Шрифт:
Рассуждая о будущем, Юля не представляла, что будет дальше. Не знала, сможет справиться или нет, если рядом не будет такой подруги, как Лена, и от этого было грустно.
– Ленка, как я буду без тебя?! – расстроившись, проговорила Юля. – Я не смогу обо всём думать и решать сама. Без тебя я не справлюсь.
– Глупая ты, Юлька, – застёгивая чемодан, улыбнувшись, ответила Лена. – С чего ты взяла, что без меня не справишься?! У тебя, как у любого человека, есть сильные стороны. Ты, в силу своего характера, просто не можешь быть слабой. Уж я-то тебя знаю.
– Я себя не знаю!
– Юля, настройся на то, что нужно жить дальше. Ты приобрела прекрасную профессию. Первого сентября начнётся новая жизнь, и она расставит всё по местам. Перед нами такие большие возможности! А там не за горами и личная жизнь наладится. Не такая, как была у тебя до этого, а самая настоящая, с самопожертвованием и полным самоотречением от прежних привычек и принципов. Когда-то такая жизнь должна у тебя начаться?!
– Ну нет, это не для меня! – выслушав подругу, подумала та. – Никакого самопожертвования и самоотречения.
Лена с улыбкой смотрела на Юлю, понимая, что, когда она влюбится по-настоящему, то полностью изменит взгляды на жизнь.
Глава 7
С чемоданом Лена медленно шла по улице к новому месту жительства. Остановившись у калитки, задумчиво рассматривала будущее пристанище. Длинный, деревянный барак – четыре одинаковых крыльца, четыре квартиры. Открыв калитку, прошла по маленькому ухоженному дворику и постучалась в дверь с номером три. На стук вышла хозяйка. Остановившись, строго посмотрела на Лену.
– Пришла? – сухо сказала женщина. – Заходи!
Проходя через маленькие сени, Лена заметила, что дом старый, покосившийся, но везде чисто и пахнет свежестью. Войдя, осмотрелась по сторонам и увидела белоснежную печь, застеленную клеёнкой, на которой стояли цветы в горшках. Вздохнув, подумала, что придётся топить печь.
– Жить будешь в той комнате, – не обращая внимания, что Лена украдкой рассматривает новый дом, показывая рукой в сторону печки, рассказывала хозяйка. – Там тесновато, но обитать можно. Если не нравится, я не навязываюсь!
– Нет, нет, что вы! – застеснявшись произнесла Лена. – Мне понравится.
– Хорошо, – ободряюще кивнув, хозяйка продолжала: – Печь топить не надо, в доме газ. Готовить себе будешь сама. Я работаю, мне разготавливать некогда. Посудой пользуйся. Вещей лишних не покупай, и так тесно, нечего захламлять дом. Шкафа для тебя отдельного нет, так что, если надобность будет, выделю полку в своём шифоньере. Вещи весь на гвозди, в ногах кровати в стене набито. Тебе хватит. Больше не колоти, а то штукатурка осыплется. Ходить будешь, дверями шибко не стукай, я не люблю шума. Жила, чтобы тихо! Я потому и согласилась тебя взять, что ты учитель. Будешь вечерами тихо, как мышка, корпеть над тетрадками. Так, что ещё? Поздно не шляйся, не люблю. Я веду жизнь тихую и распутства не потерплю! Ложусь спать рано, мне на работу в пять вставать, а дверей меж комнат нет, чтобы отгородиться. Потому планируй засветло успевать все дела. Уразумела?
Лена кивнула, не в силах что-то ответить, уж очень нерадостной представлялась новая жизнь.
– Ну и хорошо! – закончила Валентина Васильевна. – Раз поняла, тогда иди устраивайся, чё надо, спросишь.
Лена прошла по кухне в ту сторону, куда показала хозяйка. Отодвинув занавеску, вошла в удлинённую комнату. Остановившись, огляделась по сторонам. У стены стояли узкая кровать и столик, приткнутый к окну, между стеной и кроватью. В комнате был полумрак из-за того, что на маленьком окне стояли три больших горшка с цветущими геранями. Лена помнила эти цветы; у мамы в спальне стояли такие же. Она вздохнула, знакомый с детства аромат, и закрыла глаза.
– Как в детстве. Странное чувство, я как будто вернулась домой?! – подумала Лена.
Первое впечатление о строгости или даже суровости квартирной хозяйки прошло сразу же после того, как менее чем через час, та позвала Лену к чаю.
– Что, уже разобрала вещи? – заглянув в комнату и бросив взгляд на полупустой чемодан, стоявший на стуле, спросила Валентина Васильевна. – Что-то негусто у тебя. Ладно, потом доделаешь, пошли к столу, будем пить чай.
Лена удивилась, ведь ей объявили, что питаться будут раздельно. Но, не говоря ни слова, молча пошла за хозяйкой. В кухне на столе стояла тарелка с пирогами и два бокала с горячим чаем. Опустившись на стул, который предложила Валентина Васильевна, молча ждала, понимая, что это чаепитие организовано неспроста, планировался вечер вопросов и ответов.
– Кушай, а то решишь, что я злюка какая-нибудь! – пододвинув к Лене тарелку с приятно пахнущими пирогами, сказала хозяйка. – Да и поздно уже, столовок у нас тут нет, да и магазин давно закрыт. Что ж я тебя голодной оставлю, самой кусок в горло не полезет.
– Спасибо! Я завтра куплю продуктов.
– Купишь, всё купишь, – не глядя на неё, ответила хозяйка.
Они ели пироги, запивая чаем, изредка поглядывая друг на друга. Хозяйка, съев три больших пирога, отодвинула бокал и, пристально посмотрела на жиличку.