. – Может быть это и хорошая мысль. Но тебе еще не время».

Она открыла глаза. На том месте, где некоторое время назад увидела Александра, сидел сухощавый старичок.

Конец ознакомительного фрагмента.