– Мама, не надо! – размазывал слезы по щекам Ванюшка.

– И ты, туда же! Рот матери затыкать вздумал! Отродье свиное! – крикнула мать, отшвырнув сынишку.

Ванюшка больно ударился носом о дверной косяк и, размазывая слезы и кровь по щекам, поискал глазами Машуню.

Младшая сестренка смотрела на происходящее из-под лавки круглыми от страха, полными слез глазами…

Глядя на нее, сердце у Ванюшки сжалось от боли…

– Смотри, сама «щенков» не убей! На меня, ведь люди подумают! Ты – то у нас «золотая»! Да вот только никто не знает, какая ты на самом деле! – махал кулаками отец.

– И что не убить – то? Я их родила, я их и пришибу! Надоели мне вы все! Куда мне от вас деться – то? Пойти повеситься, что – ли? – запричитала мать.

– О, давай, давай! Я хоть отмучаюсь! – проворчал уставшим голосом отец и грузно повалился на лавку.

– Ммммаммочка! Ннне надо! – схватила мать за рукав, выскочившая из-под лавки Машуня.

– Что, не надо? Конечно! Надо повеситься и дело с концом!

Ванюшка знал, что она говорит пустые слова, но всегда с тоской смотрел на Машуню в этот момент. Она верит, она слишком мала, чтобы что-то понимать. Она просто принимает все всерьез…

Ванюшка очень злился за это на мать. Зачем играть на чувствах детей, ведь они с Машуней не виноваты в том, что они родились, и что она выбрала себе в мужья их отца…

– Больно тебе, мамочка? – прижавшись щекой к материнской руке, спросила Машуня.

– Ишь, жалельщица нашлась! Иди папашу пожалей, он же самый несчастный в доме! – швырнула мать дочку в угол.

Машуня, пролетев по кухне, упала на колени, ткнувшись лицом в стену, и горько заплакала…

– Не трожь ее! – заорал Ванюшка. – Не трожь, а то я вас обоих убью!

Он почувствовал, что в этот момент в голове, в душе и в сердце натянулась какая-то невидимая тонкая струна и с треском лопнула…

– Я ненавижу вас! Ненавижу! Ненавижу! – стучал он кулачками, лежа на полу среди смятых и растоптанных цветных фонариков, ждущих еще час назад новогодней елки, которую должен был принести отец…

Эти фонарики Ванюшка с Машуней клеили и раскрашивали всю осень…

– Дождались, мать! Сын родной нас с тобой убить хочет! – крякнул отец и посмотрел на жену.

– Вот ведь, бесовское отродье! Дождались! – закивала мать.

– За это надо выпить! Вдруг и вправду последний день живу! – захохотал отец.

– Так, ведь и праздник сегодня, Новый год! – засуетилась мать.

Еще через мгновение отец и мать, как ни в чем небывало, сидели за столом и дружно разговаривали…

Ванюшка прошел через кухню по забрызганным кровью и слезами новогодним фонарикам, поднял с колен Машуню и, накинув на нее пальтишко, подтолкнул к двери.

– Куда? – гаркнул отец.

– Пусть проветрятся, может, поумнеют! Никуда не денутся, почти ночь на дворе, – махнула мать на детей рукой…

Дети вышли во двор и молча сели на завалинку.

– Светло, как днем! – воскликнула удивленно Машуня, сбивая с поленьев пушистый снег.

На ночном небе светила полная луна, и ее свет мягко разливался вокруг, наполняя морозное пространство чем-то загадочным. Звезды тихо мерцали, и без труда можно было увидеть Ковш Большой Медведицы.

Ванюшка любил зиму. Она казалась ему волшебной из-за искрящегося на солнце снега, и домашней работы не так много как летом, есть время на санках покататься, а самое главное зимой любимый праздник – Новый год.

– С Новым годом, Машуня… – тихо сказал Ванюшка.

– А Дед Мороз к нам так и не пришел… и подарков не принес…– печально прошептала Машуня.

– Нет, нет! – заторопился Ванюшка, роясь по карманам, – Приходил он, стучался, заходить не захотел, очень уж торопился! Вот! Для тебя передал! – с этими словами Ванюшка протянул Машуне блестящий елочный шарик, на который собирал деньги полгода…

– Ой, какой он красивый, волшебный! – затаила дыхание Машуня, боясь взять шарик в руки. Ой, а для тебя подарок? – растерянно посмотрела она на брата.

– Ты мой подарок, Машуня! Как хорошо, что я не один на белом свете! Бери, не бойся! Загадывай желание! – ласково погладил сестренку по головке Ванюшка.

– Хочу, чтобы папа и мама любили друг друга крепко – крепко! – зажмурилась Машуня.

– Помоги нам, Господи… – глядя на Машуню, прошептал Ванюшка.

Еще долго дети смотрели на блестящий елочный шарик, в котором отражались звезды, и не замечали, как замерзают…