Тело серой, волосатой ящерицы, с головой и хвостом рыбы, на коротких, лягушачьих лапках, не смотря на довольно отвратный вид, не внушало опасения, если оно конечно не обладало какими-нибудь магическими умениями, то кроме острых зубов, атаковать ему нечем, да и медлительно больно, не боец.

— Держи. — Максим расслабился, и протянул рубин, которым стучал о камень, и который умудрился не потерять во время падения в воду.

Глаза чудища вспыхнули красной алчностью. Лапка с присосками схватила камень, и закинув в распахнувшуюся, усеянную иглами зубов пасть, захрустело и блаженно зачавкало.

— Ах же ты погань такая! — в этот же момент, на островок выскочило еще одно такое же чудище. — Моя была очередь лакомится. — Оно ловко, не смотря на внешнюю неуклюжесть подпрыгнуло, и кинулось в драку. Сбив соперника с ног, если можно так назвать те отростки, на которых, то стояло, схватилось зубами за, в миг закровивший желтой слизью нос, и заколотило того коротенькими лапками в грудь.

— Не ври. — Заверещал избиваемый соперник, пытаясь столкнуть с себя нападающее чучело. — Моя была очередь. Вспомни. Ты прошлый раз рубин сожрала.

— Нет, ты сожрал. — Не унимался драчун, вернее драчунья, как понял из их короткой перебранки Гвоздь, нападающая была самкой.

— Нет ты!.. — Брыкался самец

— Нет ты!.. — Визжала драчунья, еще больше себя раззадоривая.

— А если я вам еще один дам? — Внезапно вмешался в их диалог Максим.

— Что ты сказал? — Драка мгновенно прекратилась, и два пылающих жадностью существа, уставились на гостя. — Не врешь? Покажи рубин...

— Вот. — Еще один камешек лег на вытянутую ладонь парня.

— Что за него хочешь? — Один из чудищ, того, что Максим определил как самца, смахнув уродливой ладонью кровь с носа, и сжавшись в пружину, на полусогнутых ногах, начал медленно приближаться, с явным намерением кинуться в драку, и отобрать вожделенное лакомство.

— Не буянь. — Максим покачал осудительно головой, и медленно вытащил нож. — Я и так, по доброте душевной отдам, не драться с вами пришел, мне ваша драка не нравится, а если что, то я и постоять за себя умею. Обучен неплохо.

Самец как-то по собачьи сел, и не сводя с рубина взгляда, едва не заскулив, сглотнул показавшуюся из пасти слюну.

— Ты думаешь, что я ради жадности хочу этот маленький камушек? Он, конечно, очень вкусный, но нет. Нам с подругой. — Он кивнул в сторону второго существа. — Это нужно для другого, надобно его съесть, чтобы деток народить. Вдвоем два рубина в один день надо, тогда икра появится, а Полоз, сволочь, по одному присылает, и то не всегда. — Дай камушек. — Едва не плача простонал самец, и дрожащая присосками лапа, потянулась в Максиму.

Гвоздь не стал испытывать терпения странной твари, и отдал рубин.

— Звать то вас как? — Он смотрел как второе существо, взяв камешек у первого, забрасывает его в пасть и жует, закатив от наслаждения рыбьи глаза.

— Васы мы, я Вакуль, она Чукля, духи вод, тут волей Полоза живем, в дали от света солнечного, и родных мест. Ради рубинов согласились, но он обманул нас, одно слово: «Змей». — Он перевел любопытные глаза без ресниц со своей самки на гостя. — А сам-то ты кто? Чего у Полоза понадобилось, да еще по своей воле?

— Жену ищу. Украл он ее. Вернуть хочу. — Вздохнул Максим.

— Жену! Вернуть?! — Захохотал Вакуль. — Ну и дурень же ты. От Полоза еще никто не возвращался, да и попробуй найди девчонку, в огромном мире. Кто знает, куда ее закинуло. Давно украли?

— Год уже. — Вновь вздохнул парень.

— Эээ... — Протянул Вакуль тоном, в котором сквозило сожаление. — В живых твоей девчонки поди уж нет. Тут больше года единицы выживают, ежели только к кому опытному, к долгожителю, пристроилась. — Он отвел глаза. — Ну ты понимаешь, о чем я? Мне жаль, если расстроил, но я всегда правду говорю. И вообще....

Что он хотел добавить, навсегда осталось тайной.

— Она жива, и ни к кому не пристроилась, и я ее найду, и верну домой. — Уверенно прервал монолог твари Гвоздь. — Мне сказали, что вы должны меня проводить, а не нотации читать.

— Проводим коли должны. — Хмыкнул Вакуль.

— Ты не бухти, не расстраивай игрушку раньше времени и не жадничай. — Подошла ближе Чукля. — Спроси лучше, чего еще ему надобно. Должны мы ему за лишний камушек, и немало должны.

— Чего еще от нас хочешь? — Буркнул недовольно дух.