– Будем считать, что ты нормально прореагировал, да и – Денис задумался и добавил – назови статью – дворовая магия. Уверен, это точно заценят.

– Дворовая магия?

– Да. И так, жирным подчеркни. Чтоб четко.

Вадим, задумчиво посмотрел на Дениса. Потом тяжело вздохнул и пошел к двери, по пути прихватив куртку. Испачканный, качающийся, отстраненный он очень сильно отличался от того журналиста, который совсем недавно столь резво бежал с крыши чтобы выяснить отношения из-за испорченной аппаратуры.

Тут за окном раздался гром и так же стремительно начался дождь. Денис вышел на балкон и посмотрел на выходящего из подъезда Вадима. Ему почему-то всё так и представлялось. Дождь, не обращающий на капли журналист, с которого медленно стекает африканская грязь. Именно так и должно происходить их знакомство, когда этот потрепанный, в старой куртке журналист, уносит в дождливую темноту их тайны, завершающий таким образом, их первое, по-настоящему важное знакомство.

Анатолий Сергеевич прочитав статью, задумчиво посмотрел на Вадима, а еще точнее, задумчиво и с некоторым волнением, явно хранившим знак недоброго. Вадим выждал паузу, он был почти уверен, что его редактор, обдумывает очень важную фразу.

– И что ты этим хочешь сказать? – Анатолий Сергеевич снова пробежался по листку – это что вообще такое, ты, что за идиота меня держишь? Или вон Михеева, чей фотоаппарат сломал. Ты чего Вадим? Ты здоров вообще?

– В смысле здоров? Вы ж сами попросили меня всё разузнать. Вот я и разузнал.

– Да какой разузнал, ты тупо сломал аппарат и принёс левую отмазку про каких-то магов и Африку, ты в своем уме, ты не употребляешь ничего? Это же фирменная ахинея, ты что, в бирюлево наркотики нашел где?

– Он реально маг. Он реально существует и магия тоже. Он портал открывал, я мамой клянусь. Этот чувак, он открытая сенсация.

– А доказательства где? Видео, фото. Хотя, ты ж фотоаппарат сломал, поэтому откуда они? Верно? А ведь довольно странно, что сначала поломка, а уже потом чудеса. Невероятное совпадение.

– Между прочим, меня чуть не сожрали в Африке.

– Негры?

– Папуасы.

– И он тебя спас. Сперва туда отправил, потом спас. То есть изначально посыл был в том, что ты пытаешься выведать информацию о нём, и это его настолько раздражало, что он тебя перенес на другой континент. А потом, он решает, что именно хочет известности, и возвращает обратно. Пеньков ты хоть сочинять научись нормально. Ты же откровенную ересь несешь, и что удивительно ты и не отнекиваешься. Уперто говоришь, что прав.

– Так я прав. Я говорю он маг.

Анатолий Сергеевич покачал головой и убрал листок в стол. Судя по всему, ни один из его доводов редактора не удовлетворил.

– Анатолий Сергеевич. Дайте мне еще шанс. Я вас очень прошу. Я понимаю, вы мне не верите, но я вам клянусь, я добуду доказательства этой дворовой магии.

– Какой магии? Дворовой?

– Э…да. Дворовой.

– Типа она из двора?

– Да. Для всех в общем.

– Магия для всех. Интересно. Ты еще и обладаешь деструктивной фантазией Вадим Пеньков и как я всё это раньше не разглядел, ах, да, осень же, обострение, вероятно.

– Анатолий Сергеевич.

– Сегодня я главный редактор и сегодня я очень сильно не хочу с тобой больше общаться, и за фотоаппарат я буду вычитать из твоей зарплаты. Кстати именно поэтому ты не уволен. Михееву просто нужно вернуть деньги.

– Типа если я верну деньги сам, то сам себя подставлю под увольнение – шутканул Вадим, пытаясь наладить общение.

– Нет – коротко ответил редактор – просто ты вернешь деньги.

Вадим, хотел было еще что-то добавить, но глаза Анатолия Сергеевича отговорили.

Вадим вышел в коридор, затем, прошел метров пять, открыл еще одну дверь и прошёл еще метров пять, прежде чем понял, что привычно путь до его кабинета занимал куда меньше времени, он повернул голову.

Коридор выглядел вполне обычным, разве что, он повернул снова ручку двери и оказался в каком-то странном переулке, с вонючим полудохлым котом, валяющим всюду мусором и обшарпанным подъездом, вход в который освещала единственно целая на весь переулок лампочка.