– Сволочи…

Стоящая перед ним женщина подозрительно взглянула на него. И, прикрывшись ладонью, сказала:

– Потише. Не говорите ничего вслух, камеры записывают всё.

– Эй ты там, пошевеливайся! – Оборвал её голос одного из «Госкавалерии».

Женщина вздохнула и шагнула вперёд, на досмотр. Олег беспомощно оглянулся: сзади его уже подпирали два человека – уйти назад уже было нельзя. Если бы только этого патруля тут не было… Женщину критично осмотрели, затем последний из надзирателей и, очевидно, старший из них удовлетворительно кивнул и пропустил женщину вперёд. Она, облегчённо вздохнув, шагнула в проход с табличкой «Стара Проспект» и скрылась за углом.

– Чего стал? Вперёд!

Олег поморщился от этого рыка, но всё же повиновался. Законы здесь были – жёстче не бывает, но Олег был реалистом. Против трёх бойцов у него не было ни шанса. Олег старался не смотреть в каменные лица надзирателей и уже было шагнул к выходу, как ему преградили путь.

– Пройдёмте со мной, гражданин!

Олег вздрогнул от неожиданности. Что же? Похоже, на допрос? Как и тех двоих. «Что ж, – горько усмехнулся про себя Олег, – допрашивай. Всё равно я ничего не смогу тебе сказать. Даже если бы хотел…». И Олег прошёл в дверь, на ходу увернувшись от тычка в бок. «Госкавалерия» что-то злобно пробормотал, но повторять удара не стал. Олег прошёл мимо небольшой двери с окошечком, откуда ещё издалека слышался запинающийся голос:

– Это, наверное, какая-то ошибка… Я неделю назад получил уведомление, что в течение месяца обязуюсь навсегда покинуть Горский район…

Олег едва успел заглянуть в окошечко двери – человек сидел на небольшом кресле, привязанный к нему по рукам и ногам. И подошедший надзиратель захлопнул окно.

– Пошевеливайся, чего застрял! – Гаркнули сзади и толкнули Олега в спину.

Пробормотав что-то нелестное, тот пошёл дальше, пока они, наконец, не остановились у такой же двери. Член «Госкавалерии» толкнул дверь и прорычал:

– Давай, заходи!

Олег осторожно заглянул в дверь. Если до этого момента у него не было никакого желания идти туда, то теперь появилось желание убежать. В небольшой комнатке стояло кресло. Часть его дерматиновой обивки и подлокотники были запачканы чем-то тёмно-красным. Пол вокруг кресла тоже был в бурых пятнах. Олег попятился назад. И тут же его буквально силой впихнули в комнату. Послышался удар захлопнувшейся двери. Олег затравленно огляделся – от компьютера с огромным висящим на стене монитором отошёл ещё один член «Госкавалерии» с чёрной вязаной маской на лице и подошёл к ним.

– Помочь? – Спросил приведший Олега.

– Нет, я справлюсь, – тон ответившего не оставлял в этом сомнений.

– Давай. А я на обед, – первый вышел, захлопнув дверь.

Оставшийся член «Госкавалерии» презрительно глянул на Олега.

– Назад! Да… Поболтаем наедине.

Он отошёл к компьютеру и нажал несколько кнопок – в углу у потолка отключилась видеокамера. Внутри у Олега всё похолодело. Что же? Сейчас будет допрос? Это кресло красноречиво и в деталях дало Олегу представление о «допросе». Но что делать? Мозг заработал с невероятной силой. Надзиратель, не отворачиваясь от компьютера, потёр голову правой рукой. «Что, голова болит? – Злорадно подумал Олег, – сейчас и вправду будет болеть». И пока надзиратель не поворачивался, он бесшумно схватил со стола батон сырокопчёной колбасы. Но когда Олег уже был готов нанести удар по голове, надзиратель вдруг резко повернулся и снял маску. Колбаса выпала из рук. На него смотрело довольное лицо старого друга.

– Эй, помнишь меня?

Олег нервно засмеялся.

– Ты чего? Это же я, Сергей Ашкельдин из «Мамоново», – весело произнёс надзиратель, – помнишь?

Олег шагнул к другу и пригляделся так пристально, как только мог.

– Это и вправду ты?

– Ну, слава богу, а то я уж думал, ты меня забыл совсем.

– Ты ведь сильно изменился. Половина волос уже седые.

– А… Ну, так это… – Сергей погладил волосы, – нам с тобой обоим пришлось несладко, помнишь? Много времени прошло… А у тебя, наверное, тоже не все волосы русые. Под всей этой грязью что-то не видать!

– А чего ты хочешь, – Олег уже начал приходить в себя, – последний раз я голову мыл, когда переплывал озеро во время побега… Нет, это не может быть правдой. Откуда ты здесь?

– Я-то тут работаю. А тебя как сюда занесло?

– Откуда мне знать. Что у вас тут за концлагерь?

– Да всё нормально. Знал бы ты, куда ты чуть не уехал, если бы тебя не задержали. Кстати, прости, что напугал. Мне пришлось разыграть представление перед камерами. А ты всё такой же резкий, – сказал Сергей, показав пальцем на колбасу, лежащую на полу за Олегом, – вот смеху-то было, если бы ты меня этой колбасой огрел.

– Вряд ли тебе было бы смешно, – пробурчал Олег.

И, указав на окровавленное кресло, добавил:

– Я смотрю, неплохо ты тут устроился. И сколько у тебя сегодня было таких, как я?

– Очень остроумно, – поморщился Сергей, – я же работаю в полиции для прикрытия. Кстати, нам надо торопиться, а то возникнут подозрения. Мне и так никогда не выполнить план по избиениям.

– План по избиениям, – усмехнулся Олег, – ну-ну. Не хочешь ничего мне рассказать?

– Погоди-погоди, – ответил Сергей, не отрываясь от компьютера, – надо побыстрее дозвониться, а то ведь она меня потом с говном съест.