— А самому царевичу повязку снять западло… — с мерзкой гримасой произнёс Рома.

— Направление боюсь потерять, — буркнул Ваня, отдавая лук и доставая смартфон. И почему-то он совсем не удивился, увидев, что линия направления на электронной карте упирается в Синь-камень.

Ещё раз криво усмехнувшись, он спросил:

— Ну, я пойду?

— Как искать будешь? — уточнил Полоцкий.

— Приеду на такси и заберу. А если что — маятник с собой.

— Вперёд! — благословил его начальник кафедры и Ваня отправился за своим щастьем.

Искать такси не пришлось: на площади перед Пятёрочкой обнаружился Ник со своим мотоциклом. Вернее, это он обнаружил Ваню, который аж вздрогнул от окрика из-за спины:

— Эй, москвич! От учёбы отлыниваешь?

— Вау! Ник! — обрадовался Ваня. — Нет не отлыниваю. Учусь я тут.

— Тут? — удивился летний приятель и тут же догадался, уточнил одними губами: — Спец?…

Ваня сделал таинственное лицо и приложил палец к губам. Ник округлил глаза в искреннем удивлении:

— Когда успел-то?

— Это не я успел, это меня успели. В последнюю неделю.

— Фига себе!

— Да сам охренел! Слушай! Выручи! А?

— Чего надо?

— Надо смотаться к Синь-камню. По учёбе.

— А чего, ваши транспортом не обеспечивают?

— А у нас всё по взрослому! — гордо выпятил грудь Ваня. — Никто за ручку не водит и сопельки не вытирают. Всё сам.

— Серьёзно. Но только, Вань, не как в тот раз!

Ваня поморщился:

— Если я правильно понимаю, там минутное дело.

— А если неправильно?

Вопрос насчёт «неправильно» Ваню откровенно напряг, потому что если вот там его мавки не найдётся, то во всей остроте встаёт вопрос: «А что всё ЭТО значит?». А вопрос: «Что со всем ЭТИМ делать?», становится просто не решаем. Но, задавив в себе сомнения, он с легкомысленным видом отмахнулся:

— На месте разберусь. Ну чего, подбросишь?

— Да тебя без присмотра оставлять — себе дороже выйдет! Поехали.

Конечно, было уже заметно прохладнее и сумрачнее, чем в прошлый раз, но хоть осенние дожди ещё не начались, земля оставалась сухой и для мотоцикла проходимой. Так и доехали до места своей прежней стоянки.

Ванины расчёты оправдались полностью: в одной из берёз возле самого Камня торчала стрела, а на стреле вольготно обвилась знакомая уже гадюка.

— Видишь, — кивнул Ваня на это зрелище, — в сказку играли.

— А тебе, значит, вместо царевны лягушки, царевну гадюку приспособили? — хмыкнул Ник, но было видно, как он напряжён.

— Забей, это всё тянется с того случая, когда я тут в болото нырял.

— Ты это, смотри, осторожней, эта нечисть хитрая, чего бы там в ваших книжках не писали. Так и не заметишь, как сядешь в приказ к лешему.

Ваня на секунду задумался:

— А знаешь, брат, спасибо… я поберегусь!

Сказав это он решительно подошёл к той самой берёзе и протянул руку к висящей на стреле гадюке:

— Ну, иди сюда, всё одно, никуда друг от друга не денемся.

Змея недовольно зашипела и переползла на руку, плотно обвиваясь вокруг запястья. Ваня вырвал стрелу и пошёл обратно к товарищу. И в этот момент звякнул телефон.

— Ты как? — коротко спросил Соловей.

— Я всё, — столь же коротко ответил Ваня. — Еду обратно.

— Молодец! Дуй к себе в избу, знакомься там. До обеда все свободны.

— Что-то случилось?

— Да!… Ромка в лесу потерялся, сейчас пойдём его ловить.

— Так может я…

— Сидите там и не суйтесь! А то потом ещё всех вас по лесу собирать!

На том начальство отключилось и Ваня направился к ошалевшему от виденного приятелю.

— Ну у вас там и… — только и сумел выговорить Ник.

— Ага, — согласился Ваня. — Вот так и живём. До почты можешь подбросить?

При этом он так и не смог вытравить из своего голоса заметную долю скепсиса.

Какое-то время пришлось потратить на то, чтобы упаковать мавку, которая ну никак не хотела лезть во внутренний карман куртки, но всё-таки Ваня её в конце концов уговорил. Правда по пути домой любопытная гадючья мордочка всё время высовывалась у него из-за ворота.

В большой избе собрались все девушки, из юношей были Миша и Глеб Кротов, их стрелы вылетев из лука просто упали на пол башни. И так три раза, после чего Полоцкий отобрал у них лук и сказал, что сегодня, видать, не судьба. А вот у Феди и Ромки стрелы умотали куда-то вдаль, но Федя через пол часа сообщил, что едет назад с добычей, а Рома пропал.