Она опустила голову, глядя на него исподлобья. В голове проносились мысли: «Они не нашли шляпу. Иначе уже открыли бы её секрет. Неизвестно — то ли Жэй до неё не добрался, то ли сумел перепрятать. Скорее всего, шляпы просто не было в сундуке, иначе они достали бы её раньше него. Сейчас они наверняка ищут шляпу, опрашивают всех кто был на ладье и мог достать её из сундука».

Посмотрев в глаза Колдуна, Мира сказала:

— Найди шляпу и сам всё узнаешь.

Он поднял брови:

— Почему ты думаешь, что мы не отняли шляпу у твоего поклонника?

— Тебя бы здесь сейчас не было, — ответила она.

— Хм, — он снял с пояса висящую на ремне сумку, стал неторопливо отдирать от стены и складывать в неё слухунов. Мира наблюдала за ним, ощущая, как внутри всё трясётся от бессильной злобы и отчаяния. Ей казалось, что она стоит над обрывом, а внизу клокочет бурная река. И некуда уйти. А Река просит выпустить её из оков скал, скалит клыки-волны, царапает камень.

«Может покончить со всем разом? — подумала Мира. — Вот мы здесь вдвоём, он и я. Он сделал так, чтобы я не могла выйти из этой комнаты, была заключена в ней, как моллюск в раковине. Так пусть и он отсюда не выйдет».

— Ты зря пришёл ко мне один, — тихо сказала она.

Рука Колдуна, в которой он держал слухуна, задержалась возле сумки.

— Тебе нужна вода? Так я сейчас её дам!
– добавила Мира и приказала Реке подняться выше, затопить скалы, ринуться по ущелью, расшвыривая встающие на пути камни. Сквозь трещины в полу и стенах начала просачиваться вода. Она прибывала очень быстро, так что скоро уже доходила Мире до колен.

Приказав двери не открываться, она сказала, глядя в лицо Колдуна:

— Вы трое — ты, Окато и Хранитель — отняли у меня всех, кто мне дорог. И ты прав, я не жертва. Я воин, а погибнуть в бою — достойно.

Вновь губы Колдуна скривила насмешливая улыбка:

— Хорошо сказано, но ты захлебнёшься ещё до начала боя.

— Ты не выйдешь из этой камеры, как и я, — процедила она сквозь зубы.

Её сбивало с толку, почему он даже не пытается уйти? Почему стоит и смотрит на неё с улыбкой, как на ребёнка, пугающего его бабайкой? Вода уже поднялась ей по грудь, а ему чуть выше пояса. Поток был так силён, что Мира схватилась за спинку кровати, чтобы устоять на ногах. Деревянный стол плавал по комнате от стены к стене, словно брошенная лодка. Вокруг него, подобно медузам кружились слухуны.

— Мира, остановись, — сказал Колдун. — Ты совершаешь ошибку. Хотя твоя смелость вызывает некоторое уважение, она глупа.

Мира упрямо сжала губы. Вода всё прибывала.

— Ладно, сейчас я покажу тебе, в чём глупость твоего поступка, — устало произнёс Колдун. — Смотри, как я умею.

С этими словами он превратился в огромную чёрную рыбину с удлиненным лучом хвоста, напоминающим меч. По воде мимо Миры проплыла его одежда.

— А ты так умеешь? — спросил у Миры в голове голос Колдуна.

— Нет, — прошептала она, потрясённо глядя на рыбу.

Колдун поднырнул под столом, взмахнул хвостом и разрубил стол надвое.

— Спускай воду, Мира! — прозвучал в её голове его насмешливый голос. — Спускай, пока ещё не поздно.

В памяти вспышкой возник сон, в котором она ходила по-пустому, полуразрушенному дому, а вокруг в воздухе плавали рыбы. Живые, огромные, магические. Вода достигла подбородка.

Мира поняла, что проиграла. Опять.

— Уйди! — простонала она, обращаясь к воде.

На несколько мгновений та остановилась, а затем начала стремительно убывать, возвращаясь в ущелье.

Колдун опять стал мужчиной с красивым, мускулистым телом. Достав из воды мокрую одежду стража, он начал отжимать её, глядя на Миру с насмешкой.

— Надеюсь, этот урок убедит тебя, что пора перестать упорствовать, — сказал Колдун.

Она сильнее впилась пальцами в спинку кровати.

Колдун с сомнением посмотрел на одежду, видимо раздумывая, одеваться или нет. Затем разорвал рубаху в ленту и обмотал вокруг бёдер. Остальные вещи движением руки превратил в пыль. После чего стал неторопливо собирать с пола слухунов и вновь складывать их в суму. Чуть повернув голову, Мира наблюдала за тем, как перекатываются мускулы под его влажной кожей бронзового цвета. В целом она понимала, почему Даяна потеряла от этого мужчины голову, но самой Мире он ничего кроме отвращения не внушал.

Убрав в суму последнего слухуна и завязав тесёмку, Колдун подошёл к Мире и остановился за спиной так близко, что его влажное тело коснулось её. Мира отшатнулась в сторону, но он удержал её за плечи.

— В Башне любое твоё действие обречено на поражение, — шепнул Колдун ей на ухо. — Это территория Ордена.

Мира сглотнула комок слёз и отвернулась.

— Что же, подождём ещё немного, — сказал он. — Уверен, рано или поздно ты одумаешься и покоришься.

Он бесшумно открыл дверь, вышел и также бесшумно закрыл её за собой. Мира зажмурилась и заорала от бессилия.