И вот, когда мои припасы еды уже подходили к концу, а я так и не смогла добыть себе новой, в пещеру, где я жила прибежал песец. Отец предупреждал меня насчёт него и строго-настрого наказал не убивать животное, а наоборот подкормить, даже если у меня останется последний кусок. Я так и сделала.

Через два дня у меня закончилась еда и последний кусок я разделила поровну, отдав половину песцу. Ему показалось мало, и он нырнул в мой рюкзак так быстро, что я даже не успела отреагировать. Пошарившись в нём, он не нашёл еды и убежал. К утру он вернулся и потянул меня за собой, предварительно снова обшарив мой рюкзак и ничего там не найдя, потому что животные куда-то делись и с утра я уже собиралась выдвигаться к морю чтобы попытаться наловить рыбы. Но передумала и решила пойти за песцом.

Он вёл меня очень долго, а когда мне надоело, и я развернулась в сторону моря, он преградил мне дорогу и зарычал, требуя, чтобы я продолжила идти с ним. Я вздохнула и пошла туда, куда он меня ведёт. Лишь к самому вечеру мы оказались недалеко от пещеры, в которой жило стадо ларгов.

Радости моей не было предела я уже думала, что не выживу и несколько раз ругала себя, что поддалась на зов этого животного, но в тот момент я была готова расцеловать песца, что, собственно, и сделала. Затем я, как следует подготовившись, забила одного быка и принялась его разделывать. Я была настолько рада, что совершенно перестала следить за окружением и подпустила к себе огромного йети.

Он зашёл со спины, с подветренной стороны и навис надо мной. Вы, наверное, не знаете, йети — это такой огромный мохнатый тролль. Очень опасное животное, смертельно опасное. И если ему удается подкрасться так близко, то выжить шансов практически нет.

Йети огромной мохнатой скалой навис надо мной, но даже не зарычал, он лишь усиленно принюхивался ко мне. У меня в руках был только нож, мой меч находился у меня за спиной, и вынуть из ножен я его не могла, попросту не успела бы. А морда йети всё приближалось, продолжая принюхиваться.

Я бы, наверное, воткнула нож ему в глаз, если бы он проявлял агрессию, но он проявлял лишь какой-то странный интерес ко мне, и позже я поняла, что его интересую не я, а шарф, который на мне надет.

Северное королевство.

Светлана показала всем шарф, который принадлежал мне и продолжила:

— Он обнюхивал его минуты две, я в это время замерла, боясь спугнуть удачу. Ведь йети уже порвал бы меня если захотел. Но затем он схватил меня, с лёгкостью отбил мой кинжал, сунул его в мой рюкзак и вместе со мной и моей поклажей куда-то понёсся, при этом писец радостно вереща бежал рядом.

Кто бы знал, как в тот раз я ненавидела и этого песца, и йети, и бывшего хозяина шарфа. Я уже попрощалась с жизнью, и честно скажу очень сильно испугалась, когда эта зверюга притащила меня к себе в пещеру, где его самка помешивала какое-то варево в огромном металлическом чане, стоящем на выложенном из камня костровище. Я уже думала, что меня сварят, но меня отпустили и я забилась в угол пещеры, обратив внимание на довольно большую гору оружия скиданную недалеко от меня.

Йети принялся потрошить мой рюкзак, внимательно всё обнюхивая, а песец бегал рядом, чем-то жутко обрадованный. я ещё тогда подумала, что ему возможно достанется моя косточка, за то, что привёл меня. Но каково же было моё удивление, когда йети достал рыбацкую сеть и показывая её мне закивал. Я не поняла, чего он хочет, но он продолжал трясти сетью и кивать.

Я пожала плечами, тогда он подошёл к куче оружия и слегка пнул его в мою сторону, а затем показал на него пальцем. От страха я так и не поняла, что он хотел со мной обменяться. До меня смысл того, что он хочет дошло позже, когда он достал какой-то ржавый меч, положил его возле меня, а сеть прижал к себе.

«Ты хочешь обменять этот меч на мою сеть?» — спросила я, не надеясь, что он меня поймёт, но он понял и закивал. Я сидела в углу и пыталась сообразить, что вообще тут происходит и, когда до меня начало доходить, что убивать меня никто не собирается, я начала осторожно осматривать оружие которое было разбросано по полу и нашла довольно интересные меч и кинжал и показала их йети, тот закивал и аккуратно сложил разбросанное оружие обратно в кучу, а потом с какой-то нежностью прижал сеть к себе, радуясь, что теперь она принадлежит ему.

Он отнёс её в угол и аккуратно там положил, при этом отбросив какие-то верёвки в сторону. Я осторожно подошла и посмотрела. Это была рыбацкая сеть, которую сделали северяне, но она вся была порвана. Я подняла её и мне никто возражать не стал, не зарычали и вообще не обратили на меня внимания.

Оглядев внимательно кучу с оружием, я нашла там несколько копий и взяв два воткнула их в щели на полу, затем растянула между ними часть сети и принялась латать дыры. Сначала на меня никто не обращал внимания, потом, самка что готовила еду, подошла и обнюхала меня и порванную сеть, после чего вернулась к готовке.

Не знаю, что меня сподвигло на то, что я делала, но мне захотелось починить эту сеть. Если она им не нужна, то я заберу её себе. Некоторое время за мной наблюдали, а потом йети, который принёс меня, сюда подошёл и, сев рядом, стал внимательно присматриваться к тому, как я чиню сеть. С собой я брала нить для её починки и вот она мне пригодилась.

Тут в пещеру ввалились ещё трое йети и, увидев меня, направились в мою сторону, но тот, что принёс меня грозно рыкнул и у остальных резко пропал ко мне интерес. Он ещё какое-то время наблюдал за мной, а потом протянул здоровенную руку. Я поняла для чего он это сделал и отдала ему моток с верёвкой для починки сетей. Он попытался повторить то, что делала я, но у него не вышло. Поэтому я подошла к нему и начала двигать его рукой, показывая то, как правильно чинить сеть.