— Лабладут! — выкрик отвлек мужчин от их мыслей, а один из них пролил на себя вино.

— Да! Лабладут — молодец! — подыграли они жрецу, на всякий случай.

Последние дни оперативники спят исключительно по очереди. Как минимум, один из них всегда стоит на страже. Ведь пусть Гульф и похож на добряка, но рассказанные стражниками истории они запомнили хорошо. С другой стороны, в их жизнях хотя бы появился этот самый сон. Причем не на каменном полу, а в удобных креслах.

— А может в секту вступим? — предложил один из оперативников. — Я так понял, Лабладута здесь уважают, и к нам отношение получше будет.

— Не… — помотал головой Константин. — Предложение хорошее, но лучше так не рисковать. Вдруг этот парень и есть Булатов, и он нас опять проверяет?

— И то верно, — согласились остальные. Они хорошо запомнили слова Михаила о верности Империи. А вступление в секту можно воспринять, как предательство.

В последнее время Булатов стал объектом паранойи у оперативников. Даже когда их вывели на прогулку в общий двор, в одного из них врезался старик. Его оттолкнули и хотели отругать, но тот просто развернулся и покачал головой.

— Вы очень невоспитанные, и совсем не уважаете старость! — недовольно пробурчал старик, — А кого вы, кстати, уважаете? Очень интересно узнать, кто этот человек!

В общем, оперативники сразу извинились, и даже помогли старцу дойти туда, куда он шел. И в итоге, пришли к турникам. После чего старик сделал два подхода по девяносто раз. Тогда оперативники поняли, что даже если это не Булатов, они всё сделали правильно. Как ни крути, а в магических ошейниках и под воздействием ослабляющих зелий подтянуться почти двести раз — это сильно. Не успели они отойти от шока, как прогулка закончилась, и их отправили в душ. Всё же в королевскую камеру стоит приходить в чистом виде, иначе стражникам потом придется все отмывать и проветривать её неделями.

Холодный душ оперативники принимали обособленно, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, а заодно обсуждали планы побега. Каждый предлагал всё новые варианты, а остальные всё также отметали их. Рыть ложкой подкоп бесполезно, так как стены сделаны из камня, и до воли придется копать полкилометра. А Одаренных земли среди них нет.

— Надо выбираться… Если не на свободу, то в другую камеру, точно. Жрец мне не нравится, — помотал головой Константин, а остальные согласились с ним. Да, в королевском номере значительно комфортнее, но жить в постоянной тревоге тоже сложно. Лучше спать на камне, чем так.

Они успели поговорить о многом, но за всё это время никаким образом, ни одной фразой или даже словом не упомянули Булатова. Не сказали про него ни плохого, ни хорошего.

— Как вариант, можем начать шуметь и кричать на надзирателей, тогда нас переведут… — предложил один из них.

— Ага, конечно. Гульф говорил, насколько не любит шум. Так что привлечешь ты только его…

— Не, я для мужиков непривлекательный, — пошутил мужчина, и в этот момент ему на плечо легла массивная ладонь. Настолько массивная, что даже не поместилась на плече.

Оперативники медленно обернулись, и увидели перед собой огромного толстого и уродливого лысого мужика в набедренной повязке. Судя по всему, это потомок огров, полукровка, ведь человек не может быть ростом под три метра.

— Кто мыло уронил? — пробасил монстр, указав своим огромным пальцем на слив воды.

Эти четверо людей дружат уже не первый год, а то и не первое десятилетие. Они вместе, плечом к плечу, прошли через множество сражений, учились в школе разведчиков, попадали во множество передряг. И всегда стояли друг за друга стеной, никогда не давали своих в обиду. Но в этот раз что-то пошло не так, и трое оперативников сразу указали на четвертого. Того, кто действительно уронил мыло.

— Эй! Сволочи! — воскликнул тот.

— Пойдешь со мной, — огромная лапа легла на плечо бедолаге, и потянула в сторону выхода из душевой.

Вот так они и лишились напарника… Понимая, что этого бедолагу там может ждать, они уже смирились, что он вряд ли вернется. А если и вернется, то прежним человеком уже не будет. Судя по всему, этот огр явно непростой заключенный. Видимо, работает на надзирателей и помогает им наказывать других… Оригинальным способом. Так что, вернувшись в камеру, мужчины помянули своего друга и вспомнили его добрым словом. А на утро он вернулся…

— Ну что? Как? — сразу подскочили оперативники. — Хотя нет, не говори! Не надо! Мы не хотим знать, через какие тебе пришлось пройти испытания.

Измученный и уставший оперативник взял стакан. После чего поставил его на стол и схватил кувшин, тут же приложившись и осушив его до дна.

— Всю ночь… — вздохнул изможденный боец, и присел на кресло, чем сильно удивил остальных. Никто не думал, что после такого он сможет сидеть. — Всю ночь я варил мыло. Сначала оно получилось слишком жидким, потом брикеты были неровные. И каждый раз этот монстр заставлял переделывать заново. Всё время, пока я не добился идеала!