– А получится? – подозрительно спросил Коми.

«Да».

– Но как?

Коми показалось, что он услышал вздох, а потом усмешку в обращённых к нему словах.

«Кронии магию даёт Огромный Дуб, его двойник в мире людей раньше делал то же самое, пусть и не так хорошо… но теперь двойника нет. Нам придётся посадить в другом мире другой Дуб».

– «Всего лишь», – передразнил Крепость Коми, – а как ты собираешься это делать?

«Я и не буду, – спокойно ответила она, – это сделаешь ты. Достаточно похитить один жёлудь Огромного Дуба и посадить его в мире людей».

– Похитить? – прошептал Коми.

«Я объясню, как…»

Крепость впервые рассказала всё или почти всё: в её интересах было, чтобы у Коми действительно получилось. Она прекрасно питалась за счёт его ненависти к Дори и зависти к чужим успехам, но Крепость боялась, что ведьмы снова ей помешают. Можно было ради выживания вытерпеть неудобства и даже помочь гремлину воплотить его мелкие желания.

Очень скоро, уяснив, что ему предстоит, Коми приступил к делу. Он отыскал маску, изображавшую ворона, а другую, на которую указала Крепость, положил на пол. Гремлин несколько раз мысленно повторил слова заклинания, с помощью которого он собирался отвлечь стражей Дуба, как его научила Крепость, а потом надел на себя маску.

Моментально всё вокруг начало расти, а сам Коми упал на пол и неловко взмахнул… крыльями.

– Кар-р! Кар-р! – сказал он и перепугался, что теперь не сможет разговаривать, а значит, и произнести заклинание.

«Вороны могут произносить слова, – напомнила ему Крепость. – Просто постарайся».

– Хор-р-рошо, – старательно проговорил Коми, – я полетел.

Гремлины, как известно, не летают, потому Коми было очень трудно справиться с крыльями, он неловко подпрыгнул и взмахнул ими, но врезался в один из стеллажей, и склянки с него посыпались на пол. Потом получилось взлететь под купол Крепости, и она открыла ему дыру, сквозь которую можно было увидеть безоблачное небо. Коми полетел туда и зажмурился: ему казалось, что он сейчас врежется прямо в потолок, но воронье тело само знало, что нужно делать, и крылья вынесли его за пределы Крепости.

С высоты птичьего полета всё выглядело иначе: избушка Коми казалась совсем крошечной, её крыша сплошь заросла мхом; лес тоже казался уже не таким большим, а до Огромного Дуба оказалось совсем близко.

Коми пролетел над лесом и опустился на землю, не долетев до самого Огромного Дуба. От дерева и птиц-стражей его надёжно укрывали кусты боярышника.

– Эльфикаус мелкус танцеватиус, – проговорил Коми. – Надуб лезитус!

Он взлетел и увидел, как на земле под ним закружился водоворотами цветной дым, и из него появились маленькие эльфята в зелёных, сиреневых и красных одежках. Созданная иллюзия была такой достоверной, что малышня выглядела совсем как живая.

Эльфята стояли не двигаясь, но не успел Коми заволноваться, как они звонко рассмеялись и побежали в сторону Огромного Дуба. Малыши запрыгали по могучим корням, которые торчали из земли, а потом несколько эльфят полезли по толстенному стволу, цепляясь за неровности ловчее кошек.

Обычно, как говорила Крепость, иллюзии неосязаемы. Но если приложить усилия и немного злости, замешанной с недовольством, получится сотворить нечто убедительное. Конечно, ненадолго, но Коми и не нужно было, чтобы эльфята плясали на ветках до самого заката: его дело было коротким.

– Прочь, дети! – прикрикнула одна из птиц-стражей, в которых поместили души убитых на войне с Цесиндой эльфов.

Но иллюзии, конечно же, не обращали на оклик внимания. Несколько птиц слетели на нижние ветки и взмахнули крыльями, пытаясь отпугнуть эльфят. А те уже дёргали Дуб за листья и лезли в одно из дупел на его стволе. Время было самым подходящим: сейчас волшебное дерево отвлечётся на иллюзии, и Коми сможет сделать то, о чём ему говорила Крепость. Он влетел в пышную крону Огромного Дуба и осмотрелся в поисках жёлудя. Найти его оказалось несложно: блестящий, искрящийся золотистым светом жёлудь сиял, словно маленькое солнышко. Коми даже залюбовался этой красотой, но шум внизу заставил поторопиться. Ведь и Дуб, и его стражи могли скоро понять, что: безобразничающие эльфята – не более чем мастерская иллюзия.

Коми быстро сорвал жёлудь, и, пока иллюзии отвлекали Огромный Дуб, полетел прочь. Ему казалось, что магическое дерево старается его поймать, но на самом деле он сам с перепугу запутался в ветвях. Когда Коми удалось выбраться, Дуб и стражи всё ещё пытались избавиться от эльфят. Самое время было улетать.

– Я доштал его! Доштал! – кричал на лету Коми.

Он работал крыльями как только мог быстро, но всё-таки летал впервые, не смог справиться с управлением и ударился о невидимый купол Крепости.

«Отлично!» – был ответ, и Коми провалился сквозь дыру. Уже внутри он потряс головой и крыльями, а потом выплюнул жёлудь и просунул голову под лежащую на полу человеческую маску.

– Что будем теперь делать? – спросил Коми, поднимаясь на ноги.

Теперь он стал значительно выше гремлина, хоть и не таким мощным, как тролль и орк, но точно ниже великана. А борода пусть и была густой, но не такой окладистой, как у уважающего себя гнома или старого гремлина. На нём была одежда скучного коричнево-серого цвета, а на ногах – смешно подумать – ботинки. В зеркало Коми себя сейчас не видел, но сомневался, что собственная внешность ему понравится.