В его глазах на миг зародились сомнения, я не стал больше ему ничего говорить, просто убрал ногу с его груди и спокойно уселся на металлический стул, предоставив этого паренька самому себе. Я же стал просто потирать запястья и время от времени поглядывать на него. Бойцы снаружи зашевелились в тот момент, когда я бросил Макса, но не вошли, так как команды не было. Так что обстановка сохранялась относительно спокойно-напряжённой. Как всегда.

— Выпускать я тебя всё равно не имею права, — спустя минут пять, когда он поднялся на ноги и уже какое-то время сидел в своём кресле, начал говорить он, — тебя задержал не я, а высший орган военной власти в этом городе. Ты — его заключенный, а не мой. Но мы с тобой ещё встретимся и поговорим. К тебе у меня есть ещё множество вопросов.

— Постараюсь найти на все вопросы нужные тебе ответы, — сказал я и, отодвинувшись в сторону, указал руками с раскрытыми ладонями в сторону двери, — но чувствую, что это будет не сейчас.

— Завтра ещё поговорим и послезавтра, — кивая словно самому себе, сказал Макс, выходя из камеры, дверь которой в данный момент была уже открыта, а стволы оружия смотрели ровно на меня. — У нас есть много времени впереди.

Значит, команды с помощью чипов. Все, как всегда.

— Времени на самом деле нет, — сказал я, снова слыша отдалённый шёпот той, кого нужно уничтожить, чтобы остановить гибель мира. — Нужно действовать сейчас, пока не стало слишком поздно.

— Говори, сука, где центр управления тварями? — в очередной раз ударил меня по лицу офицер-дознаватель, пытаясь выудить из меня совершенно безумную информацию.

Где-то мы это уже проходили… как же хочется врезать этому уроду…

— Кха, — с лёгким смехом после удара помотал я головой, восстанавливая координацию. — Я бы сказал где, но мой ответ тебя вообще не устроит.

— Говори! — твёрдо приказал он, поднеся кулак мне к носу.

— Только потом не ругайся из-за этого, — сказал я, еле сдерживая улыбку. — Так вот, центр там, откуда ты вылез при рожде… Кха, сука…

— Сам ты, сука! — сказал этот садист после удара, после чего следом прилетел в моё лицо ещё один удар, а за ним ещё и ещё.

Уже шел вроде бы десятый день моего заключения в этом месте. Сперва ко мне приходил этот офицер, избивая каждый долбанный день, но при этом не меняя методов и вопросов. А после него, спустя, наверное, часа два, ко мне заходил Макс, с которым мы минут по десять общались.

Все наши разговоры сводились к одному единственному. Я пытался его убедить в том, что меня послал именно Хендмейн, а не Тьма. Но уже сам факт того, что он продолжал ходить ко мне, обозначал наличие какого-никакого, а доверия. Значит, что-то есть в нём рациональное, он пытался определить достоверность моих слов, вот и тянул…

Но я так долго терпеть точно не смогу. Я уже сбегал из тюрьмы, сбегал из ада… это место меня не удержит. Если понадобится… я буду использовать своего внутреннего монстра, чтобы вырваться отсюда. Ведь любая плоть может стать частью меня, стать подконтрольным веществом.

А потом… потом я начну свои поиски. Пойду искать виновных и освобождать из-под гнёта системы невинных. Даже если придётся идти по трупам.

Очередная пытка. Очередные попытки вытащить из моей головы какую-то бредовую информацию, которой нет и в помине. Зачем и почему… я не понимал. Возможно, все эти люди понимали, что на планете нет ничего такого… но как я им это смогу объяснить? Чёрт, я даже сам не понимаю, как эта чёртова связь между всем ксеноцитом поддерживается!

— Хватит, — раздалась позади офицера усталым голосом команда, после чего этот «уважаемый» опустил свои руки и развернулся в сторону выхода. — Правильно. Уходи.

Фыркнув, офицер вышел из помещения и свернул не направо, как он это делал всегда, а налево. Я даже в какой-то степени удивился этому факту, но всё же не дал своему удивлению показаться и быстро взял себя в руки, после чего вопросительно посмотрел на Макса.

— Сложно объяснять, — растерянно сказал он, смотря на меня так, словно увидел во мне что-то такое, что способно умерших возвращать на тот свет. — Имя Алисия тебе о чем-нибудь говорит?

— Говорит, — кивнул я, слушая, как у меня хрустят позвонки от усталости. — Даже больше скажу, она прилетела вместе со мной на этот континент.

— Я думал… что она умерла… — как-то растерянно сказал Макс, смотря на свои раскрытые ладони, а потом продолжил, моментально взяв себя в руки. — Я лично своими глазами видел, как тварь, одна из изменённых ксеноцитом, ударила её в глаз, пробивая голову насквозь.

— А это случайно не правый глаз? — решил я на всякий случай уточнить, так как именно правый глаз у Алисии до момента срыва с катушек был изменён.

— А я помню? — усмехнулся впервые, хоть и с нотками истерики Макс. — Просто видел, как её глаз пронзила тварь, а я эту тварь тут же лишил головы, да и всего остального тела. А когда я подошёл к девушке, то обнаружил, что она мертва. Ни дыхания, ни сердцебиения не было. Завести даже не пытался, ибо ей зацепили тем ударом мозг. Все сканирования показывали, что она умерла. Да и в ней не было ничего, что могло бы завести её, как тебя. А вчера я узнал, что она жива и почти в полном здравии. Как это понимать?