– Ну и что - ?удивилась мать.
– Сегодня полнолуние...

– Она... эта луна... я понял...
– торопился мальчик, - она сделана...
– И он торжественно выпалил: - Она сделана из самого настоящего смаалэндского сыра!

– Почему ты так решил - ?с улыбкой, но самым серьезным тоном спросила мать.

– Потому что желтая... круглая... и с дырочками... Вот! Мать все же - на всякий случай!
– покачала головой.

– Боюсь, что ты ошибаешься, - как можно ласковее сказала она.
– Луна - это луна, а не сыр... И потом, откуда ты знаешь, какова она на вкус, если ты ее не пробовал?! Да, это было серьезным возражением!

– А я верю...верю...
– настойчиво повторял Кнуд, - верю, что Луна сделана из вкусного смаалэндского сыра! Ты же говорила, что у меня есть маленькая вера? Ну, хоть с горчичное зернышко?! И если не из сыра - тогда для чего же она сделана? Что ли - зря?!

– Дурачок...
– с мокрыми счастливыми глазами прошептала вслед Кнуду мать, когда он снова выскочил за дверь.

А некоторое время спустя она услышала на крыше их небольшого домика подозрительный шорох и вышла посмотреть, что это за странный шум. На крыше она увидела своего ненаглядного сына, который стоял на самом коньке и с серьезным видом длинной лыжной палкой настойчиво пытался сбить луну с темного неба. Он пыхтел и тянулся изо всех сил, но луна, сделанная, конечно, из сыра, никак не давалась...

– Сынок...
– тихо окликнула его мать.
– Для того, чтобы достать луну с неба, нужна очень, очень длинная палка...
– Я тоже пробовала... раньше. У меня тоже не получилось. И потом... иди надень варежки. У тебя, должно быть, совсем замерзли руки.

– Ты пыталась достать луну - ? заинтересованно переспросил ее сын уже на земле, кубарем скатившись с крыши. Подымаясь на цыпочки, он пытался при свете луны и звезд снизу разглядеть выражение ее лица.
– И ты не достала длинную-предлинную палку?

– Не достала, сынок...
– виновато призналась мать.

– Значит, у тебя было мало веры!
– серьезно заключил сын.
– Даже - с горчичное зернышко...

?И?перед тем, как закрывать дверь на ночь, он постоял на верхней ступеньке крыльца и прошептал, словно бы молитву или волшебное заклинание:

– А я верю... Верю, верю, что луна сделана из смаалэндского сыра... И крепко стиснул кулачки, пристукнув ими друг о дружку.

Несколько ночей подряд дул теплый юго-западный ветер, и ночное небо было покрыто плотными мохнатыми облаками, и не было видно ни луны, ни звезд... А когда сменившийся ветер разогнал облака - Кнуд глянул на нее и ахнул:

– Мама, мама!
– радостно закричал он.
– Ты только посмотри: вся луна объедена летучими мышами! Ты видишь, как они неровно отгрызли у нее краешек? Ты - видишь?!

– Вижу, сынок, - кивнула головой его мама.
– Только почему же ты думаешь, что луну объели летучие мыши, а?

– Ну, мама...
– засмеялся Кнуд, - как же ты не понимаешь, что домашние серые мыши не могли съесть этот сыр: они же не умеют летать!

– Да...
– согласилась мать.
– Это верно. Я не догадалась.

– Вот видишь, вот видишь!
– приплясывал Кнуд Свенсон, маленький житель небольшой северной страны на берегу холодного моря.
– Я имел веру.. размером с горчичное зернышко, и маленькие мыши погрызли большую Луну!

– Еще бы...
– сказала мать тихо...
– Ведь твоя Луна и в самом деле сделана из смаалэндского сыра!

КОД "ИКС"

– Поздравляю вас, господин Президент!
– сказал Врач. Он стянул резиновые перчатки, несколько раз согнул и разогнул освобожденные пальцы и впервые за двое суток слабо улыбнулся.
– Теперь я гарантирую жизнь вашего сына. Да поможет нам Бог!

– Бог - это вы!
– немного высокопарно, но совершенно искренно вырвалось у Президента.
– Оказывается, я не только Отец Нации. Я - всего-навсего отец...

– Я тоже... был... отцом - грустно произнес Врач.
– Но мой мальчик... погиб далеко отсюда. Слишком далеко... И я ничем не смог помочь ему. Ничем!

– Мы отомстим им!
– пылко пообещал Президент, словно бы мгновенно поднявшись на трибуну с сияющим на ней государственным гербом.
– Мы сотрем этих шестиконечных археронцев в космическую пыль! Наш звездный флот приведен в боевую готовность! И стоявший за спиной Президента рослый адъютант в традиционной военно-морской форме с золотым шнуром аксельбанта невольно вытянулся по стойке "смирно". В левой его руке, надежно прикрепленный металластовой цепочкой к запястью, покачнулся знаменитый черный сейф-чемоданчик с торчащей из него гибкой и короткой антеннкой, - словно одинокий усик спрятанного там неведомого опасного насекомого... В этом чемоданчике, как было известно на Планете всем и каждому, находилось личное переговорное устройство Президента для связи со всеми планетными и межпланетными базами.

– Вы не сможете начать войну, господин Президент...
– тихо, очень тихо, пожалуй даже слишком тихо для угрозы сказал Врач, но тем не менее охранники Президента насторожились и руки их цепко легли на рукоятки лучеметов.

– Кто сможет диктовать мне свою волю - ?удивился Президент.

– Ваш сын, сэр...

– Сын?! Моя новорожденная кроха?!

– Да, сэр... При проведении этой отчаянной операции я вживил в его сердце микропередатчик с кодом "икс", господин Президент...