– Как же проявляется невоспитанность нашего сына? – спросил Артур, убирая вылизанную Султаном посуду. – Он очень милый, хороший мальчик. Мне казалось, вы дружно играете…

– Он старается тебя на руках носить, – Алсу поспешила подтвердить слова мужа.

– Вы это серьезно? Или шутите?

Кот недоверчиво посмотрел на Артура, а затем повернул голову в сторону Алсу.

– Не шутите? Да он же несчастного кота, то есть меня, таскает за хвост! А еще своими маленькими, нет, не руками, а клещами выдирает с корнем мою превосходную шерсть. Разве это воспитание? Разве таким должен быть ребенок, выкованный в лучших традициях нашей семьи?!

– Всего-то? – искренне удивилась Алсу. – Он же еще маленький. Таким образом Азатик проявляет свою любовь к тебе. Играет. Малыш учится, растет, набирает опыта…

– Ну уж нет! Пусть опыты проводит с другими животными. У вас их полный двор. Вот и учите его, воспитывайте. Вообще-то в наше время дети уже с пеленок играют на планшетах и смартфонах. Покупайте! Не возражаю. Если жалко денег, то пусть смотрит телеящик, там много детских мультиков. Со мной же можно и надобно общаться, но когда я сыт, умыт, не задавлен сном и расположен к…к… к веселым играм. – Султан от возмущения даже начал заикаться.

Алсу подошла к коту, ласково погладила его по головке.

– Хорошо, хорошо, мой усатый. В следующий раз буду следить, чтобы он был с тобой более аккуратным. Что, будем слушать дневник приключений? Артур целый год над ним трудился, чтобы успеть к сегодняшнему дню. Мы же тебя очень любим.

От этих слов и ласки Султан успокоился, лег на колени женщины и прикрикнул на Артура:

– Эй, шеф! Чего возишься, давай, начинай! Мы готовы слушать. Так ведь, хозяюшка?

Артур, подчиняясь приказу, достал из шкафа стопку листов, аккуратно положил на стол и, откашлявшись, начал негромко читать.

«Раскаленное добела, уставшее за день Солнце наконец-то решило отдохнуть и не спеша опустилось к озеру Камышинка. Оно пробежало, остужая разгоряченные за день лучи по ее поверхности, а затем застыло на несколько минут над Черным лесом в раздумье, словно позволяя жителям села завершить дневные заботы.

Первым приближение к дому повозки услышал Султан, большой черный кот, лежащий на подоконнике. Он лениво поднял голову, посмотрел на хозяйку, занимающуюся приготовлением ужина, затем на улицу и, зевнув не спеша, тщательно начал чистить языком белые лапки. Он даже умудрился лизнуть пучок белой шерсти на шее и только после туалета неслышно спрыгнул на пол.

– Что, Артур вернулся? – обратилась Насима к питомцу, зная все его повадки. – Иди, встречай, я тоже побегу, только газовую плиту выключу. Слышишь, Тузик уже лает, торопит открыть ворота. Беги, твой друг вернулся, чего смотришь, будто не понимаешь?

– Сегодня, сынок, ты припозднился. Я уже дважды подогревала ужин, – радостно встретила Артура женщина, обрадованная, что он наконец-то вернулся с работы. Насима поспешила помочь сыну распрягать Стрелу, на спине которой уже сидел Султан.

– Мама, не беспокойся, я сам управлюсь, – Артур подошел к матери, обнял ее за плечо. – Сегодня мы докосили сено у озера Камышинка, там, где заливные луга. Нынче трава хорошая, видишь, сколько я домой привез, – не удержавшись, похвастался парень. – Сделаю еще два рейса, глядишь, наши козы зимой будут довольны.

– Фермер Рафаил не заругает? Он же жадный. У него и отец – Салимгерей, упокой его душу Всевышний, щедростью к людям не отличался, хотя и был парторгом. Раньше эти луга принадлежали колхозу, но, когда хозяйство развалили, он успел их прихватизировать…

– Пусть попробует! – Артур снял хомут с лошади и повесил его на стенку склада. – К нему же люди не идут работать, слишком скупой. Я уйду, он без работника останется. Недавно нанимал было двоих из соседней деревни, но через пять дней бедолаги сбежали. Сказали, мол, за такие гроши с утра до поздней ночи они батрачить не будут. А сено взять фермер сам разрешил, у него сегодня был приступ расточительности. Даже обещал не удерживать денег из заработной платы. Правда, при погрузке стоял рядом, не отходил от тележки, видимо, боялся, что я лишнюю охапку положу, – засмеялся парень. – Таких скряг я еще не встречал. Недавно его водитель рассказал забавную историю. Ехали они с фермером в райцентр и при въезде прокололи шину. Водитель долго не думая подъехал к шиномонтажной мастерской, благо она оказалась неподалеку. Рафаил сидел рядом, не возражал. Когда заклеили камеру, водитель попросил у него денег, чтобы оплатить счет. Сущие копейки, но он отказался, заявив, что это, мол, его проблема, надо было аккуратно эксплуатировать машину. Тем временем у парня, как назло, бумажник оказался пустым. Поняв, что от начальника денег все равно не получит, он оставил машину и побежал к родственникам, живущим на другом конце поселка. К сожалению, на дверях дома висел замок, пришлось ему ждать целых три часа, пока хозяева воротились с работы. За это «нарушение» Рафаил наложил штраф и удержал с него однодневный заработок. А ведь его уже били работники за жадность. Видать, мало…

– Знаешь, сынок, невозможно человеческий нрав изменить палкой. Ты уж потерпи, – Насима поспешила успокоить Артура. – Деньги, конечно, небольшие, и работа тяжелая… Потерпи. В следующем году, наконец, завершишь институт, получишь диплом и сможешь организовать свое дело или найдешь достойную работу в городе.

– Нетушки, нетушки! В городе и без меня работников хватает, – воскликнул парень, ласково шлепая лошадь по хребту. – Будем в деревне жить, молоко пить. Смотри, мама, какая красивая наша деревня!

Женщина с гордостью посмотрела на сына, а он, словно забыв о разговоре, освободил кобылу от вожжей и отпустил ее, рвущуюся к своей кормушке с зерном. Затем взял в руки вилы и начал торопливо закидывать сухое, пахнущее травами сено на крышу сарая.

Насима вывела из пристроя козу Розу и козла Академика, загнала их в загон, положила перед ними траву. Из чулана принесла Тузику заранее приготовленную еду и поспешила в дом.

Это не осталось без внимания рыжего, с бело – красно – черным хвостом большого петуха. Чубик (молодой хозяин называл его именно так, а хозяйка – Паша) степенно подошел к миске, бесцеремонно оттолкнул пса от нее и во имя порядка во дворе, слегка тюкнув его клювом в лоб, с присущей только ему, повелителю двора, важностью начал не торопясь изучать содержимое посуды. Тузик с тревогой, жадно глотая слюни, терпеливо ждал конца инспекции. Наконец, удовлетворив свое любопытство и доказав всем обитателям двора, кто здесь главный, Чубик, даже не удостоив взглядом пса, важно продолжил обход территории.