Шрифт:
Перищенко упал с табурета на колени и трижды перекрестился.
— Прекратить балаган! — взревел полицмейстер и ударил рукой по столу. Чернильный прибор, жалобно звякнув, подпрыгнул на грязно-зеленом сукне.
Остап поспешно сел обратно на табурет и замолчал, глядя исподлобья на Цеховского. Старый сыщик продолжил допрос, смотря через грязные стекла пенсне в исписанный желтый лист:
— Так, ладно, бог с ним, с поджогом. Скажи нам, откуда куклы у тебя в имении?
Остап расхохотался:
— Как откуда? Я ж говорив вам, шо ходил кукольником! А как до хаты пишов, так всех друзив маленьких с собой забрал, на память.
— Хорошо, тогда отчего ж у некоторых из них ручки или ножки нет?
— Как отчего? — удивился Перищенко. — Они ж мои побратимы боевые, не в лавке, поди, на витрине стояли. Народец-то бывает дурний, хуже скаженного, могут и оторвать ручку у Петрушки. С них станется!
Остап замолчал, Муромцев подошел к Цеховскому и тихо спросил:
— Вячеслав Иванович, надеюсь, вы понимаете, что это все шито белыми нитками?
Полицмейстер язвительно улыбнулся и так же тихо ответил:
— Прекрасно понимаю, Роман Мирославович. Но! Для отчета начальству этого вполне хватит. Задержанный Перищенко полностью вписывается в вашу схему, не правда ли? Отчим жесток, избивал его сызмальства, издевался всячески. Сам молодой человек, как видите, с признаками помешательства. Потом бегство из дома, драки, убийства, поджоги. И главное — найдены куклы без ручек. Уверяю вас, в убийствах он сознается, это дело времени и мастерства наших ребят.
Муромцев помрачнел и, не скрывая гнева, произнес:
— Это замечательно, но что, если настоящий маньяк опять кого-то убьет?
— А вот вы и сделайте так, — снова кровожадно улыбнулся Цеховский, — чтобы этого не произошло. Уж вы постарайтесь, господин Муромцев. На то вы и «Ловцы черных душ».
Роман ничего не ответил и, бросив взгляд на Нестора с Лилией, вышел из допросной.
Глава 16
Не дожидаясь окончания допроса Перищенко, в виновности которого Муромцев сильно сомневался, Роман, Нестор и Лилия вышли во внутренний двор полицейского управления и расположились на скамейке в тени старого ореха. Нестор, просидев буквально несколько секунд, тут же вскочил и, выбивая башмаками пыль из жухлой травы, принялся ходить взад-вперед перед скамьей, громко размышляя вслух:
— Ну, конечно, Роман Мирославович, Перищенко никакой не убийца! Но ведь сей факт в полиции никого не интересует, истина их не интересует, вот! Может, нам тогда самим провести сыск, свой собственный? Предлагаю начать прямо сейчас! Что скажете, господа? — Он осекся. — Кхм, и дамы, разумеется! — Нестор наконец успокоился и присел на край скамьи.
Как только он умолк, Лилия, бросив взгляд на Муромцева, заявила:
— Если вы не против, я расскажу вам о своих предположениях.
Барабанов снова вскочил, выкрикнув:
— Я готов начать расследование вместе с вами, Лилия!
— Мне не давали покоя мои видения из городского морга, — пропустив слова Нестора мимо ушей, сказала Ансельм. — Вы помните, что там было?
— Так, минутку, — пробормотал Нестор, листая засаленный блокнот, — вот, нашел! Вы как будто танцевали с кем-то, а после танца опустились на колени и далее словно что-то откусывали. Так мы пришли к выводу, что убийца откусывал пальцы у жертв. И вы оказались правы, ведь до того полиция предполагала, что пальцы отсекались клещами.
Обычно бледное лицо Лилии занялось румянцем, что не скрылось от внимания Барабанова.
— Да, вы говорили об этом, — тихо ответила она, — увы, с танцем я до сих пор не могу разобраться, что он может значить. Так же, как не могу понять, что с этим откусыванием на коленях. Но у меня есть и прогресс — я вспомнила, что все эти умершие были одновременно в одном месте.
У сторожевой черно-белой будки вдруг залился хриплым лаем старый пес, и Лилия вздрогнула. Муромцев тронул ее за плечо и мягко сказал:
— Спокойно, Лилия, вы устали, и ваша нервная система взвинчена. А что касается того, что вы видели все те трупы в одном месте, словно на фотографии, то да, мы это зафиксировали. Однако эта версия не нашла подтверждения. Жертвы никогда не собирались вместе, как на фото. Они никогда не пересекались, так как жили в разное время, в разных городах и губерниях.
— Вот и я говорю, — вставил Нестор, гладя по голове подошедшего черного пса, который напугал Лилию, — что версия о том, будто жертвы были хоть как-то знакомы и могли собираться где-то, несостоятельна.