Рачана внимательно меня выслушала и явно повеселела. Я изложил вполне разумную схему, и дурной работы здесь она действительно не увидела.

— Только статус «гость» не забудь снять, — усмехнулась Рачана.

— Да сниму его, сниму! — фыркнул я.

Вот же язва.

Нет, видно, что теперь она уже просто подкалывает меня по-родственному, если можно так выразиться. И если бы между нами не лежала смерть ее дочери, я бы с радостью принял такой стиль общения. Но пока меня столь резкая перемена скорее настораживает.

Впрочем, Рачана тоже смотрит на меня с изрядной опаской и явно готова в любой момент сдать назад.

Что ж, не худший вариант. Может, и правда из этого выйдет что-то путное.

— Шахар, звал? — распахнул дверь моего кабинета Астарабади.

— Да, Феришт, проходи.

Он уселся в кресло и вопросительно посмотрел на меня.

— У меня к тебе просьба, — вздохнул я.

— Опять люди? — весело усмехнулся он.

— Я так предсказуем? — хмыкнул я.

— С таким выражением лица ты всегда излагаешь только одну просьбу, — подтвердил Астарабади. — Впрочем, больше ничего ты у меня и не просил никогда. Только людей.

— Да, нужен человек, — вздохнул я. — Секретарь для Рачаны.

Астарабади удивленно приподнял брови.

— Попробую привлечь ее к делам рода, — пояснил я. — Но, как и в свое время для Анданы, нужен не просто порученец, а грамотный человек, который сможет за ней присмотреть. И в первую очередь, меня интересует лояльность Рачаны.

Астарабади задумался.

— Тебе этот человек нужен на постоянную должность или временно? — уточнил он.

— А есть разница?

— Есть, — кивнул Астарабади. — У тебя в диверсантах затесалась интересная девочка из моей команды. И я хотел бы забрать ее к себе в род, она все равно верна лично мне. Но если не навсегда, то я могу приставить ее к Рачане.

О, Астарабади действительно начал думать о своем роде, ну надо же!

— Что за девочка? — поинтересовался я.

— Прирожденный агент влияния, — криво ухмыльнулся Астарабади. — Как диверсант она не очень, до твоей элиты и близко не дотягивает. Зато маски меняет, как перчатки, и делает это с удовольствием. У нее… сложная судьба, на самом деле. Под своим настоящим именем и со своей настоящей историей ей… некомфортно. И я ее понимаю, в общем-то. Зато агент влияния из нее изумительный. Она словно создана для смены лиц и ролей.

Мне аж стало интересно на нее посмотреть.

— А ее историю расскажешь? — спросил я.

Астарабади замялся.

— Если настаиваешь — расскажу, — наконец, кивнул он. — Но только кратко. Я дал ей слово, что лишних подробностей от меня никто не узнает. А видел я… много. Сам ее из этого дерьма вытаскивал.

Я кивнул. Не то чтобы мне принципиальна чья-то история, слова Астарабади мне достаточно, но любопытно же.

— Ее и ее младшую сестру подсадили на наркотики, — ровно начал Астарабади. — Сестра по глупости вляпалась, а Джайду фактически силой подсадили. Шантажировали сестрой и вкалывали дозу за дозой, пока она не сломалась. Точнее, пока она не сделала вид, что сломалась, и не начала просить дозу сама. Говорит, поняла тогда, что еще немного, и сломается на самом деле. Но она все же держалась, надеялась найти способ вытащить из рук бандитов сестру и скрыться с ней за границей.

Астарабади замолчал.

— Ты уверен, что она избавилась от зависимости? — уточнил я, так и не дождавшись продолжения.

— Уверен, — кивнул он. — Это было семь лет назад.

— А что с ее сестрой?

— Умерла, — ровно ответил Астарабади. — Собственно, именно после смерти сестры Джайда пришла ко мне и все рассказала. Она к тому времени уже два года была в моей команде Аукциона. Засланный «крот» от конкурентов. Только без сестры им удержать ее было нечем. Да и бессмысленно. Джайда сломалась после ее смерти. Она и ко мне-то тогда пришла в надежде, что я ее убью за предательство.

— Но ты не убил, — слегка улыбнулся я.

— Я такими людьми не разбрасываюсь, — хмыкнул Астарабади.

— Эти затейники мертвы, я надеюсь? — уточнил я.

— Давно, — фыркнул Астарабади. — Джайда их и прикончила. С моей помощью, конечно, но тем не менее. Без этого я бы ее не вытащил.

Не уверен, что я сам ее вытащил бы. Я видел сломленных людей и понимаю, что это практически безнадежно. Возвращаются к жизни единицы.

Не факт, что Джайда вернулась, кстати, а не играет очередную роль.

Ну хотя, семь лет — солидный срок. Да и Астарабади — не юнец, который поведется на поверхностное впечатление.

— Ее смысл жизни — ты? — спросил я.

— Как ни странно, нет, — слегка улыбнулся Астарабади. — Она мне как сестра, и я ей как старший брат, это да. Но не более того. Девочка правда оклемалась, и я сам удивлен, что смог это сделать, не привязав ее к себе намертво.

Я уважительно кивнул. Это действительно нужно было суметь.

— Она одаренная? — поинтересовался я.