Загляну в сердце красное, лживое

И желание коршуном вырву я.

Подплыла Лягушка к царю, обвила руками-змеями, поцеловала в сухие губы. Блеснул нож, кинулся Ваня на отца. Вспомнил царь молодые годы, заслонил грудью девицу, выхватил кинжал с пояса, бросился на сына. Улыбнулась царевна тайком. Увидели гости, как подбежал царь к танцующей Лягушке, к ногам её упал и дух испустил. Уронил Иван чашу, полилось вино со стола, потекло рекой по полу.

– Чего ты желаешь, супруг мой, – вопрошала Лягушка.

– Царь-батюшка пир устраивает, народ повеселить, хочет, чтобы и ты пришла. Да только как я тебя покажу. Приди на пир лягушкою, красавица ты лишь для меня, под крылом ночи.

«Он отнимет тебя у меня. И царство отнимет. И жизнь».

Царский венец горел на рыжих волосах Ивана, рука, сжимающая скипетр, дрожала. Всё знала Лягушка, не говорил Иван ни слова, смотрела Царевна в глубину его жара любовного, читала в стонах. Не подвела, добрая жена.

– Напою-расскажу я про девицу,

За которой тьма полозом стелется.

Как родной отец дочь проклял свою,

Захотел владеть её силою,

Захотел владеть красотой её,

Среди всех богатств выше всех ценил,

Захотел навеки в рабыни взять,

Выпить досуха, волшебство отнять.

Ночью скинула царица лягушачью кожу.

– Что же, царь мой, Иванушка, всё исполнено? – стояла Царица новая за мужниной спиной, в шитых золотом одеждах, в венце с изумрудами.

Иван-Царь жене руки целовал, со своих пальцев перстни снимал, на тонкие персты нанизывал.

– Не зря в народе говорят, добрая жена и при смерти мужа спасёт.

– Верно, – рассмеялась Лягушка, – Поцелуй же меня, дорогой супруг!

Слаще этого поцелуя не знал Иван, растеклась прохлада по губам, скользнула в рот, заполнила затхлой водой легкие. Вспомнил царь Иван болото, вспомнил как кричала жена старшего брата про женский силуэт, как слова повторяла «повезло, дурню», как смотрел царь-батюшка на Лягушку с узнаванием.

– А ты чего желаешь, Лягушка? – спросил он тогда, ещё несчастным Царевичем, на болоте невесту, развернув платок.

– Исполнить обещание матери, – проквакала Лягушка.

Ой, была у меня свет-любовь матушка,

Поделилась она со мной знанием,

«Все живое вокруг, даже камушки,

Все душой горит – ярким пламенем».

Ты люби, дочь моя, землю милую,

Ты люби, дочь моя, воду чистую,

Они делятся с нами силою,

Они делятся с нами мыслями».

Только злой колдун, отец мой родной,

Не терпел её силу добрую,

Да к тому же пленён был моей красой,

Что змеёю звал, им рожденною.

Он забрал у матушки знания,

Да отправил прочь, в земли соседские,

Но она взяла в приданное

Стрелы острые, стрелы меткие.

Стал отец меня золотом пленять,

Троном из кости, новым именем.

«Подзабудь, просил, ты старуху мать,

Я бессмертие нам выменял».

Отказала отцу, да за матерью –

Только как я могла отказать ему.

Превратил он меня в жабу хладную,

И забрал мою девичью магию.

Вместо скипетра держала Царица в руках золотую стрелу. Вышла на балкон, стрелу на запад направила.

– Чего ты желаешь, отец? – закричала Царица вдаль.

В ответ подбросил шапки народ, восхваляя красоту и величие госпожи своей.

Конец ознакомительного фрагмента.