– В клетку вообще никого нельзя запирать! – Отзывается Эви. – Это не хорошо. И вредит карме. Значит кто-то из родственников точно будет сидеть в тюрьме.

– Послушай. Эви. – Восклицаю я. – А ведь в этом что-то есть. Муж моей тетки всю жизнь держал собак в клетках и издевался над ними. И вот один из их сыновей умер страшной смертью в тюрьме. Мой бедный кузен. Такое горе.

– Это не горе. А расплата. За все нужно платить. – Строго говорит Эви, сжимая губы. – Когда животное страдает, а вы веселитесь, это плохо. Духи, которые их охраняют, вас накажут. Обычно забирают самое дорогое. Детей. Самые страшные люди – это дрессировщики. И те, кто использует животных для развлечений.

– Сейчас ведь грядет год кролика. – Вспоминаю я. – И на все корпоративы начнут покупать зайчат и фотографироваться с ними. А потом их просто выбросят. Когда наиграются.

– Зайчики безобидные. Они не хотят, чтобы их тискали. И не любят шума. Но родителям, которые покупают живую игрушку детям, это неведомо. После такого контакта животные долго не живут. – Объясняет мне Эви, а Анши трясет головой.

– Он согласен с нами? – Спрашиваю я, показывая на оленя.

– Да. Он напуган этими рассказами. – Отвечает Эви и обращается к оленю на каком-то неведомом мне языке.

Мы возвращаемся в дом, хотя возле дома стоит юрта. Это символ очага коренных народов Севера. Как малочисленным народам, этой паре давали квартиру в городе от муниципалитета, но мои знакомые отказались от нее. Они не могут жить в благоустроенной квартире, где есть водопровод и стиральная машина.

Хотя их огромный дом тоже благоустроенный, но большую часть времени жена нашего сторожа проводит в юрте.

Сегодня к ней привезут клиентку, которая сложная, как выразилась сама Эви. Для обрядов эта женщина уже стара и устала, но это дочь какого-то высокопоставленного чиновника, которому нельзя отказать.

Все это сообщает мне моя собеседница, вздыхая и сетуя на то, что цивилизация и здесь ее достала.

– Твоя душа похожа на ангела. – Говорит мне Эви, глядя своими раскосыми глазами пристально мне в глаза. – Ты много страдала. Много зависти вокруг тебя. Завистливые люди отобрали твою красоту и удачу. Но я хочу сделать тебе подарок – вернуть это все через обряд.

– Можно я тебя обниму? – Спрашиваю я у Эви. И тут же заключаю ее в свои объятья.

– Когда тебе будет сильно тоскливо, смотри на огонь. Если будешь в квартире, то зажги свечу. – Советует мне Эви. – Наши глаза выздоравливают, когда смотрят на красивое. Ты ведь любишь смотреть на небо?

– Да. Я люблю смотреть на синее небо. И на облака, которые бывают ватными или вовсе исчезают, растворяясь в снегу. И снежинки люблю ловить в варежки. А потом рассматривать их. – Признаюсь я.

– В твоем сердце много любви. И потому у тебя есть муж, который тебя любит. Это твоя карма. – Говорит Эви.

– Хороший муж дается за что-то? – Удивляюсь я.

– Как и хорошая жена. – Добавляет мудрая шаманка. – Муж и жена – это одно целое. Но я тебе, кажется, об этом уже говорила. – Хорошо, что ты сегодня в платке. Будешь мне сегодня помогать?

– Конечно, буду. Но как? – Любопытствую я.

– Сама это поймешь. – Отвечает Эви.

Вдалеке мы видим чужой джип, который не может проехать по сугробам. Люди оставляют машину и пытаются пробираться пешком. Это несколько мужчин в дубленках и валенках и одна женщина в длинной соболиной шубе, клиентка моей подруги Эви.

– Это сложнее, чем я себе могла представить. – Произносит она. – А ты как думаешь?

– От них идет опасность и ....-мне трудно описать, что я чувствую.

– Почти так. – Соглашается Эви. – Это не опасность. А зло. Которое они несут с собой. Главное, чтобы этот дух не остался бы потом здесь. Такое бывает, когда дух может привязаться и есть свою жертву.

Она начинает что-то напевать и почти в падает в транс. А у меня кружится голова. Люди вдалеке тонут в сугробах, и я чувствую, как они злятся от того, что не могут попасть к шаманке.

Начинается метель. И вьюга завывает, как по покойнику.

Эви принимает своих клиентов в юрте. Там особая энергетика, поскольку шатер имеет свойство аккумулировать жизненные потоки, как и все пирамидки. Вокруг разложены шкуры и ковры. Посредине костер. Это очаг, который не затухает никогда. Осталась даже небольшая люлька для младенцев, которые у шаманки давно уже выросли.