– Прости, я ничем не могу тебе помочь! Я бы очень хотела, но я такая же пленница, как и ты! Я лишь могу сыграть тебе мелодию на скрипке, чтобы сердце твоё немного успокоилось.

Ольга ответила ей, что она не против, чтобы Альма сыграла. В этот момент все в бараке не спали. Альма встала в центре барака, взяв скрипку, в руки она начала играть, играла она «Адажио» Алессандро Марчелло.

Музыка лилась по бараку №10. Все сразу смолкли каждый думал о своем. О том далеком времени, когда не было войны и где все любимые и родные люди были живыми и были рядом. А музыка лилась, унося в водоворот воспоминаний. Единственное, что сближает людей, несмотря на расы, нации и происхождения – это музыка. Так и сейчас в этом грязном, сыром бараке звучали её звуки. Они казались волшебными, потому что они были как из другого мира. Мира – любви и добра, радости и счастья. Мира – где не было зла и ненависти, войн и несчастий. Где не убивали людей, только за то, что они другой нации и у них другого цвета кожа. Где все были равны и жили в гармонии как друг с другом, так и с природой.

Но не только женщины из барака №10 наслаждались игрой Альмы на скрипке, за дверьми стояла Мария Мандель и тоже слушала игру Альмы. Она была поражена игрой Альмы ещё в первый раз, когда услышала её игру. А сейчас она просто влюбилась в её игру. Про себя она подумала: «Ну вот Мария, ты и нашла первую скрипку для своего оркестра, о котором ты так давно мечтала. Я её завтра позову сыграть на дне рождения нашего коменданта Рудольфа, пусть все услышат, какой я бриллиант нашла. Она обязательно научит других девушек из моего оркестра играть также великолепно, как играет она. И у меня будет самый лучший оркестр среди всех немецких концентрационных лагерей!». Подумав об этом, она, улыбнувшись пошла в офицерскую.

Мария Мандель не одна стояла за дверьми барака и наслаждалась звуками скрипки Альмы, был и ещё один человек, который увидев, Марию спрятался между соседним бараком и бараком Альмы, чтобы Мария его не заметила и тоже слушал скрипку Альмы. Это был вчерашний охранник – Рудольф. Он, найдя между досок, из которых был сделан барак, небольшую щелку, увидел Альму и любовался ею. Она была стройной шатенкой со вьющимися волосами и с большими глазами. Он любовался ею, как пылкий влюбленный юноша, он сам не понимал, что с ним происходит и почему ему нравится Альма. Но что-то страшное и необъяснимое тянуло его к ней. Он весь день только и думал о ней, он всё время, когда были свободные минуты доставал из кармана листок, на котором он нарисовал её глаза и изредка, чтобы не увидели его товарищи любовался ими.

Наутро в барак №10 вошли эсэсовцы, наши старые знакомые – Фридрих, Рудольф и Генрих. И с ними вместе вошел тот самый симпатичный молодой человек, которого Альма видела на перроне, когда приехала и который отобрал у матери близнецов. Он был сегодня в форме СС, но поверх кителя у него был надет медицинский халат. Халат был ослепительно белым, но внизу сбоку на нем были свежие пятна крови. Зайдя в барак, он сразу надел перчатки и сказал женщинам, чтобы они встали со своих мест и построились в шеренгу посередине барака.

Он подходил к каждой, внимательно осматривал снизу до верху, открывал рот, осматривал зубы, рассматривал руки. Когда он всех осмотрел он указал на Ольгу, Машу, Катерину и Альму. И сказал им, чтобы они пошли за ним. Фридрих, увидев, это злобно усмехнулся, взглянув на Альму. Когда она проходила мимо него он злобно зашипел над её ухом:

– Ну, всё грязная еврейка, пришел твой час!

Альма ничего ему не ответила, лишь презрительно посмотрела на него и прошла мимо. В этот момент Рудольф, увидев, что Йозеф выбрал Альму и поняв, какая участь её ждет, подошел к нему и робко сказал ему:

– Господин Йозеф, её нельзя отправлять на опыты, – указывая на Альму, сказал он и продолжил, – её вчера выбрала Мария Мандель, чтобы она играла на скрипке узницам.

Йозеф с любопытством посмотрел сначала на Рудольфа, а потом на Альму и усмехнувшись ответил ему:

– Да ты что? У нас тут появились неприкосновенные! Мне Мария ничего не сказала, поэтому я не в курсе этого. А раз я ничего не знаю, значит я могу делать всё, что захочу.

Рудольф, испугавшись гнева Йозефа, не стал ему перечить и опустив голову вниз с сожалением посмотрел на Альму, потому что он ничем не мог ей помочь. Сердце его в этот момент разрывалось на части.

К большому счастью Рудольфа и Альмы в этот момент в дверях барака показалась Мария Мандель, она спешила за Альмой. Она, увидев, что происходит сказала Йозефу:

– Йозеф, вот эту еврейку пожалуйста не трогай! – при этих словах она указала на Альму. – Это мой – военный трофей!

Йозеф презрительно посмотрел на Альму, усмехнулся и сказал:

– Хорошо. Я вижу, она попала в «хорошие» руки.

При этих словах они оба рассмеялись. И Мария Мандель сказала ему:

– Сегодня на дне рождении нашего коменданта, ты увидишь, что умеет делать эта еврейка!

– Меня как вы знаете мало интересует, что умеют делать люди. Меня больше интересует, что я умею делать над ними. Вы же знаете, что я ученый и мне нужно проводить научные исследования. – ответил он ей.

Мария прикоснулась к его рукаву, улыбнулась ему и сказала:

– Йозеф, не будь занудой! Сегодня вечером ты должен будешь прийти на день рождение к господину Рудольфу. Всё-таки он наш – комендант. А эта еврейка, её зовут Альма – мой подарок ему и всем. Ты должен увидеть, как она виртуозно играет на скрипке.

Конец ознакомительного фрагмента.